Море волнуется два… - Елена Свободная

когда окружающий пейзаж замерцал и рассыпался кучкой пикселей, явив более серые, даже какие-то синеватые предгорья, заросшие мелкими сиреневато-белыми цветами, одновременно похожими на лаванду и на вереск.

— Думаю, он скормит тебя своим псам, — почти равнодушно кивнул мой не самый разговорчивый собеседник. — И, боюсь, помешать ему это сделать не сможет никто.

— Или не захочет, — спокойно согласилась я, а он снова задергался, лишая мою спину надежной опоры. — Да кто из нас не может спокойно сидеть!

— Мне не нравится, что ты на меня так наваливаешься, — нервно фыркнул он. — И вообще, ты мне не нравишься!

— Ну знаешь ли!.. — возмутилась я. — Я взрослая самостоятельная женщина, и сама могу решить, нравлюсь тебе или нет! Кстати, а что за природную аномалию мы только что проехали?

Он шумно втянул тонкими ноздрями воздух, то ли наслаждаясь ароматами цветов, то ли пытаясь взять себя в руки. Но потом, видимо, решил, что скрывать что-либо от ходячего мертвеца, как минимум, глупо и все же пояснил:

— Мы едем не по обычной дороге, а эльфийскими тропами. Именно поэтому мне нет нужды торопиться и загонять лошадь, чтобы прибыть на место раньше, чем кто-то сможет оспорить у меня первенство.

Первенство в чем? — хотела усмехнуться я, но тут же догадалась сама. Учитывая, что Кемстер и этот Лауисиэль — не единственные, кого отправил по моему следу эльфийский любитель марен, а значит, вероятность того, что нас будут ждать с распростертыми объятиями прямо на подъезде к городу увеличивалась с каждым мгновением.

— Получается, что мои спутники нас не смогут выследить? — задумчиво протянула я, отчаянно надеясь, что наша связь с Ловцом никуда не делась.

Ловец

— Они ушли эльфийскими тропами, — когда Лилит в сопровождении Габриэля и его серого волка вышли, тихо сообщил Иммераль.

— И что это за хрень? — Алекс развалился на месте пиритки, что-то подбрасывая на ладони.

Приглядевшись, я понял, что это золотой местной чеканки. Интересно, откуда он у него? Пока я размышлял на эту тему, Кали отвернулась от окна и хмуро оглядела наше сборище.

— Трое мужиков за одной девкой уследить не смогли, — разочарованно пробормотала она, остановив взгляд на мне. — Про тебя вообще молчу!..

Она сплюнула и кивнула на колченогий стул.

— Не надо обесценивать вклад Кемстера в разведку местности, — сочувственно хмыкнул вампир.

— Ой, да было бы что там обесценивать! — с досадой дернула плечом старая ведьма, касаясь тонкими пальцами моего затылка.

От внезапно накатившей боли потемнело в глазах и заложило уши. Как будто в голову впились бессчетное количество мелких иголок, заставляя жалеть о том, что шкуродер все-таки промахнулся!

-...портами, — голос эльфа был первым, что я услышал, приходя в сознание. — Я смогу отследить их до первого перехода, а дальше нужна будет помощь Джехена. Он должен чувствовать, где находится Летта.

— Интересненько, — протянул вампир. — Кем, ты как, живой там?

— Бывало и лучше, — едва ворочая языком, прохрипел я. Что ж старая ведьма мне сразу-то шею не свернула?! Вон какая довольная стоит!

— Может, еще и будет, — назидательно усмехнулась старуха. — Если будешь бабушку слушать...

Эльф и вампир заухмылялись так похабно, что сомнений в пользе "бабушкиных" советов у меня прибавилось.

После третьего перехода старуха, наконец-то, сбросила скорость. Кабриолет и так последние пару часов летел на пределе своих возможностей. Я, конечно, не специалист по таким машинам, но когда дребезжит примерно все, волей-неволей задумаешься о собственной безопасности. Вокруг замелькала набившая оскомину местность. Серые скалы, врезавшиеся в океан, а где-то в полудне езды — город, с которого началось мое очень странное путешествие.

Летту я чувствовал всю дорогу, но единственное, что я знал наверняка — что она жива. Опыт подсказывал, что это далеко не всегда благо, и это непривычно злило и раздражало. Хотелось поторопить старуху, но я прекрасно понимал, насколько глупо это выглядит. Темные дни! Да, быть влюбленным идиотом в без малого четыреста еще труднее, чем в пятьдесят! Зато хоть свыкся с этой мыслью и перестал беситься от сочувственных взглядов проклятого вампира. Алекс же, как назло, разглагольствовал о своей работе, то и дело упоминая заслуги Николетты.

Спас меня (да и его, на самом деле) эльф:

— Что ты задумал, Деверель?

Мы как раз ехали по какой-то горной дороге, Кали откинула крышу кабриолета и, хоть океан скрывали скалы, ветер нес запах гниющих водорослей и соли.

— Я хочу убить этого эльфийского ублюдка, — просто ответил вампир. — Извини, Иммераль, ничего личного.

Сказать, что у меня упала челюсть, не сказать ничего. Резко обернувшись, я наткнулся на такой же ошарашенный взгляд Нинголора. Кали по-простому вдавила педаль тормоза. Машину тряхнуло, повело, несколько раз развернуло, но, видимо, сработала какая-то магия и с дороги мы не вылетели. Всего лишь затормозили в пяди от каменной стены по левую сторону от дороги.

— Ты рехнулся? — у старухи нервы оказались крепче всех.

— А что? — невозмутимо пожал плечами этот придурок. — Он явно лишний в экосистеме этого мира. Или вам так уж необходим какой-то феерический злодей?

Мы с эльфом ещё раз встретились взглядами. Настолько идиотская мысль могла прийти в голову только вампиру, выросшему вдалеке от родного мира. Похоже, ему надоело лицезреть наши удивленные рожи, потому что вампир слегка нервно провел рукой по гладко зачесанным назад волосам и усмехнулся:

— Господа, критика должна быть конструктивной, а оскорбления — аргументированными.

— Ты дурак, потому что ты дебил, — отрезала Кали, выразив общую мысль. — Ты не понимаешь, о чем говоришь. Я и то не рискну соваться в логово к этому эльфийскому уроду... извини, Нинголор, ничего личного.

Эльф в очередной раз понимающе кивнул.

— Ты же говорил, что в этом городе тебя нашел посредник, — невозмутимо проговорил Алекс. — И сюда же повез Нику ее похититель. Два и два сложить легко — где-то поблизости у вашего Икиеля есть логово. На худой конец, какая-то точка встречи.

— Ну, допустим, есть, — кивнув, хрипло выдавил я.

Как вампир себе это вообще представляет?! У этого ублюдка полно охраны, большую часть которой составляют маги, но даже это не главное. Его псы — вот основная проблема. Не знающие страха и боли уродливые чудовища, не восприимчивы ни к одному виду магии, а созданы только затем, чтобы рвать на части живую плоть...

—