Таланты, которые нас связывают - Кэролайн О’Донохью

Взяла билет на представление.

– Вот Ро обрадуется, – произношу я искренне.

– Вы вместе?

Я киваю.

– Он вокалист.

– А у вас с социальной жизнью все в порядке, как я погляжу, – говорит она с восхищением. – В твоем возрасте я об этом только мечтала.

Я улыбаюсь, слегка польщенная. Потому что у меня действительно все в порядке с общением и с «социальной жизнью». Иногда, когда мы вместе посещаем какое-нибудь мероприятие, меня переполняют радость и восторг. Я до сих пор помню, как остро переживала одиночество, и мне до сих пор непривычно осознавать, что этот период закончился.

– Ну да, пока лето, есть где и с кем поразвлечься, – скромно отвечаю я. – Но в этом году мне придется готовиться к выпускным экзаменам, так что скоро все изменится. Родители тогда меня точно никуда не выпустят.

Тут до меня доходит, что я слишком увлеклась беседой, и я начинаю упаковывать ее палочки.

– Моя школа минутах в пяти отсюда, так что, надеюсь, мне удастся иногда подрабатывать здесь по вечерам.

Она удивленно смотрит на меня.

– Школа Святой Бернадетты?

– Да.

– Но я тоже оттуда.

– Что? – удивленно спрашиваю я. – Извините, но вы выглядите такой…

Я едва не произношу «старой» и вовремя прикусываю язык. Она хитро улыбается, и мы обе смеемся над моей бестактностью, которую я едва не совершила.

– Взрослой? Нет, я там работаю.

– О, – я снова ощущаю некоторую неловкость.

Минуту назад она была крутой женщиной, интересующейся картами Таро. А теперь она учительница. Учительница, которую я пригласила на музыкальное представление. Она, похоже, поняла, что мне неловко.

– Не волнуйтесь. Я не настоящая учительница. Просто консультант.

– Удачное время вы выбрали, – от волнения я начинаю бормотать первое, что приходит мне в голову. – Там сейчас большой ремонт. Все обновляют. Теннисный корт и все такое.

– О да, – говорит она, усмехаясь. – Я слышала о теннисном корте. Они им очень гордятся.

– Ну да, а как иначе. Раньше там лишь стояли одни мусорные баки.

Она расплачивается за благовония.

– Меня зовут Хэзер, – говорит она. – О, не знаю, но, наверное, в школе тебе придется называть меня «мисс Бэнбери», но в остальное время можно просто Хэзер.

– Приятно познакомиться, Хэзер. А я Мэйв.

Она улыбается.

– Приятно завести хорошее знакомство в первый же день. Честно говоря, я очень волнуюсь. Увидимся на представлении.

Я тоже улыбаюсь, надеясь, что время в школе будет не таким уж мрачным и что у нас будет по крайней мере одна веселая и молодая учительница.

4

Перед тем как отправиться на концерт, Фиона с Лили приходят ко мне домой. Фиона принесла три наряда, а Лили пришла в том же, в чем ходила весь день. Поскольку мне всегда приходится облачаться в то, что, на взгляд Фионы, ей не подошло, я очень взвешенно задумываюсь, прежде чем высказать свое мнение.

– Как насчет этого? – говорит Фиона, поворачиваясь в черном бархатном мини-платье с вышитым на бедре полумесяцем.

Этим летом Фиона тоже подрабатывала, по утрам, в театральном лагере для маленьких детей. И спустила все заработанные деньги на гардероб.

– Шикарно, – говорю я, слегка завидуя.

Не то чтобы и мне хочется выглядеть великолепно, просто у меня не хватает терпения ходить по магазинам, выбирая шмотки, как она. И мне недостает воображения, чтобы подбирать удачные сочетания.

– Но оно не подходит к ботинкам, – говорит Фиона, поглядывая на свои изумрудного цвета броги. – А я их обожаю.

– Ну тогда оставь ботинки, – советую я. – И составь образ, отталкиваясь от них.

Она стягивает платье через голову.

– Не думай, что если я не умею читать мысли, то я не догадываюсь, что у тебя на уме.

Она швыряет мне платье, и я ловлю его.

– Спасибо, темная госпожа.

Лили лежит на полу, уткнувшись в свой телефон.

– Фиона, – говорит она. – У меня остался один процент.

Фиона быстро натягивает черные облегающие шорты поверх колготок. Вместе с ботинками выглядят они потрясающе. Потом подходит к Лили, натягивая расшитый блестками топ с низким вырезом на спине. Мне, конечно, досталось черное платье, но я все равно продолжаю мечтать о том, чтобы выглядеть как она, чтобы все было гармонично и шикарно.

Фиона ложится на пол рядом с Лили, и обе они возятся с айфоном. Я наблюдаю за ними в зеркало, нанося на брови тушь.

– Чем вы там занимаетесь?

– Тс-с-с, – шипит Лили раздраженно.

Обе они закрывают глаза. В комнате становится чуть теплее, возникает ощущение магии. Как-то немного странно ощущать ее за пределами теннисного корта. Не то чтобы это неправильно, но непривычно.

– Фи, что вы там делаете? – снова спрашиваю я.

Но они не отвечают. Через несколько секунд они одновременно открывают глаза.

– Вот. Теперь сто процентов, – говорит Фиона, выпрямляясь.

Я ловлю воздух ртом.

– Это ты о телефоне?

– Ну да, – отвечает Фиона, вставая и стряхивая пыль с одежды. – Узнали сегодня днем. Ну что наши способности могут работать как бы одновременно.

– Узнали? Как? Где?

– Мы были на теннисном корте.

Чувство, что меня проигнорировали, нарастает как комок в прокисшем молоке.

– Вы обе сегодня ходили на корт?

– Ага, – отвечает Фиона, а потом, явно почувствовав себя виноватой, добавляет: – Ну ты же работала…

Меня это не должно беспокоить. Если бы это были обычные подруги, то меня вообще бы не волновало. Но факт остается фактом: Лили меня ненавидит, и любой случай, когда она с кем-то весело проводит время, напоминает мне о том, что проводить время со мной ей больше не нравится. Она не простила меня за преданную дружбу, не простила за гадание с картой Домохозяйки, не простила за заклинание, превратившее ее в реку.

Я пытаюсь придать лицу безразличное выражение.

– Ну ладно, попробуем с моим даром. Фи, давай и мы сделаем что-нибудь вместе.

Фиона устало глядит на меня.

– Ну не знаю. Не думаю, что твой дом подходящее место для экспериментов. У тебя сейчас внизу родители. Да и нам выходить нужно минут через двадцать.

– Да, наверное, ты права, – говорю я, стараясь не показывать разочарования. А потом кое-что вспоминаю. – Утром я была на теннисном корте. Ро попросил меня найти его сережку, которую он потерял. И там был Аарон.

Обе они ошеломленно смотрят на меня. Как бы говоря: «И она решила рассказать об этом только сейчас?»

– Что ему там было надо? На нашем месте?

– Он сказал, что чувствует, когда я использую магию. Сказал, что между нами связь, – я морщусь при воспоминании. – Сказал, что у нас с ним гораздо больше общего, чем у меня