Спутница стража - Ольга Олеговна Пашнина

– Стой! – раздался крик со стороны будки.

Вот черт! Кто же знал, что там кто-то есть!

Выбора совсем не осталось. Либо прорываться к выходу с боем мимо будки, но тогда точно поймают полицейские, а с ними я беседовать совсем не хочу. Либо бежать в противоположную сторону, но там меня уже видели и на вопли охранников разгоряченный граждански активный народ скрутит меня в три секунды.

Пришлось решать проблему радикально – бежать к забору, за которым виднелась стоянка. На мое счастье забор был непростой, узорный, и я легко нашла, на что опереться ногой, а потом одним легким движением перемахнула через ограждение. Грузный охранник, выбежавший на помощь товарищу, повторить маневр, конечно, не смог. Я не удержалась и, повинуясь чувству триумфа, показала мужчинам язык. И тут же натолкнулась на кого-то спиной.

Первым порывом, конечно, было пихнуть препятствие как следует и сбежать – вдруг помощь извне подоспела. И я даже приготовилась к активным действиям.

– Инна! – успел воскликнуть Энджин прежде, чем я его сшибла. – Ты что делаешь?

– О! Привет! – Я отбросила с лица прядь волос. – Ты на машине?

– Конечно.

– Тогда валим быстрее!

Серебристый порш стоял во втором ряду и выезд ему никто не загородил, так что Энджин, не задавая лишних вопросов, сорвался с места. В машине я перевела дух.

– Может, объяснишь, что все это значит? – спросила страж.

– А ты здесь какими судьбами? – ответила я вопросом на вопрос.

– Ехал за тобой, подумал, тебе тяжело будет с сумками идти пешком или ехать на автобусе. Инна, как это понимать? Ты ведь пошла за продуктами! Ты пыталась украсть продукты, или я чего-то не понимаю?

– Не понимаешь. Слушай, оно само меня находит! Глянь, чего было в одной из палаток, когда ее открыли.

Донельзя правильный Энджин не мог отвлекаться за рулем на просмотр фоток в моем телефоне, поэтому мы припарковались у обочины, и я стала рассказывать об увиденном.

– Охрана увидела, что я фоткаю, разумно решила, что я блоггер или еще кто похуже, и пыталась задержать. Только как-то странно, если честно, я была готова объясниться у администрации, а не в их будке.

– Все равно они действовали незаконно, – нахмурился Энджин. – Нужно было просить полицию вмешаться.

– Они могли заставить стереть фото. А я хотела показать их тебе.

– Почему?

Смотрел Энджин очень внимательно, будто бы ответ был чрезвычайно важен. Я даже немного занервничала.

– Мне показалось, это по твоей… в смысле, нашей, части.

– Показалось?

– Не знаю. – Я закусила губу. – Интуиция. Зачем кому-то убивать и прятать тело девушки в палатке? Почему на базаре, который, по идее, тщательно охраняется даже ночью? И что значит татуировка?

– Хорошие вопросы, но ведь ответы могут быть самыми простыми. Обычное ограбление, базар не так уж и охраняется – многие охранники любят прикорнуть в ночную смену, а татуировку ей сделали подружки просто ради смеха.

– Да, но… разве мы не должны проверять такие случаи? – не сдавалась я.

Энджин вдруг улыбнулся и снова завел двигатель.

– Ты совершенно права. Мы узнаем об этой девушке все и выясним, кто или что ее убило.

– Но сначала заедем в супермаркет. Я хочу борща.

До конца поездки я была жутко довольная собой. Энджин сохранял видимую серьезность, но даже его я пару раз ловила на легкой улыбке.

***

– Это просто мехенди, – произнес Энджин.

Он уже второй час искал в интернете похожие рисунки и сверял их со сделанным мною фото.

– Татуировка хной, временная, довольно популярная на различных фестивалях и мероприятиях. Увы, но она не является визиткой какой-то нечисти.

– То есть, ты хочешь сказать, это обычное убийство? – уточнила я.

По комнате разносился потрясающий аромат настоящего борща. Честно говоря, я не очень была уверена в рецепте, но проанализировала наверное с сотню скачанных из интернета и составила оптимальный вариант. На вкус вроде оказался ничего, со сметаной пойдет.

Главное в этом деле сервировка, а уж с ней я постаралась на славу. Выглядело все очень красиво и действительно по-русски. Как на картинках.

– Я не понимаю, – произнес Энджин, – почему молодые девушки предпочитают своей культуре чужие? Западная музыка, индийские украшения, японская еда… что не так с вашей культурой?

– Большинство россиян, – подумав, ответила я, – кроме России в жизни видит разве что Турцию. Мы не Европа, где на автобусе можно прокатиться и в Париж, и в Карловы Вары. У нас чтобы увидеть Владивосток, надо семь суток ехать на поезде. Семь, Энджин! Семь суток ты, без душа, нормальной еды трясешься на узкой полке, ласково поглаживая пальцами ног проходящих мимо людей, затыкаешь уши всеми подручными средствами, чтобы не слышать храпа и периодически подскакиваешь от вопля «Пиво холодное, газеты-журналы-сканворды, лотерейные билеты!». Знаешь, я вообще не удивляюсь убийствам.

– Намекаешь, что у вас скучная жизнь?

– Говорю, что чужая культура для нас дальше, чем для европейцев. Нам хочется банального нового. Не потому что мы не любим свою культуру, а потому что она у нас везде, и нам банально хочется чего-то нового. И вообще. Кто бы говорил, – фыркнула я. – Сам сбежал со своей родины.

– Я путешествую, – возразил Энджин, – это другое. К тому же, я не разрываю связи со своей родиной, как видишь. Я просто узнаю новое.

– Ага. Сейчас, например, узнаешь, что такое борщ. Если только я своими кривыми руками не испорчу всю малину.

– В борще есть малина?! – Он даже от экрана на пару секунд оторвался, чтобы подарить мне недоуменный взгляд.

Я сделала каменное лицо.

– Конечно. А ты думал, почему он такой красный?

– Это фруктовый суп?

– Нет. Овощной.

– С малиной?

– Точно. Пойдем есть?

Все по правилам: наваристый суп, сметанка, чеснок, черный хлеб. Энджин ко всему этому отнесся с подозрением и пробовал осторожно, как яд. Вот что значит быть стражем и путешествовать в гордом одиночестве – мало того, что накормить некому, так еще и страшно жить. Даже обидно стало за нашу кухню: он уже столько времени в России, а еще толком ничего не попробовал.

Решено! Если не помрет от борща – накормлю блинами.

– Значит, я зря избила беднягу охранника, – вздохнула я.

– Будем считать, это воспитательный аспект. Он тоже повел себя по-скотски и получил по заслугам. Инна, где тут малина?! Ты мне наврала!

Я не выдержала и захихикала, за что получила легкий щелбан. Мстить не стала, но решила запомнить. А еще украдкой любовалась этим необычным мужчиной. В первую нашу встречу он показался мне слишком уж странным и, наверное, холодным, да еще и нес всякий бред. А теперь, как часто бывает, я рассмотрела в