Спутница стража - Ольга Олеговна Пашнина
Планшет Энджина вдруг мигнул несколько раз, подавая сигнал о входящем сообщении. Мужчина быстро просмотрел почту и лицо его приобрело совершенно серьезное выражение. Даже я жевать перестала.
– Что такое?
– Пришла информация об убитой от моего знакомого из полиции.
– И?
Ненавижу театральные паузы! Я уже поняла, что дело так просто не кончится, и мы влезли во что-то не очень хорошее, но почему нельзя сказать сразу? Мне что, за сердце схватиться?!
– У нее в роду были кореянки.
Я молчала, ожидая продолжения, но его не последовало.
– Хорошо, и что такого необычного в том, что в роду девушки были кореянки?
– Само по себе ничего, но в свете последних событий, неужели, тебя это не настораживает?
Чуть подумав, я все же согласилась с Энджином. Пульгасари – уже повод подозревать все корейское, что оказалось на нашем пути. Может, девушка как-то связана с этим корейским флешмобом.
– И что делать?
– Исследуем места вокруг. Как стемнеет.
Говоря это, Энджин задумчиво смотрел в экран. Я не видела, что он там пишет, но заметила значок Гугла. И любопытно сунула нос.
– Что ты делаешь?
– Изучаю списки нашей нечисти. Может, что-то натолкнет на мысль.
– У вас что, нет никаких тайных книг и старинных свитков, классифицирующих нечисть? – полушутя спросила я. – Все в интернете?
– Вот я еще с собой кучу книг не таскал, – пробурчал мужчина. – Если знать, где искать, можно обойтись и интернетом.
– Поставлю чай, – решив, что в этом деле я ему не помощник, отправилась на кухню.
Меня с самого утра не покидало ощущение, будто я что-то упускаю. Причем именно я, а Энджин или скрывает заинтересованность или просто не видит связи между всеми странными событиями.
Я чувствовала себя как в старом американском детективе: герой смотрит на доску, увешанную фотографиями, и вдруг на него снисходит озарение. На меня, правда, не снизошло. Но что-то определенно во всем этом было, какая-то связь.
Самый очевидный вариант – связь с Энджином. Он кореец, он приехал в Россию, к слову, в силу странных и не очень убедительных причин. И сразу же, с самого момента нашего знакомства, в Новобеломорске появляется корейская нечисть. То есть, появилась она, может, и раньше, но на меня все свалилось в один миг.
Но озвучить догадки я так пока и не решилась. Мы и знакомы-то совсем ничего. Я только вливалась в эту работу, и, бывали минуты, сама до конца не верила, что вся эта магия реальна.
– Вот слушай, интересный вариант, – из комнаты вышел Энджин. – Эбосан, существо из корейской мифологии. Дух японца, поджидающий в сумерках корейских девушек и соблазняющий их.
– А почему японца?
– А кто ж их знает. Наверняка есть какая-то до ужаса трагическая история, как японец полюбил кореянку, но она его предала и с тех пор он мстит всем.
– То есть, он их убивает?
– Легенды многое умалчивают. – Энджин пожал плечами. – Обычно самые мерзкие детали.
– Остальное сходится. Кореянка в далеком прошлом, красотка. Пожалуй, теория имеет право на жизнь.
– Рад, что ты оценила. – Энджин чуть улыбнулся. – Как стемнеет, осмотрим место происшествия.
– Можно забить и ждать, когда он подохнет с голода. В Новобеломорске не так много кореянок.
– А если он поедет в Москву или Петербург? – возразил мужчина. – Тебя не будет мучить совесть, если мы его не остановим?
Я не нашлась что ответить.
– Эй, а борщ-то был вкусный?
Но погруженный в свои мысли страж уже почти меня не слушал, он лишь рассеянно кивнул и взъерошил мои волосы. От этого прикосновения вдоль позвоночника пробежала приятная дрожь.
***
– Эбосаном может быть каждый! – Я осмотрела небольшую площадь перед рынком.
Там, где днем бегали и веселились дети, сейчас вольготно расположились бухающие компании не первой свежести. Отовсюду доносились маты, слышался звон бутылок. Кое-кто даже полез в драку с противоборствующей лавочкой. Неудивительно, что здесь случилось убийство.
Но что удивительно – базар был наглухо закрыт. Все ворота, все калитки – все под сигнализацией и на замках. Пробраться туда даже при сильном желании не вышло бы. Хотя у нас с Энджином все же получилось.
– Слушай, ну это бред! – шепнула я, когда мы шли мимо закрытых палаток. – Совершенно случайно девушка с корейскими корнями оказывается на территории рынка, охраняемого круче русского музея, и там ее совершенно случайно встречает корейская же нечисть с неприличными намерениями?
– Ты считаешь, что она была с ним знакома? – с сомнением спросил Энджин.
– Ничего я не считаю. Просто столько совпадений в один день это перебор.
– Или есть другой вариант. Девушка оказалась здесь случайно, и наличие корейских корней – обычный, ничего не значащий факт, а Эбосан убивает просто в силу сущности.
– А почему не убивал раньше?
На это уже Энджин не нашелся, что ответить. Я вообще слабо понимала, что мы делаем и зачем приперлись на рынок. Если это и есть работа стража, то я ее себе представляла немного другой. Как же огромная библиотека, где есть информация обо всех демонах, мудрый наблюдатель, книга таинств и хранитель10, который может спасти от смерти раз двадцать за сериал… тьфу, за карьеру?
– Слушай, а стражи сколько живут?
– Столько, сколько захотят.
От таких новостей у меня непроизвольно отвисла челюсть.
– То есть? А если он захочет вечно?
– Есть и такие, – пожал плечами Энджин. – Я не из их числа, я точно знаю, что уйду. Как только… в общем, неважно. Страж сам решает, когда закончить работу. Или есть еще вариант: ошибка. Обычно ошибки в работе стража приводят или к его смерти, или к смерти людей, которых он был обязан защитить. Во втором случае сила стража просто пропадает, и он умирает.
– Жуть. – Я поежилась. – Слушай, какая нечисть специфическая, уже минут десять ищу, в сети вообще ничего нет.
Энджин заглянул в мой планшет.
– Ты не так вводишь название. Первая буква не «Э», а «Е».
Я фыркнула и рассмеялась, но тихо, чтобы не спалила охрана.
– Ты серьезно? Е? Ты вообще осознаешь всю абсурдность ситуации? Мы залезли не пойми куда и ищем призрака, соблазняющего женщин, который называется … капец! Давай отдадим ему тетю Люсю из продуктового, а? Она его вусмерть замучает, явно ведь женщине не хватает секса, злая такая…
– Инна, прекрати немедленно!
– А что делать? Мне скучно, Энджин, это бред какой-то. Пошли отсюда, нет на этом рынке ничего.
– Есть.
Голос стража звучал отрывисто и напряженно.
– Откуда ты
