Брелок желаний - Георгий Александрович Егоров

— вполне в рамках приличий, но всё же с лёгким ощущением, что за ними всё-таки кто-то следит. Кто-то, кто умеет улыбаться так, как будто уже знает, что ты проиграл.

— И что это было? — спросил кот, когда город остался позади.

— Проверка. Или демонстрация. Или…

— Или привет от Пайки?

— Возможно. Но знаешь, что самое интересное?

— Что?

— Он не знал, что я вижу его точку.

— Что?

— Да.

И у него в кармане — точно такой же трекер. Только на меня и его нам надо срочно найти.

Пока Porsche, под днищем которого обнаружился маячок, плавно скользил по ночным улицам Парижа, я задумчиво водил пальцем по экрану. Красная точка, обозначающая Пайку, по-прежнему не двигалась. А вот наше собственное положение — ну, скажем так, если бы за нами действительно вёлся отслеживающий глаз, сейчас бы мы стали объектом большого французского интереса.

— Ты чего завис? — спросил Григорий, развалившись на заднем сиденье с таким видом, будто участвовал в шпионских войнах ещё со времён Ришелье.

— Думаю, — сказал я. — Если они следят за мной так же, как я слежу за Пайкой… нужно кормить их дезинформацией.

Пора устроить им «Мот на минималках».

— Поясни, желательно без использования слова «VPN».

— Сейчас покажу.

Я припарковался у круглосуточного кафе, заказал через окно три круассана (один для кота, два на всякий случай), и вышел из машины. Порывшись в дорожной сумке, которая находилась в багажнике я через пару минут вернулся, держа в руках странный артефакт — свой старый андроид-смартфон, облепленный скотчем и пафосом.

— Что за музейная находка?

— Это мой старый Samsung. Сломанный GPS, но Wi-Fi ещё жив. Я его зарядил, установил туда фейковую геолокацию через одну замечательную, мою собственную программку… и теперь он будет изображать меня. В буквальном смысле.

— И как?

— Он будет двигаться по Парижу по маршруту, который я заранее заложил. Каждый вечер он будет останавливаться в новых отелях, иногда в публичных местах. Сигнал будет ловиться через уличный Wi-Fi. Любой трекер, который сработает — увидит, что я в квартале Марэ, потом на Монмартре, потом в Опере. А на деле — я где-нибудь на юге, в Провансе, пью персиковый нектар и слушаю, как сверчки ржут над Пайкиной ищейкой.

Кот задумчиво кивнул:

— Ты создаёшь цифрового двойника. Иллюзию своей деятельности. Мот-симулякр.

— Ага.

— Потрясающе. Где ты всему этому научился?

— В Смоленске. Ну и YouTube конечно же.

Мы остановились у городской электростанции, где я аккуратно прикрепил смартфон под сиденье одного из туристических электросамокатов.

Активировал программу и улыбнулся.

— Через десять минут этот «я» поедет в сторону Латинского квартала. Потом заглянет в Макдональдс. Потом ночует в хостеле рядом с Пантеоном. И весь этот маршрут запишется в трекер. Даже фото будет — я подгрузил пару старых селфи с фильтром.

Григорий прищурился:

— Скажи честно. Ты вообще человек? Или мы тут сценарий «Миссия: Ла-Парис» пишем?

— Я просто не хочу, чтобы Пайка или кто-то вроде того улыбчивого мужика, пришли и постучали в дверь с фразой «верни мою игрушку, мальчик».

— Это разумно. И весьма эффектно.

Но, слушай, — кот почесал подбородок. — А если они найдут этого твоего цифрового двойника?

— Тогда им придётся объяснить, зачем они схватили туристический самокат.

С «моим лицом» внутри.

Я думаю, им будет… неловко.

— Приколюха.

Резюме моего плана:

Купленный за наличные старый Android с Wi-Fi, без SIM.

Установлен фейковый GPS-трекер (через root или GPS-spoofing app).

Смартфон ездит по Парижу, цепляясь к бесплатному Wi-Fi (периодически).

Устроена симуляция активности: маршрут, локации, фото.

Установлен под электросамокат — движется, как будто настоящий.

Настоящий я — исчезает из радаров.

Уже смеркалось. Я и Григорий сидели в машине, припаркованной в районе Трокадеро, в аккуратной тени между двумя громоздкими внедорожниками. Porsche, как и его владелец, то есть я, не привлекали внимания: глухая тонировка и отсутствие блестящих понтов.

На экране смартфона красная метка Пайки всё ещё торчала на одном месте. Судя по карте — Элитный отель рядом с Сенной. Она не двигалась уже второй день.

— Это что, она? — я подозрительно прищурился.

— Ну, если она не уснула в подземном бункере, то да. Хотя странно. Звезда, привыкшая к движухе, и вдруг — застыла. Пахнет либо паранойей, либо подставой, — хмыкнул Григорий.

Я задумчиво поднял взгляд и поймал в зеркале заднего вида мужчину в сером костюме. Он шёл медленно, без телефона, без пакетов, без даже намёка на туристический интерес. Просто шёл… вдоль их ряда.

Как бы невзначай.

— Ты видишь?

— Вижу, — Григорий тут же напрягся. — Стойка прямая, обувь итальянская, глаза как у бывшего инструктора по холодному оружию.

— Это тот самый мужик, скорее всего ищейка Пайки.

— Он похож на кого-то, кто умеет делать так, чтобы тебя не нашли даже в телеграм-боте.

Я чуть пригнулся, глядя в боковое зеркало.

— Он нас не видит.

— Это нам так хочется думать, — прошипел Григорий. — Он просто не показывает, что видит.

Потянулся к бардачку, я достал миниатюрный мешочек с солью, перочинный ножик и положил их в карман.

— Зачем это?

— Неважно. Это моя «психологическая броня». А теперь, кот, готовь лапы: мы делаем тактическое отступление. Без паники, но быстро.

Григорий одним прыжком оказался на переднем сиденье.

— Паника отменяется. Но если этот тип — даже не основной преследователь, а его наводчик... нам нужна новая линия защиты. Фальшивые следы — хорошо. Но мы должны себя скрыть тоже.

— Ага. У меня есть план: пару фейковых звонков, один забытый ноутбук в кофейне, и кое-что в мусорке у отеля Пайки.

— Надеюсь, ты не про настоящую какашку?

— Только эмоциональную. Но эффект тот же.

ГЛАВА 8 «ПАНАМЕРО»

Номер был в точности такой, каким должен быть номер, за который ты платишь столько, сколько в Мытищах стоит двухкомнатная квартира с плесенью и соседями из прошлого века. Плотные шторы, приглушенный свет, огромная кровать, на которой могла бы уместиться футбольная команда — и всё это окутано ароматом французского мыла, денег и недоверия.

Пайка сидела в кресле, закинув ногу на ногу. На ней был шелковый халат, в котором она выглядела как императрица на карантине. На