Заброшка - Эра Думер

Я засуетилась в попытках встать, когда воин занес копье над Яном. Подбегая, выставила растопыренную ладонь с окликом:

– Остановись!

И он подчинился. Застыл, как в желе, воздев над макушкой оружие. Я посмотрела на свою руку, сжала и разжала пальцы, покрутила кистью.

– Какая занимательная история со мной приключилась! – новый голос принадлежал басовитому мужчине.

Он имел крупные черты лица и внушительную форму туловища, одет в ярко-синюю тогу на тунику, подхваченную золотым поясом, будто сотканным из звездной гирлянды. Визитер носил пушистую рыжую бороду с проседью, а его смуглую гладкую, как шар для боулинга, голову венчала диадема в форме пшеницы из витого золота.

– Э-это ты сделал? – спросила я. – Кто ты?

– Ой, я не представился, да? Жены говорят, я рассеянный, как солнечный луч, достигший степи. Как поэтично звучит, а? – тембр его голоса скакал, будто нестабильный график валюты на бирже. Его резкое «а» ударило по барабанным перепонкам, и я сморщилась. – Я божество. Эллины зовут меня Кроносом, но в латинские земли я прибыл под псевдонимом Сатурн. – Бог обтер руку об одежду и протянул ее мне. Не дождавшись запоздалой реакции, он подхватил мою ладонь и потряс. – Меня должен был принять мой друг, он здешний царь, – Сатурн прищурил изумрудные глаза, приставив ко лбу ладонь козырьком, и осмотрелся: – но я что-то его не дождался. Пришвартовав суденышко, кстати, самое большое в порту, – понторез поиграл бровями, – так вот сойдя на берег, отправился прямиком во дворец на Яникул, но не тут-то было! Слуга, суетливый и пухлый такой, плохо запоминаю имена – ну да пес с ним – он сказал, что государь уехал за мной! Вот и представь себе, дева, как мы разминулись?

Причина моего молчания была в том, что моя голова сделалась похожей на чугунный котел, в который заливают бесконечную трескотню. Во-первых, я пребывала в шоке от того, что Сатурн, напоминаю, по легенде подсидевший Яна на лацийском троне, корешился с ним и прибыл с дружеским визитом. Во-вторых, бог времени и урожая серьезно такой клоун? Его обычно изображали худосочным бомжеватым стариком, но уж точно не как веселого пауэрлифтера.

Я молча похлопала его по плечу и молча указала на полумертвого Яна.

– Уран небесный! – ужаснулся Сатурн, наконец-то заметив своего «друга». – Так это ж Двуликий! Он помирает, что ли?

Я кивнула. Сатурн цокнул языком и расплылся в располагающей улыбке:

– К счастью, я владею способностью перемотки времени на небольшие промежутки.

– Что мне делать?

Сатурн, расставивший ладони и приготовившийся к фокусам со временем, изумленно посмотрел на меня через плечо:

– А я думал, ты немая! Что ж ты молчала? Ничего. Ничего, стой смирно.

«А ты сказать ничего не даешь», – подумала я и сплела руки на груди.

Бог времени хмыкнул и принялся крутить ладонями, как фокусник из телевизора. Лист вдруг поднялся и прикрепился к дубу, с которого слетел. Я отвлеклась на иррациональный полет, но, опустив голову, ошарашенно отскочила: Ян, как в обратной перемотке, исцелялся и возвращался в те позиции, в которых стоял перед тем, как уснуть. У Сатурна по виску сбежала капля пота. С закрытыми глазами он сосредоточенно вращал пальцами, меченными символом песочных часов.

Ян переместился. Убийца, как грабли, на которые наступили, вернулся в вертикальное положение.

– Вот, сразу после этого, – подсказала Сатурну я.

– Понято-принято!

Царь говорил с моей невидимой фигурой, и я могла еще раз наблюдать смущающую сцену. Я спрятала лицо в ладонях – какое позорище. Тем временем Сатурн перенес Яна в то время, когда я отвлекла его, из-за чего бог и лишился жизни. Когда мастер времени остановился, бросилась к Яну и завалила его на землю. Этруск промазал, и Сатурн парой движений «заморозил» его.

– Миленько, – сладко пропел Ян, оказавшийся подо мной. Мои волосы щекотали его лицо. – Ты успела подружиться с Сатурном?

– С этим болтуном? – одеревеневшая от стыда, я попятилась назад, доставляя немало удовольствия римскому обольстителю. – Побойся Абсолюта или в кого вы там повально верите.

Я одернула тунику, щемясь около дерева.

– Янус, дружище! – Сатурн раскинул ручища. Ян поднялся на ноги и воздушной походкой прошелся до товарища. – Сколько лет, сколько зим!

– Еще бы столько же не слышать твоего трепа, – прищурился в улыбке царь, и боги обменялись крепкими объятиями. – Добро пожаловать на латинскую землю, прохвост. Какими же ветрами тебя к нам занесло?

– Попутными, Двуликий, – Сатурн обхватил Яна за шею, прижимая к массивной груди, – ну ты возмужал! В Великой Греции я – сущий изгой, но ты единственный, кто выслушивал мою болтовню до конца! Я потому и не принимал тебя за бюрократическую сволочь, каким тебя представляли коллеги. Особенно мой гад-отец, Уран, чтоб он провалился!

– Поаккуратней на поворотах, братец, – по-лисьи осклабился Ян. – Дуракам закон не писан, знаешь ли.

– Оттого не писан нам! Ну же, отведи старого товарища во дворец. Я хочу поспать и наесться от пуза.

Я брела, переступая кочки, за «божественными» друзьями, диву даваясь, как у них все легко решается. Они словно совершенно меня не замечали, но я только радовалась, что перенаправила словоохотливого бога на блондинистого энергетического вампира. Вот пусть и взаимно уничтожаются.

Сатурн трепался, жестикулируя, а я смотрела на то, как подпрыгивают при ходьбе выцветшие от солнца кудри Яна, на то, как от физических нагрузок и сражений окрепло его поджарое тело, вытянулась осанка и расправились плечи. На шею и голени, покрытые бронзой загара. На руки с римскими цифрами по количеству дней в году, знаками, которых он боится.

«Порой я пытаюсь вырезать их».

Я делала великое усилие над собой, чтобы продолжать идти. Пока я сижу и жду волшебника на голубом транзитане, я теряю драгоценное время. Я теряю Яна. Скоро терминус поглотит его сознание – и он обратится в камень, следуя проклятью, на которое обрек себя и свою семью. Но он не такой как Лебье и Рейепс, разве это честно, что они будут жить, Эйн-Соф пировать во время чумы, а дурак, пытавшийся спасти зарвавшихся снобов и слепцов, канет в Лету?

– Это несправедливо, – прошептала я вслух, плотно стискивая губы.

Я подняла взгляд, и у меня екнуло сердце: Ян смотрел на меня через плечо. Когда наши взоры пересеклись, бог с улыбкой провел поперек горла и смешно изобразил, как тянется придушить Сатурна. Я не заметила, как уголки моих губ изогнулись.

* * *

– Ты так и не рассказала, почему тебя перепутали с уличной девой и планировали отдать богачу на растерзание.

– Не знаю. Пусть это останется одним из абсурдных эпизодов моей жизни.

– Искала приключений? Жила