Часовщик - Иванна Осипова

Процессия во главе с Тристаном остановилась у двери из апартаментов. Мейстари Эйнард одной рукой придержал тело модистки, а вторую протянул вперёд, пошевелил пальцами.

В магии перехода для Мины не было ничего необычного. Действия Тристана не отличались от способа, которым пользовался любой маг. В чём тогда особенность «перевозчиков»? Мина смотрела во все глаза, чтобы не упустить мельчайших деталей.

Тристан сплетал заклинание, от его ладони поток магии перетекал к двери. Голубоватая тонкая линия вспыхнула по контуру, маг толкнул последнюю преграду между мирами от себя и открыл проход.

В дверном проёме они увидели потемневшие от времени перила и ступени в желтоватом круге света лестничного фонаря. Цвета реального мира подсказали, что путь готов.

Мейстари Эйнард медлил, дышал глубоко и тяжело. Ему оставалось переступить порог, чтобы завершить дело, но тот словно стал непреодолимым препятствием для Тристана.

– Шэд, – не оборачиваясь, позвал он друга. – Поможешь, когда я перейду… туда. Я не смогу отсюда передать тело.

Мина удивилась неуверенности в голосе мейстари Эйнарда. Она и Морган озадаченно переглянулись. Начальник задумчиво потёр подбородок с пробивающейся щетиной. В движении Фаррела легко угадывалось сомнение. Неужели он всё ещё думает о штатном маге из Управления?

– Всё будет, – сразу всех заверил медик. – Всего минутка. Раз, два и готово. Дольше разговоры ведём.

Шэд занял позицию на площадке. Будь он обычным человеком без капли магии, то для оставшихся на изнанке превратился бы в живую тень – тёмный призрак, которых они часто видят на улицах или в окнах домов оборотного города. Только маги не меняют облик, где бы они ни были.

Тристан удобнее перехватил тело модистки, решился и сделал шаг за дверь. На миг проём вспыхнул лазурью, ослепил Мину и Моргана.

«Совсем как тот, что мы видели с крыши! Когда Часовщик…» – подумала Мина, протирая глаза.

Она не довела мысль до конца, отвлеклась, невольно потянулась вперёд – Тристан неожиданно пошатнулся, скользнул вбок и привалился к стене со стороны лестницы.

– Шэд. Я же просил, – яростно процедил Тристан, оседая на пол.

Мейстари Холгер вместе с подоспевшим Морганом перехватили мёртвое тело. А Мина склонилась над Тристаном. Она не узнавала в нём того надменного мейстари, который любил посидеть в «Совином приюте» и погулять по изнанке Раттема.

– Что случилось? – с заботой спросила Мина, коснулась руки мужчины. – Плохо? Чем я могу помочь?

Тристан, вытянув длинные худые ноги, сидел на каменной плитке пола. Казалось, что его поддерживает только стена за спиной, и то ненадёжно. Вид у мейстари Эйнарда сделался болезненный, даже измождённый. Он с отчаяньем сжал кулак под ладонью Мины, скривился, точно от еле сдерживаемой боли.

Мейстари Холгер уже держал тело жертвы и поспешно, с нарочитой бодростью, распорядился:

– Ничего-ничего. Не о чем беспокоиться. Всё хорошо. Мор, помоги моему шурину вернуться на изнанку.

– Вам придётся меня волочь, – сквозь зубы выдохнул Тристан и прикрыл глаза. – Ноги…

Подхватив его под руки, Морган поступил, как было сказано, а Мина позаботилась о переходе, закрыв и заново открыв дверь из реальности на изнанку города. Совершенно чудесным образом мейстари Эйнард будто обрёл силы, ноги, казавшиеся безвольным придатком к туловищу, начали двигаться. Потускневший ранее взгляд загорелся лазурью и… злостью.

Глава 23

Мина вернулась с насыщенного событиями дежурства, наскоро перехватила кусок пирога и тут же заснула, едва коснувшись головой подушки.

Новое убийство пробудило в Мине воспоминания. Образы постепенно обретали чёткость и наполнялись красками. Накопившаяся тревога закружила и волной унесла в сновидение, где Мина очнулась в доме своего детства.

– Мышка, найди меня. – Голос Лары шелестом долетел до Мины, окутал теплом и печалью.

Лара звала её, и Мина побежала, не разбирая дороги, теряясь в полутёмных закутках и лестницах. Через несколько поворотов и этажей она остановилась, перевела дух, путаясь, сон это или явь.

– Я здесь, мышка, – с нежностью произнёс голос сестры.

На этот раз Мина сдержала порыв и пошла медленно, осматриваясь. Коридор, где она находилась, казался бесконечным. Двери, на первый взгляд, не отличались друг от друга. Мина открывала каждую, чтобы увидеть незнакомые заброшенные комнаты. Одни выглядели уютно и мило, другие пугали.

Мину вела неясная, но важная мысль, требующая отыскать нечто, чего она и сама не знала. Холодными пальцами она касалась ручки очередной двери, открывала так, чтобы одним взглядом охватить сразу всю комнату.

Сон балансировал на грани кошмара и реальности.

За новой дверью Мина увидела мёртвую модистку в белой ночной рубашке, с развевающимися на ветру волосами. Окно в комнате было открыто, и лазоревый ветер задувал в сумрачную спальню, где больше не осталось живых.

Модистка протянула к Мине руку, а пальцем второй постучала по циферблату, начертанному на белоснежной коже. Бескровные губы молодой женщины приоткрылись, выпуская слово:

– Имена…

Мина увидела, как в воздухе сплетается узор из витиеватых букв, вытягивается и летит к ней. Скользкой и холодной змеёй слово заползло в сознание Мины, выталкивая из комнаты. У неё задрожали колени и перехватило дух, точно окатило ледяной водой.

Дальше, она должна идти дальше! Лара ждёт!

Через несколько пустых комнат Мина наткнулась на Тристана в сопровождении шутника-медика. Мейстари Эйнард каменным изваянием сидел в кресле, положив безвольные руки на подлокотники, а Шэд Холгер, хохоча, опутывал приятеля бинтами, так, чтобы тот никогда не смог подняться. Глаза Тристана пылали ненавистью и болью.

– Вот и ладненько! Вот и чудненько! – приговаривал старина Холгер, продолжая свой странный ритуал.

Мейстари Холгер походил на огромного паука, готовящего жертву к последующей трапезе. Мину замутило от неправдоподобности и безумия этой сцены, и она сбежала, поспешно прикрыв дверь в комнату.

Мина упорно продолжала поход по такому знакомому, но чужому дому. Он состоял из бесчисленного количества комнат, чего просто не могло быть. Её вела неизвестная цель и голос сестры, который всё звал и звал. Не все двери поддавались девичьей руке, а магию Мина не могла применить во сне.

В следующей комнате, куда она попала, в проёме распахнутого окна стоял Морган. Мина узнала его со спины по силуэту и форменной куртке. Никто другой не держался с таким достоинством и гордостью.

За пределами дома клубилась Пустота, протягивала к мейстари Фаррелу отростки с зубастыми пастями. Они злобно щёлкали перед лицом Моргана искривлёнными челюстями, а он не двигался с места, прямой и решительный в своём противостоянии неведомому. Внезапным порывом ветра из окна Мину выбросило в коридор, а дверь сама захлопнулась и не пустила обратно.

– Ты прикрываешь тыл, напарник Дюран, – услышала она срывающийся голос Моргана.

Даже во сне он не