Темные века - Валерия Сергеевна Праздникова

Так мы и сделали. Нина осталась у кабинета, а мы с Василием помчались в башню. Впрочем, еще этажом ниже затихарились и уже на цыпочках приблизились к нужной двери. Та была снова открыта, и из-за нее снова раздавались взволнованные голоса. Мы с Васей переглянулись: Мирон и парочка.

Парень выхватил из кармана блокнот и написал: «как ты угадала?» И протянул ручку. Я написала: «стереотипы мышления, тут все по традиции разговаривают, зачем еще что-то искать?»

Он покивал, я сделала жест слуха. Мы прислушались.

– …и теперь там глухая стена! Только видеокамеры торчат во все стороны, – взволнованный голос Вульф.

– И что? – Зимина.

– А то! – из недоследовательницы перла энергия, – видеокамеры просто так ставить не будут, это же такие деньги! Значит, там что-то есть, что надо охранять.

– Так там что, совсем никаких ворот нет?

– Нет, дальше с двух сторон есть, и двери, и ворота.

– Для Апражки это норма, вообще-то, – Зимина наверняка состроила презрительную гримасу, – ворота же могли просто замуровать, если они не нужны. Пара часов на штукатурку, покраска, и через несколько дней ты только с лупой различишь, что тут что-то было. Там же рынок! Сегодня в этом корпусе склад, завтра – офис, послезавтра магазин. Товары дорогие. Оборудование, опять же, денег стоит немалых. Так что, камеры – это нормально.

Апражка?! Я тут же вспомнила «Лукоморье», о котором Мироновский дядя тоже мог быть в курсе. Значит, точно ищут магов. Но зачем?!!

– Я дяде расскажу, – Мирон, – может, он в курсе, куда они переехали?

– Если бы был в курсе, не гонял бы нас впустую, – Зимина, – хорошо, что я осталась и пошла в библиотеку, Криста со своими там сидела.

– И что делали?

– Кажется, «Желтые страницы» изучали.

Вася нахмурился, я успокаивающе погладила его по руке. Он поднял бровь. Я в ответ черкнула: «собака лает, караван идет. Хотят себе на пустом месте всякие заговоры придумывать – их право», и добавила жест слуха. Он кивнул.

– Это не преступление, наверняка думают о трудоустройстве. На нашем курсе каждый первый об этом думает. Да и, Луговая вчера Терентьевой говорила, что хочет на зимних подработать, я слышала. Это у Иванчиковой и ее свиты денег куры не клюют, а остальным приходится крутиться.

– Так что будем делать? – Кажется, Мирону надоели пустые разговоры.

– Может, еще, кого поищем, из той братии?

– Кого?!! Где?!! Светка, ты в своем уме?!

Та, видимо, осознала глупость фразы и замолкла. Снова молчание: шайка недодетективов наверняка раздумывала над задачей. Потом что-то хлопнуло и скрипнул стул: это Мирон наверняка в любимом жесте хлопнул ладонями по коленям и поднялся.

– Так! Не время киснуть! Давайте подведем итоги! Галя, записывай! Пункт первый: что-то стряслось, и все, кто имел отношение к магии, спрятались!

Я краем глаза увидела, что Василий положил блокнот на перила лестницы и тоже записывает.Показала большой палец, он кивнул, не отвлекаясь.

– Записала? Пункт второй: кафе и место их торговли исчезли, на этих местах остались только голые стены. Известные дяде телефоны отключены или не отвечают.

– А это точно единственные их места? Может, их больше на самом деле, а твой дядя Захар просто не в курсе.

– Нет, больше ничего нет, это точно! Они и кафе-то свое открыли всего года четыре назад, а до этого, где придется, праздновали. А эта их биржа и вовсе, только-только появилась, в прошлом месяце. А до этого только лично «вась-вась». Так, пункт третий. Экстрасенсам и психологам никто из магов слова не сказал и не намекнул. Какой из этого вывод?

– Что-то случилось? – Вульф.

– Ежу понятно, – Зимина, – а что конкретно?

– Им… – теперь Мирон говорил медленно, размышляя, – стало… опасно?.. Да! Иначе смысла прятаться нет. И опасность исходит от обычных людей. Иначе бы мы увидели ремонтирующуюся столовую вместо кафе и обычные складские ворота в «Апражке», как дядя мне сказал.

– Может, спецслужбы?..

– Это после дедовых изысканий? – насмешливо, – дед писал, государство наоборот, всегда привечало подобных спецов к себе на службу. Это не ФСБ, зуб даю.

– А что тогда?

– Ой!! – Вульф взвизгнула и наверняка вскочила, по привычке манерно зажав ладошками ротик, – я поняла!!! Блин!! Это не разведка, это… вспомните историю!! Кто раньше охотился на ведьм, а?!

Минута молчания и хором ошарашенно-восхищенное:

– Инквизиция!!!

В комнате задвигались стулья – наверняка они все вскочили на ноги. Вася закончил записывать и покосился на пути отступления. Я покачала головой, повторив жест слуха: убежать мы всегда успеем. Кабинет европейки всего-то этажом ниже, дальше по коридору до конца. А там уже не докажут.

Тем временем мебель в комнате отгрохотала: они успокоились и снова расселись.

– С вероятностью в восемьдесят процентов ты права. Давайте пока будем придерживаться этой версии.

– Интересно, а можно уточнить как-нибудь? Ни у кого знакомого священника нет?

– Не-а.

– Жаль. Постойте… А как же Плотникова?! Верка на православии повернутая, может быть в курсе.

– А с Васей я больше как-то не общаюсь, – грустно, Мирон.

– И что?

– Они, кажется, троюродные брат с сестрой. Вася говорил, когда я про их фамилии спрашивал, на первом курсе. Они не друзья, но вполне общаются.

Я в изумлении оглянулась, Василий в ответ развел руками, мол, вот так вышло. Я кивнула и пожала плечами, мол, все нормально. Все и в самом деле нормально – с Верой у меня прекрасные отношения, а родство… дело житейское.

– Да, Плотникова может и обидеться за брата. Тараканы у нее в башке откормленные, фиг ее знает.

– Ну, за спрос денег не берут, – Зимина, – не попытаешься, не узнаешь.

К нам на цыпочках подошла Нина. Мы повернулись, она показала большой палец. В ответ Вася протянул ей блокнот, чтобы прочитала. Пока мы перемигивались, в кабинете продолжился разговор:

– …Значит, решили? Поговорим с Веркой, а там по обстоятельствам.

– Думаю, можно еще в какую-нибудь церковь зайти, пообщаться.

– И что ты скажешь? «Не в курсе ли вы, почему местные маги ушли в подполье»?!

– А что такого?..

–Дура! – Вульф.

Зимина, и правда, глупость выдала несусветную.

– Ладно, давайте по домам. А с Плотниковой я завтра на лекции