Темные века - Валерия Сергеевна Праздникова

попробую поговорить, – наверно, Мирон посмотрел на часы и охренел. Дело и правда, шло сильно к вечеру.

Мы переглянулись и поспешили уйти.

– Значит, вы родня с Верой? – спросила, когда отошли достаточно далеко.

– Ну да, – Вася кивнул, – у нас отцы – двоюродные братья. Так-то я с ней мало общаюсь, но когда оказалось, что мы поступили в один колледж, сумел сделать так, чтобы попасть в одну группу. Верка добрая и неконфликтная, ее и в школе еще обижали. Про родство как-то не скрывали, но и не афишировали. Мы с ней не конкуренты, она хочет кафе при монастыре или большой церкви открыть. А я одно время думал коком на какой-нибудь корабль устроиться. По морям поплавать, мир посмотреть.

– А сейчас?

– Не знаю, посмотрю, подумаю. В любом случае, на такую работу берут не новичков, а хотя бы с двумя годами стажа. Я узнавал.

– Ну да, пока суд, да дело, время пролетит. А там уже будешь по обстоятельствам действовать.

– Кстати, с кафешкой при монастыре может и выгореть. Сейчас религия в почете. Везде церкви строят, где только можно. Исторических всяких соборов и монастырей даже в Питере на каждом шагу, а там – паломники, туристы, и все кушать хотят.

– Как вариант, – Нина покивала своим мыслям и перевела разговор, – так, Дубину я поймала и соответствующе настроила. Даже если ничего не узнает, нервы этой троице попортит знатно. Я ей мысль подкинула, что сейчас частным детективом работать прибыльнее, чем поваром. Она в кулинарии на троечку с минусом. Может, и клюнет.

– И денежки любит больше конфет, – согласилась я, – обязательно клюнет.

Мы подробно обсудили узнанное, но пока не знаем главной цели Захара Федосеева, экстрасенса-психолога – все это не имеет смысла. А об этом, похоже, он не сообщил даже племяннику, используя его втемную. Не по-родственному, конечно, ну, да, это у них в семье, похоже, норма.

Дома я проверила саженцы, полила и прорыхлила землю старой замызганной вилкой. Пообедала и переделала домашние дела. Почитала конспекты и устроилась на диване с очередной фантастической книжкой. На этот раз по совету подруги я занялась циклом про Амбер. Желязны – настоящий художник слова, сумевший простыми словами описать просто невероятный мир! Конечно, сразу все не очень понятно, но я упорная и разберусь.

В комнаты вошла бабушка:

– Криста, я дома!

– Привет, – я соскочила с дивана и чмокнула ее в щечку, – как дела? Ты, вроде, должна была встретиться с Юденичем…

– Встретилась, а как же, – она разделась и взяла в руки домашний костюм, – пообщались, поговорили. Встретились, кстати, в одном из этих торговых центров. Новомодная штучка, я тебе доложу!

– И что?

– Народу валом, можно хоть на голове стоять – никто ничего не заметит и не вычислит.

– Ну?!

– Пообщались. Он пока только следит за ситуацией и курирует процесс создания лакун. Правда, ведающие сообщили, что кое-какие лакуны из старых, в частности, у шакти, начали постепенно преобразовываться в полноценные домены.

– Это как?

– Это уже не просто кусок выделенного пространства. Там начал создаваться полноценный пространственно-временной континуум, разумеется, полностью подконтрольный хозяевам. Кстати, размеры его, обычно, тоже увеличиваются. У одной из шакти диаметр лакуны с полукилометра сразу скакнул в три раза, в придачу к лугу, лесок и речушка образовались. А это уже – целая экосистема! И возможности соответствующие.

– Ого! А почему так?

– Да как сказать?.. Шакти в том ритуале тоже участвовали, Криста. Так что, возможно – ответ богов на ритуал. А может, все вместе: ритуал, массовое создание лакун, повышение количества разных магических действий… к чему гадать впустую?

– И то верно. Поживем – увидим. Кушать будешь?

– Мы в ресторанном дворике кофе попили, но все равно, пока доехала до дома, уже снова голодная. Да и ужинать пора.

Я достала из холодильника кастрюльки и отправилась готовить ужин: куриные ножки с соусом, картошка и салат.

После еды и уборки ба снова села к телевизору: надо держать нос по ветру, чтобы успеть среагировать на какие-нибудь неожиданности. Впрочем, особых неприятностей не случилось, кроме присутствия на совещании в Кремле представителей всех основных религий. Патриарх занял там, кстати, центральное место, и пытался выглядеть даже значительнее, чем президент.

– Это плохо?

Бабушка пожала плечами:

– Наш президент не лыком шит, и наверняка еще устроит всем похохотать. Сейчас же он на камеру работает, не забывай. Посмотрим, что будет дальше. Все-таки, он бывший контрразведчик.

Глава 4. Сотрудничество и конкуренция.

Неделя прошла ровно: учеба, посиделки втроем в библиотеке или где-нибудь в уютном уголке. Пару раз к нам подсаживалась Вера, но – так, чисто что-то спросить по делу. Мне понравилось вот так, сообща, готовиться к занятиям: у Нины был хорошо развит художественный вкус, Василий неплохо разбирался в технике и технологических тонкостях, мне хорошо давалась готовка и все, что касается рецептуры и вкуса-запаха-подачи. Поэтому, если тема задания касалась рецепта и собственно готовки, то старалась я, Василий прорабатывал тему оборудования и технические регламенты, а Нина сводила все это в приятно выглядящий и хорошо читаемый формат. Такое сотрудничество позволило нам выбиться в лидеры успеваемости без излишних трудозатрат.

Троица «детективов» скатилась в троечники, но все также упорно шпионила за мной и о чем-то секретничала. Бабочкина как-то пожаловалась, что у нее сорвалось перспективное свидание из-за того, что комната у горниста была постоянно занята Мироном с присными. Мы с Ниной переглянулись, но промолчали. Когда же встретились с Василием и рассказали такую новость, он нахмурился:

– Мда… Мироша в последнее время ходит чернее тучи и почти забросил учебу. А еще – пытался с Верой по-дружески поболтать, расспрашивал про церковные порядки и вообще, про православие, но только ее напугал.

– Интересно, – Нина задумчиво подергала себя за косу, – помните, мы с вами обсуждали те их выходки? Помните, к какому выводу они пришли?

– Про инквизицию?

– Именно. Интересно, а в православии есть такое?

– Не помню. Но раскольников точно жгли, мы на истории проходили.

– Думаю, что-то обязательно было. Во всяком случае, до революции точно. Думаешь, они что-то вроде задумали?

–