Колдовской сезон - Айла Дейд

щекам. Она подняла свое оружие и замахнулась. Но панцирь клеща был как резиновый. Слабое давление заставило Кору отступить.

Под склизким телом монстра Силеас боролась руками и ногами. Время от времени показывалось ее лицо, когда она судорожно хватала ртом воздух. Кораэль зарычала, уронила шест и пошевелила руками. Земля под нами начала вибрировать. Элин потеряла равновесие и упала. При этом она ударилась головой о карусель. Мне тоже было трудно держаться на ногах.

Мерлин прикрывал свою сестру, Камрин снова превратилась в кошку и бросилась на клеща. Она зарычала, как дикий хищник, и вонзила когти в панцирь. Я пытался разглядеть Хелену сквозь проливной дождь. С трудом пробирался по дрожащей земле, пока не добрался до высокого дуба. Но ее там уже не было.

– Bljersk! – Эта женщина никогда не могла сделать то, что ей говорили. – Хель!

Мой крик потонул в оглушительном грохоте, когда земля содрогнулась под движениями Кораэль. На клеща обрушился оползень.

– Силеас! – закричал Мерлин. – Она все еще под этой штукой!

Моя сестра стиснула зубы.

– Убирайся оттуда, Кам!

Кошка подняла глаза. Когда она заметила лавину из земли, ее зеленые глаза расширились. Она спрыгнула с панциря. В последнюю секунду Кора вскинула руки. Разрыхленная земля поднялась вверх. Словно гигантский шар из грязи, она устремилась к клещу и целеустремленно ударила по его телу сбоку, не задев Силеас. Клещ скатился с тела оборотня и приземлился на свою спину. Он жалко шевелил в воздухе волосатыми лапами. Силеас задыхалась.

– Это, – сказала она, сплевывая на землю и вытирая рот, – было более отвратительным, чем секс с Джорджем Ньютоном, пускающим слюни, когда он кончал.

Я огляделся по сторонам. Куда, черт возьми, подевалась Хель? Разорванный облачный покров посылал дождь на землю. Я вытер лицо и попытался разглядеть два ледяных голубых глаза, но… ничего.

В следующий момент очень многое произошло одновременно.

Элин поднялась на ноги. Крик, прорвавшийся сквозь дождь, был громче и пронзительнее, чем ее предыдущие атаки. Каждый из нас резко прижал руки к ушам. Звук заставил кошку-сфинкса упасть на землю рядом со мной. В руках Элин образовался солнечный шар, который пульсировал и был пронизан мерцающими вспышками. Когда он достиг размера стога сена, я услышал чей-то рев.

– НЕТ! – Эмилль. Он бежал к нам вдоль Тихой реки. Летели брызги грязи. Позади него я различил более четкий силуэт. Мгновение спустя ее рыжие локоны взметнулись в воздух. Дидре. – Вернись к себе, Элин! Ты знаешь, кто ты такая! Ты не хочешь этого! ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ ЭТОГО!

Но Элин не ответила. Черные глаза девочки были прикованы к растущему солнцу в ее руках. Время, казалось, остановилось. Над нами грохотал гром. Вдалеке сверкнула молния, осветив южную часть Тихого-Ручья.

Внезапно Мерлин бросился вперед. Он отбросил Изобель в сторону, пробежал мимо клеща, перепрыгнул через упавшее бревно, запрыгнул на карусель и схватил большой кусок лошади, которую расколола Кора. Выражение его лица было решительным, когда он подбежал к маленькой девочке.

– НЕТ! – Эмилль достиг нас в тот момент, когда Мерлин поднял свое орудие и швырнул в Элин. Но, прежде чем он попал ей в голову, острый осколок разлетелся вдребезги. Мерлин не успел даже моргнуть, как взрывная волна отшвырнула его от девочки с такой силой, на которую никто из нас не был способен. Он спиной ударился о карусель и упал на землю. Все взоры обратились к Эмиллю, который смотрел на Мерлина свысока, подняв руки и с безумным выражением лица. Его грудь быстро поднималась и опускалась. Но потом…

Элин выпустила свой огромный солнечный шар. Жара была невыносимой. Мою кожу опалило. Это был конец. Вот так мне и суждено умереть. Мне, Тираэлю Бернетту – самому могущественному азлату своего возраста, павшему от рук пятилетней девочки. Как только я подумал о том, не ждет ли нас с Хеленой более мирная судьба в Авалоне, нас поглотила тьма.

Тишина.

– Я мертва? – услышал я голос Силеас, доносящийся из темноты.

– Будь это так, было бы довольно хреново. По крайней мере, я представляла себе Авалон более красочно.

– Я так не думаю, – пробормотала Изобель. – Чернота исчезает. Видите? Там полосы.

– И идет дождь. – Судя по голосу, говорила Камрин. – В Авалоне нет дождя. Ни в Тир-на-Ног, ни в Круачейне.

– Я тоже вижу полосы, – произнес я.

Было похоже, будто по воздуху плыли тонкие черные струйки. С каждой секундой они все сильнее растворялись. Спустя еще мгновение я увидел Дидре. И испугался. У меня перехватило дыхание. Я уставился на свою кузину. Черные вены пересекали ее изуродованное прыщами лицо. Из правого уголка ее рта текла капля, похожая на смолу.

– Дидре, – выдохнул я, и мои глаза расширились. – Что… – Моя фраза оборвалась сдавленным хрипом, когда тяжелая вонючая тварь набросилась на меня сзади.

Кораэль закричала.

– Тираэль!

Я прижал руки к волосатому пузу клеща, но его пасть была всего в миллиметре от моей головы. Длинные черные струйки слюны стекали по мне, пока он пытался ухватить меня своими клыками. Я не мог добраться до его нервов, потому что существа Кручейна не обладали ими. Они полностью состояли из темной магии. Я попытался соединиться со своей стихией, но моих сил не хватило. Проклятие пожирало меня больше, чем когда-либо. Руки сжались в кулаки. Я больше не мог удерживать клеща. Я был слишком слаб.

Его зубы впились в мое плечо. Я закричал. Жжение, наполнявшее тело, было невыносимым. Я почувствовал, как яд наполняет мои вены. Их травили.

Внезапно воздух прорезал какой-то звук. Буквально через секунду на меня брызнула темная кровь, когда заостренная ветка дерева вонзилась в круглую голову клеща. Я поднял взгляд и не поверил своим глазам.

– Ты только что… спрыгнула с дерева, Хелена?

Она выдернула ветку из головы клеща. Уголки ее рта, испачканного черной кровью, искривились в звериной ухмылке. Клянусь богами, это была самая привлекательная вещь, которую я когда-либо видел.

– Полагаю, малышка Иверсен только что спасла жизнь великому Тираэлю, не так ли?

Истерический смех вырвался из меня. Но сейчас было не время для разговора. Клещ был еще жив. Я чувствовал сердце под волосатым слоем его пуза. Рукой я ощупал землю. Дальше, давай, давай, давай, и – вот! Мои пальцы нащупали один из осколков разбитой лошади. Я воткнул его в пульсирующую точку на теле клеща. Воздух наполнился визгом.

Я выполз из-под него. Краем глаза заметил, как Эмилль склонился над съежившимся телом Элин. Мои внутренности горели. Яд клеща распространялся. На коленях я подполз к панцирю клеща и встряхнул его.

– Я победил тебя! – Дождь залил меня. Молния осветила небо. – Даруй мне истину, Ixod Veritas!

Прошли секунды,