Цветы пиона на снегу. Том 3 - Моргана Маро

сильно, что даже слюну было не сглотнуть. Устало привалившись к шифу, Вэнь Шаньяо жадно дышал. Спину неприятно жгло, словно на нее поместили горячие угольки и не давали им остыть.

– Шаньяо – это твое настоящее имя?

Вэнь Шаньяо напрягся – он сказал это в порыве, не заботясь о том, пропустит Лу Чуньду это мимо ушей или нет.

– Ты хочешь, чтобы я тебя так называл?

– А шифу может? – без особой надежды пробормотал тот.

– Могу. Ты закончил? У меня плечо насквозь мокрое, – в своей манере проворчал Лу Чуньду, помогая ученику сесть.

Утерев слезы и шмыгнув носом, Вэнь Шаньяо взглянул на Лу Чуньду, убедившись, что на его плече действительно осталось влажное пятно.

– Я не знаю, почему заступился за них, – тихо признался он. – Просто понял, что они не выдержат до конца, особенно Фэнми.

– И не жалко себя?

Вэнь Шаньяо покачал головой, поморщившись от боли в спине.

– Ты не настолько бесчувственен, как я думал, – признался Демон, и в его глазах мелькнуло одобрение.

– Как и вы. Бросить клан ради меня… шифу, большей глупости я в жизни не слышал, а прожил я долго.

– Думаешь, это так просто? Не удивлюсь, если мой договор с кланом давно потеряли и расторгнуть его уже невозможно.

– Так вы все еще в Байсу Лу?

– Да. Меня лишили титула одного из старших мастеров, а также права на охоту в ближайшие пять лет. Подумаешь, – фыркнул Лу Чуньду. – Мне же спокойней будет.

– Я думал, вас могут изгнать.

– За что? Я ведь не крал императорскую печать, пускай и выступил против советника.

– Но…

– Не бери в голову, – велел Демон. – Ты пролежал без сознания четыре дня, и я бы предпочел, чтобы еще неделю. Твое лечение сейчас важнее, чем моя судьба.

Отряхнув подол, Лу Чуньду уже шагнул к двери, как Вэнь Шаньяо вновь схватил его.

– Шифу… спасибо.

– Я поступил так, как должен был. Не стоит меня за это благодарить.

– Я благодарю не за это.

Вздохнув, шифу мягко коснулся пальцами его головы, словно отец, успокаивающий сына.

– Я знаю, каково это, когда тебя называют монстром, – тихо признался он. – Это больно. Многие, даже не разобравшись, начинают обвинять тебя в том, чего ты не совершал. Не стоит воплощать их слова в жизнь.

– Но если я всегда только это и делал? Как мне теперь жить? – растерянно спросил Вэнь Шаньяо. – Я ведь не умею ничего другого, кроме как убивать и предавать.

– Не мне это говорить, но есть люди, которым можно доверять. Как бы они тебя ни раздражали, именно они останутся с тобой до конца.

– Это не так… легко.

– Тебя и не просят открываться сразу же. Для столь старой души это будет непросто.

– Очень непросто, – горько усмехнулся Вэнь Шаньяо, отпустив одежды шифу. – Если они узнают, какой на деле Шаньяо и что Ян Сяо никогда не существовало…

– Я же как-то мирюсь с твоим характером.

– Как и я с вашим.

Лу Чуньду щелкнул его по лбу, заставив сдавленно вскрикнуть и тут же прикрыть ушибленное место ладонями.

– Не дорос еще со мной спорить. Ложись, мне нужно будет нанести мазь, если не хочешь лишиться кожи.

– Разве у шифу нет пилюли?

– Не рассчитывай. После твоего представления удивительно, что нам вообще дали часть лекарств. Лечение будет долгим и болезненным, и шрамы останутся.

– Знаю, знаю…

Вэнь Шаньяо улегся на живот, посматривая на Демона. Покинув комнату, тот вернулся спустя пару минут с баночками и, сев на кровать, аккуратно нанес вязкую прохладную мазь на спину, втирая ее в раны. Легкое жжение тут же дало о себе знать, сменившись жутким зудом, от которого задвоилось в глазах.

– Придется потерпеть пару дней, пока раны не заживут, – предупредил шифу. – После станет легче. Постарайся уснуть.

Подойдя к столу, он зажег благовония, окутавшие комнату пряным ароматом. Вдохнув их полной грудью, Вэнь Шаньяо почувствовал, как слипаются веки. Уронив голову на подушку, он уснул, больше не чувствуя боли в спине, лишь усталость после выплаканных слез и сорванного голоса.

Спина заживала медленно. Мази неприятно жглись, заставляя кусать пальцы и поскуливать, сдерживая крики. Обеспокоенные Доу носились вокруг, пытаясь утешить, и прикладывали сорванные кленовые листочки к ранам. Но это не особо помогало – заснув, Вэнь Шаньяо мог проснуться спустя пару часов от нарастающей боли. Не в силах пошевелиться, он лишь дрожал, беззвучно плача и кусая подушку. Если везло, то спустя время удавалось уснуть от усталости, в ином случае приходилось ждать Лу Чуньду, чтобы тот вновь зажег благовония, хмурясь при виде воспалившихся ран.

– Заживает плохо, – неохотно признался он, покрывая спину мазью. – Было бы неплохо посетить источник со светлой ци.

– А нас туда пустят?

– Пойдем ночью, когда никого не будет.

– Может, шифу просто убьет меня? И я смогу полностью восстановиться, – вяло поинтересовался Вэнь Шаньяо.

Лу Чуньду взглянул на него так, что его бросило в холодный пот и идея была сразу забыта.

Дождавшись, когда из-за горизонта выглянет Ухэй, принеся в лапах луну, шифу и ученик покинули пик мастера Лу Ми. Вэнь Шаньяо с трудом переставлял ноги, держась за руку Лу Чуньду и сжимая зубы от боли в спине. Одежда прилипла к коже то ли из-за пота, то ли из-за вновь открывшихся ран.

Миновав горячие источники, они спустились ниже, неторопливо идя по освещенной фонарями тропе. Над головами шумел бамбук и пели ночные птицы. Вэнь Шаньяо вздрагивал при каждом шорохе, оглядываясь в поисках людей.

– Здесь никого нет, – со вздохом сказал Лу Чуньду. – Все мастера и адепты сейчас отдыхают…

– Чуньду?

Шифу замер столь резко, что Вэнь Шаньяо запнулся, едва устояв, и оглянулся. За их спинами стоял Лу Сицин, вздрогнувший, стоило Лу Чуньду взглянуть на него с таким холодом и неприязнью, что все вокруг тут же погрузилось в тишину.

– Что? – сухо спросил он.

Взгляд старшего мастера Лу прошелся по Вэнь Шаньяо, и брови сошлись на переносице при виде промокшей от крови спины.

– Мне жаль…

– Ха, – усмехнулся Лу Чуньду. – Жаль? Вот уж сомневаюсь.

– Чуньду, я не мог ничего сделать, – тихо, практически обреченно произнес Лу Сицин. – Ни я, ни глава клана. Иначе…

– Иначе что? Боишься, что твоя репутация пошатнется? – скривил губы в усмешке шифу. – Вечно ты так – только о себе и думаешь. Лишь бы собственную шкуру защитить, а что при этом с остальными будет – плевать.

– Мне не плевать на тебя, – шагнув к младшему мастеру Лу, возразил Лу Сицин. – Все, что я делаю, – это пытаюсь защитить тебя! Не дать повода выгнать из клана и лишить статуса мастера! Пока ты здесь – ты в безопасности!

– А я просил тебя защищать меня? – спросил Лу Чуньду, схватившись за ожерелье