Птицеед - Алексей Юрьевич Пехов

заберемся в такие дебри взаимных обвинений и недовольства друг другом, что проще пройти Ил насквозь, до Гнезда и обратно, чем выйти целым из этой безнадёжной для обеих сторон битвы.

– Прежде чем мы начнём, расскажите про ритессу Рефрейр, – попросил я.

Я удивил её.

– Вы что, знакомы?

– Встретились в Иле при не самых приятных обстоятельствах. Было странно видеть её у вас.

– А мне надо отчитываться перед тобой?

– Нет. Но вы поймёте, что это важно, когда я расскажу дальнейшую историю.

Она помолчала, сунув в рот мундштук, выпустила дым, размышляя:

– Её семье покровительствует Авельслебен, и там, – трубка ткнула в потолок, – пришла светлая идея, что, когда моё поколение вымрет, страна лишится людей должных знаний. Я оказываю услугу.

– Вы не из тех людей, которые оказывают услуги.

Что это у неё промелькнуло во взгляде? Разочарование?

– Тебе придётся поверить в это, Раус. Некоторые вещи делают просто так. У меня есть… опыт. Он пропадёт, когда я умру. Надежды на тебя мало. Ты часто в Иле, и я не знаю, вернёшься ли ты назад. Девочка – мой резервный план. Я радею о будущем родного города.

Я оставил эту тему. Её право возиться, с кем она хочет. Да и причины мне не важны. Главное, что меня не вовлекают. Фрок оценила моё молчание недовольной миной.

– Так зачем ты здесь?

– Я нашёл Оделию.

Она застыла, и её лицо разом как-то осунулось, побелело, глаза за толстыми стёклами на несколько мгновений стали мёртвыми, точно у рыбы. Но она взяла себя в руки, откинулась на спинку дивана, сделала очередную затяжку. Голова у неё заходила ходуном, гораздо сильнее, чем обычно, а значит, эмоции, что кипели в ней, были крайне яркими.

– Рейн? – спросила бабка спокойно, но я отметил, что голос у неё стал чуть ниже.

– Нет. Только она.

Я увидел на лице Фрок, всегда таком холодном – гримасу разочарования. Или отвращения? Её губы предательски дрогнули, а затем шепнули:

– Проклятый Ил. Проклятая… тварь.

Оделию она ненавидела.

– Вы ведь понимаете, что она не виновата? Ваш внук и сам горел этим местом? Историей Когтеточки? Оделия Лил здесь ни при чём.

– Она виновата уже в том, что не взяла родовую фамилию мужа. Его выбор привёл семью к расколу, а его самого – к гибели. Другая бы остановила Рейна, а не потакала фантазиям, которых он нахватался от своего отца. Рассказывай. Всё. С самого начала. Твоей деве надо это слушать?

– Элфи уже знает часть истории. Не только Иде Рефрейр следует учиться.

– Хм… – Полное неодобрение, но и принятие моего права решать, что для неё полезно. – Тогда начинай.

И я рассказал о своём недавнем путешествии в Ил, а после и о солнцесветах, и о том, что показала мне Личинка.

Это заняло довольно много времени. В какой-то миг бабка забыла о трубке, и та погасла. Когда я закончил, повисла гнетущая тишина, и я налил остатки остывшего кофе.

Фрок, кажется, стало жарко, и она расстегнула воротник, так что под ним показалась тонкая золотая цепочка и кулон – маленькая костяная пластинка с нечёткими символами. Сколько себя помню, бабка всегда носила этот талисман.

Элфи, осознавая историю ботаника, тихо пискнула:

– Настоящая Осенний Костёр? Ты видел её!

– Не я. По счастью, не я.

Память об этом несуществующем поцелуе накрепко вгрызлась мне в мозг. Бабка тяжело вздохнула:

– Проклятое прошлое совсем не оставляет нашу семью… – Она отвернулась к окну, размышляя о чём-то, понятном только ей. Затем махом осушила рюмку шерри. – Что ты обо всём этом думаешь?

Вообще это был мой вопрос к ней. Но пришлось отвечать:

– Оделия появляется спустя столько лет, и тут же её находят ребята из Племени Гнезда. За ней приходит целый суани, и они ничуть не гнушаются войти в андерит. В то же время в городе начинаются проблемы с солнцесветами, и этот ботаник… Полагаю, связь очень чёткая. Во всяком случае, с одной из Светозарных, которая за всем этим стоит.

– Ну. Просто и логично. Тебе нужно моё мнение?

– Иначе я бы не стал тратить ваше время, ритесса.

Она сняла очки, положила на стол, задумчиво потёрла переносицу.

– Сомневаюсь, что Оделия провела восемь лет в Иле. – Фрок сделала паузу, давая нам обдумать услышанное. – Долгий срок.

Капитан говорил то же самое. И я согласен. Но… всякое бывает. Или же я хочу на это надеяться и у меня на глазах шоры.

– Ты раздевал её?

Элфи на такой странный вопрос хмыкнула и тут же обратила на себя подслеповатый взгляд.

– Ил может менять не только внутри, но и снаружи. Хотя, полагаю, изменений нет. Её вряд ли бы вернули семье, будь хоть какие-то внешние признаки. Так что вопрос снимается.

– Если она не была в Иле восемь лет, то где же?

– Где угодно, Раус. – Взмах рукой. – Мир немаленький, и за Золотым Рогом есть жизнь. В Адене. Тиграи. Нуматии.

Нуматий Фрок любила. В молодости она много путешествовала, где-то там познакомилась ещё с одним путешественником – моим дедом, и вместе, привезя моего отца, они вернулись в родной город после почти двадцатилетнего отсутствия.

Я скорчил мину, полную сомнения, и перечислил:

– Ушла в Ил. Потеряла Рейна. Уехала на край света, оборвав все связи.

– Логично, – негромко произнесла Элфи. – Если всё опротивело, если потеряла самое ценное, то вполне логично.

Я и сам видел, что логично. Хотя мне и не нравился подобный расклад.

– Затем, предположим, Оделии наскучило путешествие, и она вернулась. В Ил. Зачем?

Бабка вновь надела очки, глянула вскользь, как-то тускло, словно сожалея, что я не понимаю:

– Например, нашла в себе силы завершить то, что не смогла сделать восемь лет назад. Найти Рейна. Похоронить его.

Я скрипнул зубами. Подходит. И укладывается в историю. А вот что не укладывалось:

– Она появляется в Иле и взбаламучивает его до самых глубин? Так, что ли? Племя Гнезда, прознавшее о ней, рвётся из Айурэ поймать её? Зачем? К чему она им?! Суани тоже. Зачем? Вы ошибаетесь, ритесса, и я уверен в этом. Не было бы такой охоты за ней. Следовательно, мы не можем отталкиваться от вашей теории.

– Оделия была в Иле все эти годы? Ты себя слышишь? – усмехнулась недоверчиво бабка. – Хорошо. Не суть. Пусть пока так. Эту часть истории можно проверить довольно скоро. Ты собираешься встретиться с ней?

– Да. Завтра. В Солнечном павильоне. Если она там будет.

– Сомневаюсь, что будет. Но попытайся. И надеюсь, она сама расскажет тебе о том, что случилось с Рейном. Давай шагнём дальше и забудем на время о самом важном для нашей семьи. Произошедшее в Шестнадцатом андерите – довольно необычно. Пока я считаю, что кто-то из твоего отряда пронёс на территорию седьмую дочь, чтобы активировать портал