Несказанное слово - Александра Шервинская

что ты в последнее время ходишь на Кромку как к себе домой, – в невозможном голосе явственно послышалось недовольство, – это никуда не годится, Антоний. Ты становишься… беспокойным. Да, именно так. Ты всегда был самым… энергичным из моих слуг, но в последнее время ты стал слишком… активен.

Ей всегда с некоторым трудом давались слова, определяющие эмоциональное состояние людей, уж не знаю, почему так происходило. Может быть, потому что этой сущности были совершенно чужды любые – ну, или почти любые – чувства.

– Чем я могу искупить свою вину?

Я прекрасно знал, что спорить с ней не просто бессмысленно, но и очень опасно даже для нас, некромантов.

– Последнее время ты отправил ко мне несколько очень интересных людей, – в голосе послышалась тень удовольствия, а гневные нотки исчезли. За шесть веков я научился различать еле заметные нюансы этого безликого голоса. – Очень сильных. Жадно живших.

В голосе Смерти мелькнуло удовлетворение, как у гурмана, рассказывающего приятелям о том, какие изысканные блюда ему довелось попробовать в новом ресторане. Однако в построении фразы отчётливо прослеживалось «но…»

– Но…

Я, как всегда, оказался прав, только на этот раз данный факт не слишком радовал. Наверняка сейчас меня отругают и загрузят каким-нибудь заданием. Ну точно!

– Но в последнее время на Кромке просто протолкнуться негде от ведьм, – недовольно сообщила моя госпожа, – я не слишком их жалую, и это не секрет. Одна в несколько лет – это нормально, ну две… Но сейчас же они идут одна за одной, от них сплошная суета, шум и нарушение порядка. А я это не люблю, ты же знаешь!

– Что я могу сделать?

– Останови это, – я с трудом сдержал усмешку, так как в голосе Смерти послышались капризные нотки, как у избалованной красотки, требующей новое бриллиантовое колье, – и ничего смешного в этом нет, Антоний, хотя то, что ты считаешь меня красивой, говорит о твоём хорошем вкусе.

– Простите, госпожа, – я усилием воли выгнал из сознания любые посторонние мысли.

– Найди ту, что отправляет ко мне ведьм, – уже совершенно другим тоном сказала она, – и останови её. Можешь отправить ко мне, а я уже решу, как с ней поступить и как наказать за то, что она заставила меня сердиться.

– Я предполагаю, кто это делает, – не стал скрывать я, втайне надеясь на какую-нибудь подсказку, – это очень сильная ведьма, к тому же связанная с колдуном не из слабых.

– Вот и займись, – решительно сказала Смерть, – а то что-то много воли ты взял в последнее время, Антоний. Ну а я уж найду, чем вознаградить тебя за верную службу. Поверь – останешься доволен. А сейчас – иди, да помни о своём задании.

Я почувствовал, как меня словно подхватило холодным ветром и выбросило из сна.

– Тоха, эй, ты в порядке? – Алексей обеспокоенно поглядывал на меня в зеркало заднего вида.

– Да, просто задремал, да и сон непростой приснился, – я с силой потёр лицо, – потом расскажу как-нибудь.

Помощник понял, что мне надо подумать, и сосредоточился на дороге. Я же погрузился в размышления. То, что Смерть хочет получить Мари – а я не сомневаюсь, что за убийствами ведьм стоит именно она – мне на руку, так как я в любом случае собирался отправить её за Кромку. Но слишком много всего переплелось: обещание вытащить Егора – при воспоминании о бывшем ученике в душе снова шевельнулась застарелая обида – никуда не делось. Некромант всегда держит данное слово. Да и книга, обещанная колдуном, мне ох как пригодилась бы. Осталось понять, как связать всё это воедино, и при этом самому не переселиться за Кромку на, так сказать, постоянное место жительства. Вот об этом я и подумаю в ближайшее время. А пока у меня масса дел: нужно познакомить Леночку с Годуновой, решить вопрос с секретаршей, изучить досье Мари, которое добыла Софья Арнольдовна, да и вообще…

Я смотрел в мелькающие за окном огни большого города и думал о том, что жизнь удивительна и прекрасна, как бы странно это ни звучало из уст некроманта. А сколько интересного впереди! Эх… Хорошо-то как!