Лунные тени разума - Виан Вольф

в комнату. Входящего, ни много, ни мало, из большого зеркала, в котором секунду назад отражалась Марта, а теперь там не отражалось ничего. Стекло исчезло и превратилось в проем, из которого, собственно, и появился неожиданный гость. Как только он переступил резную раму, зеркало тут же приняло свой обычный зеркальный вид и как ни в чем не бывало, продолжило отражать Марту.

— …стливо, — договорил профессор и обратился к гостю. — Любезнейший, Вы нам мешаете.

— Ой, не бухти! — ответил тот и уселся на край стола.

— Это мой родственник. Не обращайте внимания.

Информация о родстве показалась Марте странной, потому что гость выглядел вполне как человек, чего нельзя было сказать о профессоре, который был определенно зверем. Хотя и неопределенно — каким. Ну, в прочем, это же Греверсонд. Тут и не такое бывает…

Гость соскользнул со стола и с поклоном представился Марте:

— Герцог Маленский.

Герцог?

Ну, почему бы и не герцог… Молод, статен. Черные глаза, брови и ресницы, контрастирующие с бледной кожей. Светлые волосы, заплетены в небольшую косу… Не хватает жабо под подбородком и шляпы с пером.

Герцог изогнулся, изображая почтение, и поцеловал Марте руку, зыркнув на профессора.

Марта напряглась, даже забыв поулыбаться в ответ на эти жесты.

«Я же так Файдеру и не позвонила» — подумала Марта и почему-то на душе стало тревожно и очень захотелось поскорее уйти.

— Я тут краем уха о вашей беде услышал, — курлыкал Маленский и строил Марте глазки. — Если понадобится моя помощь — я к вашим услугам! Чего бы мне это ни стоило! Любезная Марта, я приму за счастье…

Марта была в замешательстве. С одной стороны, интуиция подсказывала не доверять незнакомым товарищам, преспокойно проходящим сквозь предметы, но с другой стороны… А может быть это счастливый случай… и этот титулованный родственник действительно может быть полезен?

Симеон занырнул в плед, что-то пробурчал и вынырнул обратно со словами:

— Любезная Марта уже уходит, — он легонько похлопал Марту по плечу, направляя ее к выходу.

«Да, интуиции лучше доверять, — подумала Марта, прощаясь с профессором на пороге. — Странный такой этот тип».

Тип действительно был более чем странный. Его благородная красота ну никак не вязалась с этими обезьяньими ужимками, которые он выдавал за хорошие манеры.

Специалист по минералам приложил ухо к темной сучковатой двери, прислушиваясь к осторожным шагам уходящей Марты. Он молча и вопросительно смотрел на гостя, который сидел на столе, болтая ногами.

Тот же, в свою очередь, делал невинные глаза.

— Ну и что? Пришел и пришел… Какая разница?

Симеон продолжал молча в упор смотреть на родственника, который теперь воодушевленно махал руками и восклицал:

— Да я уверен, что это она! Она!

— Тем более непонятно, зачем ты пришел, — ворчал профессор, выбравшись, наконец, из своего клетчатого убежища. Он расправил спину, пригладил рыжую с проседью шерсть на боках и животе и, взяв с полки гребень, принялся расчесывать свой хвост.

Тут герцог Маленский перестал болтать ногами и стал серьезен:

— Я в своем уме, не беспокойся.

— Зачем себя обнаруживать? Зачем светится? — злился профессор.

— Кузен, ты параноишь. Это же люди! Ну что они понимают? Ну, видела она меня и что? Забудет через пять минут.

Профессор всё так же злился и дергал свой хвост гребёнкой.

— Всё будет хорошо, — тихо сказал герцог Маленский и обнял своего мудрого мохнатого Симеона.

Совсем как в детстве…

Симеон вздохнул и ничего не сказал. Этот взрослый ребенок, избалованный франт всегда делал, что хотел. Но сейчас его упрямство и хотелки могут сделать великое дело. А, вдруг и правда получится избавиться от давнего кошмара, который портит жизнь многим поколениям их рода?

Проклятие рода Галеш!

Казалось бы, чего проще — никогда не ссориться с феями. Но учитывая их ужасный характер это на самом деле очень непросто. Да не забудьте к этому прибавить невероятные возможности этих фей, а к этому прибавьте любого из представителей Галеш с его вреднючим взрывоопасным характером…

Короче, как всегда, из-за какой-то ерунды, поссорился прапрапра… дедушка Галеш с одной из фей. Она ему — слово, он ей — два… Она ему — десять, он ей — дохлых крыс в розарий подкинул, по-соседски. Самоуверенный был, в общем, дедушка…

Что там было дальше между ними, уже никто точно не помнил, но только закончилось всё плохо. Конфликтный предок вскоре начал покрываться шерстью и от его человеческого облика не осталось ничего, кроме изуродованных артритом пальцев рук. Он превращался в монстра… А для видного политического деятеля это было более чем досадное происшествие. Голос его охрип, а через сорок девять дней от начала превращения и вовсе — вместо речей в парламенте он только и мог, что тихонько выть на луну.

И с этого момента в роду Галеш каждые двенадцать лет рождались какие-то непонятные зверушки. На умственных способностях зверушек это никак не сказывалось, даже наоборот. Разумеется, Греверсонд никогда не был местом, где на вас будут показывать пальцем, если у вас есть хвост или вы спите вниз головой и летаете по ночам. Но в таком случае и родителям вашим так же полагалось иметь хвост или же так же спать вниз головой… Иначе — кто чей папа, собственно?! Когда у красавицы и красавца рождается неведомая зверушка, тут и умом тронуться недолго… А скандал-то какой! Сплетни, пересуды… Симеон Галеш был одним из таких «гадких утят». Самым старым из ныне живущих.

Но заклятие было не только в периодическом рождении необычных детишек, а еще в том, что детишки эти не могли оставить наследников. Они были бесплодны. А для древнего рода с копившимся столетиями капиталом это было серьезной проблемой.

Но, как известно, любое заклятие можно снять. Мстительная фея перед своей кончиной оставила подробное описание как это сделать. И если кратко, снять заклятие должен некий камень, который нельзя ни найти, ни купить, ни отнять, ни украсть. А получить его можно только из рук земной женщины, которой и самой он позарез нужен для лечения от смертельной болезни. По какой причине эта женщина должна отдать камень — то ли из величайшего благородства, то ли от отсутствия ума, об этом фея умолчала.

Маленский был полон уверенности в том, что Марта и есть та самая женщина, которая им нужна. Теперь он должен следить за ней, следить во все глаза…

Глава 3

— Н-н-н-ет. Нет.

Файдер накрыл голову подушкой, чтобы не слышать Марту. Сам он при этом монотонно повторял:

— Нет. Нет.

Марта, сидевшая рядом на кровати, толкнула его в спину в отчаянии:

— Да