Лунные тени разума - Виан Вольф

к психиатру, про параллельные миры рассказывать… А где Файдер-то?»

Файдер обнаружился за стеклянной перегородкой слева. Он тоже читал какой-то документ, не спеша его подписывать.

«Ай, да ладно! Чего тут думать, если уже собралась, — мысленно поговорила с собой Марта и как никогда аккуратно поставила свою подпись. — Да уж… Это самый странный переход их всех, что у меня был. Сижу тут как в какой-то конторе, бумажки подписываю. А мистика где? Где волшебство?»

Волшебство не заставило себя долго ждать и явилось в образе маленькой, с ладошку величиной, феи, которая подлетела к Марте и зависла пред ней как экзотическая колибри. Убедившись в том, что договор подписан, фея забрала его у Марты и пискнув: «Ожидайте!», улетела, покачиваясь под тяжестью ноши.

Она вернулась, когда подошел уладивший формальности Файдер и, обращаясь к ним обоим, пригласила их проследовать за ней в появившуюся черную брешь в белой стене. Брешь оказалась широким и плохо освещенным коридором, который закончился еще одной комнатой. В отличие от предыдущей белой, эта была абсолютно черной. Было темно и тихо. Фея исчезла, оставив их вдвоем. В центре комнате начало появляться световое пятно, расплывшись до пары метров в диаметре. Вдруг Марта вздрогнула. Оказалось, что в комнате они не одни, и обнаружившийся некто третий шлепнул Файдера по плечу:

— Что-то вы долго! Мне уже ждать надоело.

Марта облегченно выдохнула.

— Эло! И ты здесь, — она повернулась к Файдеру с молчаливым вопросом.

— Ой, ну потом расскажу. Да, Эло тоже с нами. Точнее, он со мной. Короче… не важно! — Файдер фыркнул и дернул плечом, давая понять, что ответ был исчерпывающий.

— Это как это не важно? — начала закипать было Марта, но Эло прервал ее вопросом к Файдеру.

— А что известно о месте прибытия? Я тут успел выяснить, что сейчас выход за полярным кругом! Это правда? Там же холодно, это как мы там будем без вещей теплых? А может быть можно что-то взять? Может ты договоришься, а?

— Ты не поздновато спохватился? — поскалился Файдер, но поспешил успокоить своего друга. — Мы не окажемся за полярным кругом. То есть не за ним. А перед ним… В общем, это… в Лапландии.

— Что?!

— Слушай, ну да, это север. Но не такой там холод как ты представляешь.

— Лапландия это же там, где Санта Клаус живет? — просила Марта. Она уже престала злиться, тем более, что это было бы совершенно бесполезно.

Файдер засмеялся:

— Ну… Можешь его так называть… О, кажется, начинается, — Файдер стал серьезен и взял Марту за руку.

Откуда-то сверху послышался механический голос:

— Пройдите в обозначенный треугольник! После сигнала не выходите за линии треугольника!

В освещенной части пола появились красные линии, которые сложились в равносторонний треугольник. Марта, не отпуская Файдера, послушно делала то, что хотел от нее бездушный голос. Эло стоял рядом и догрызал последний орешек арахиса, спрятанный за щекой. Он предусмотрительно решил перекусить перед дорогой, потому что «неизвестно, где их выбросит и вообще…»

Треугольник медленно начал вращаться против часовой стрелки. Потом быстрее и быстрее.

— Для вашей безопасности, не выходите за линии треугольника, — снова заговорил предупреждающий голос.

Трижды повыла сирена, и Марту подбросило как в аэротрубе. Не было возможности ни говорить, ни нормально дышать. Она с силой втягивала воздух носом. Ей вспомнилась почему-то картинка, на которой летящая с высоты кошка переворачивается так, чтобы приземлиться на свои четыре лапы.

Как бы ей тоже так перевернуться…

Если, конечно она летит вниз…

А может быть, она летит вверх?

Но Марта уже не летела ни вверх, ни в низ. Она чувствовала, что ее уже не бросает из стороны в сторону и не переворачивает вверх тормашками, как куклу в руках несмышленого ребенка, она чувствовала, что лежит…

…где?

Она лежит щекой…. лежит на…? На траве…

Кто-то переворачивает Марту на спину и легонько хлопает по щекам.

Она открыла глаза.

Чернота… Звезды.

— Марта, всё! Мы на Земле! На Земле!

Холод.

Боль и холод. Марту бил озноб.

— Что-то… я не … алё, — прохрипела она, опираясь на Файдера, который помогал ей сесть.

Рядом откашливался Эло. Вдруг, он взвизгнул и начал трясти ногой, одновременно пытаясь снять штаны. Марте даже полегчало от такого неожиданного зрелища.

— Вашу ж ма… А-а-а! Что это?! Пакет! — Эло, наконец, вытрусил какой-то дымящийся комок. — Ногу мне обжег, зараза. Пакет от арахиса, из фольги, расплавился от Перехода!

Эло, уже смеясь, нанизывал штанину обратно на ногу. А Файдер как-то без особого сожаления смотрел на него, как смотрят как с кафедры на нерадивого студента.

— Ты как его пронес-то вообще?

— Да не специально я! Забыл. И как-то прошел, не заметили.

— Ты мог вместе с этими штанами вспыхнуть. И мы заодно…

— Ну всё-всё! — Эло отвернулся что-то ворча, и отошел в сторону.

Марта прижалась к Файдеру.

— Мне холодно. Очень.

— Я знаю. Потерпи. Во-о-н там, видишь, огни? Сейчас мы туда дойдем, и всё будет хорошо.

«Во всяком случае, я надеюсь, — подумал Файдер. — Очень хочется быть уверенным. Хотя бы в её глазах!»

Надо заметить, что от окружающей обстановки особыми надеждами на лучшее как-то не веяло. Да и вообще было не понятно, чего ждать, потому как, если бы не висящий над ними, с момента их появления зеленоватый плазмоид, размером с футбольный мяч, тьма была бы кромешная. Эло обратился к плазмойду:

— Все нормально! Мы живые!

Плазмоид исчез.

— Восхитительно, — недовольно сказал Эло.

Луна, как и ожидалось, отсутствовала, а от звезд в плане освещения толку не было никакого.

— Я ничего не вижу!

Марта, вцепившись в Файдера, делала шажки в сторону того, что тот назвал громким словом огни, а ей виделось одной малюсенькой точкой.

— Держись за меня. Я буду идти медленно, ты просто шагай и всё. Я хоть не ахти как, но вижу.

— Ага, теперь расскажи людям, что им луна не нужна, — язвил рядом Эло. — Да хотя бы как фонарь нужна!

Его глаза уже настроились на темноту и та картинка, что он видел, была практическая бесцветной и не сказать, что хорошего качества. Но он видел достаточно для того, чтобы не врезаться в деревья и не угодить в какую-нибудь яму.

Но долго ли коротко ли, а точка росла и росла. Пока не превратилась в окошко. Окно, как это обычно бывает, было в доме. Дом, как уже успела понять, Марта был на окраине леса. Это был обычный деревянный дом. Этакая избушка без курьих ножек. За окном, перерезанным крестом рамы, появилась чья-то тень, но быстро исчезла.

В целом, вид домика тревоги не вызывал. К удивлению