Таланты, которые нас связывают - Кэролайн О’Донохью

треугольном платье, которое всегда ношу?

– Тс-с-с, ciúnas[1], – прерывает она меня и продолжает рисовать.

– Вот так, – говорит наконец она. – Представим, что в Килбеге находится некоторое количество магии. Ну подобно ископаемому топливу. Она хранится под землей, и все постоянно ею пользуются.

– Все постоянно пользуются магией?

– Если считать магией все существование – ну, знаешь, свободу воли, веру, выбор, убеждение, желание нарисовать красивую картинку… Все это магия. Понимаешь?

– О… ну да, – неуверенно отвечаю я, все еще не совсем понимая.

Меня охватывает досада, сожаление о собственной тупости, как бывает всякий раз, когда я усваиваю новую информацию.

– Так, значит, когда я выбираю смотреть сериал «Друзья» вместо чего-то нового, то это тоже проявление глубинной магии?

– А заодно проявление интеллектуальной лени, – фыркает Нуала. – Но все это проистекает из того же самого места. Все связано с волей. С желанием быть хозяйкой самой себе.

По-моему, она почувствовала, что отвлекается, поэтому вернулась к рисунку.

– Все эти мелкие точки – люди, неосознанно пользующиеся магией. Каждый раз, когда они решают надеть что-нибудь красное, потому что такая одежда придает им уверенность в себе, – все это крохотные кусочки магии. А теперь перейдем к тебе, Мэйв.

Она постукивает ручкой по девочке с треугольным платьем.

– Ты, как сенситив, обладаешь более широким доступом к этой магии. Она выбрала тебя своей представительницей.

– Круто.

– Так что магия проходит через землю и поступает в тебя; в меньшей степени – во всех остальных. Затем возвращается обратно в землю. Ты произносишь заклинание, оно устремляется в воздух, сквозь деревья, в почву, обратно в землю.

Она еще более решительно постукивает по стрелочке.

– Эм-м… ладно.

Нуала рисует еще несколько самых примитивных фигурок с треугольниками.

– А это Лили, Ро и Фиона. По некоей причине, в ходе всех этих происшествий с Домохозяйкой, они включились в круговорот магии. По крайней мере, такова моя теория.

Я стараюсь как следует осмыслить ее слова, изучая далеко не самый удачный рисунок.

– А каким боком к этому причастны «Дети»?

– Точно не знаю, – неуверенно отвечает Нуала. – Просто так получилось, что… два сенситива. Это не может быть совпадением. Должно быть, им нужны сенситивы.

– Но… зачем?

– Я не… Я точно не знаю. Но знаю, кто знает.

– Кто?

Она постукивает ручкой по носу – это такой ее способ сказать: «Разговор закончен».

Остаток утра Нуала проводит в странном молчании. Примерно в час она исчезает в комнате за лавкой, а потом выходит и запечатывает конверт.

– Хочу пройтись до почты. Можешь побыть тут одна полчаса?

– Конечно, – отвечаю я, пытаясь украдкой разглядеть адрес на конверте.

Я не сомневаюсь, что этот конверт имеет непосредственное отношение к круговороту магии и к тому, кто что-то знает о нем. Но Нуала прикрывает имя большим пальцем. Мне удается разглядеть только «454, улица Александра Пароди, Париж».

– Франция?

– Слишком ты любопытная, – сердито отвечает Нуала.

– Извини, – смущенно отвечаю я. – Вот бы мне кто-нибудь написал письмо. Даже не помню, когда получала что-нибудь интересное.

– Ну что ж. К письмам прибегают, когда не уверен, что кто-то ответит на твой звонок.

Она уходит, а я снова принимаюсь за работу – оценивать книги по нумерологии, которые мы решили продать по скидке. Любопытно, что астрологией и картами Таро увлекаются многие, но нумерология, похоже, никого особенно не интересует. Может, она напоминает людям о школьном времени, обо всех этих сложениях и вычитаниях.

– Извините, – раздается голос позади меня. – Вы тут работаете?

– Ой, – я мгновенно вскакиваю. – Да, работаю. Чем могу вам помочь?

Общение с покупателями – не самая сильная моя сторона. В тот момент, когда мне кажется, что я вот-вот стану великой ведьмой, кто-нибудь заходит, начинает расспрашивать о прошлых жизнях и о Рэйки[2], и я снова чувствую себя новичком.

– Я ищу благовония, – отвечает женщина. – Что-нибудь против комаров.

Ну хоть что-то простое.

– Вам нужны палочки цитронеллы, – говорю я, подводя ее к полке, заставленной длинными прямоугольными пакетиками, похожими на коробочки с волшебными палочками.

Я протягиваю ей один из пакетиков. Ее пальцы касаются моих, и я с удивлением осознаю, насколько теплая у нее рука. От неожиданности смущаюсь и только после этого стараюсь рассмотреть ее как следует.

Она немного старше Джо. Лет двадцать шесть. Из тех женщин, которые одеваются так, как, пожалуй, одевалась бы я, если бы у меня были деньги и я умела сочетать наряды. Армейские ботинки и длинная, похожая на индийскую юбка из какого-то блестящего материала. Массивные серебряные кольца на пальцах. Волосы цвета темного золота, вьющиеся и неплотно перевязанные платком.

– Возьму две коробочки, – говорит она, подходя уже к картам Таро.

Она берет колоду-образец и перекладывает карты.

– Ого, какие красивые.

– У нас неплохая коллекция, – хвастаюсь я. – И я помогала ее собирать.

– А вы занимаетесь… чтением карт?

– Ну да, – отвечаю я с гордостью, может, даже слишком высокомерно.

– Это трудно? – она разглядывает Туз жезлов.

– Честно говоря, не очень. Нужно только понять общие принципы. Легче обучиться чтению Младших арканов, они как бы сами себя объясняют, и в них есть своя нумерологическая логика.

– А вы многое знаете, – говорит она. – Владелица лавки ваша мать?

– Нуала? Нет, – я улыбаюсь, пытаясь представить Нуалу с детьми. – Я просто здесь работаю.

Я кладу ее палочки цитронеллы на прилавок и пробиваю нужную сумму.

– Хорошо, что тут есть такой магазин, – говорит она, кивая и одобрительно осматриваясь по сторонам. – Я даже не знала, чего ожидать. Я тут всего неделю, еще не очень хорошо освоилась в Килбеге. Да и вообще в Ирландии у меня почти нет знакомых. Я очень долго жила за границей.

Тут я вдруг вспоминаю просьбу Ро. Которая поможет мне укрепиться в звании «Лучшей девушки года».

– Да, кстати… эм-м… если вы еще не очень хорошо знакомы с Килбегом…

Я запинаюсь, чувствуя себя неловко.

Она смотрит на меня с любопытством.

– Завтра будет музыкальное представление, на Старом угольном рынке.

Она склоняет голову набок.

– Это такая концертная площадка, – уточняю я. – Не настоящий угольный рынок. Ну то есть давно уже не рынок.

– И кто выступает?

– Местная группа «Маленькая частная церемония», – отвечаю я, снова с некоторой гордостью. – Но там будет приглашенная звезда под именем Хонор Оун. В прошлом месяце она была на обложке Hot Press.

– Вроде неплохое предложение. А когда начало?

– Вход открывают в восемь.

Она говорит, что обязательно постарается подойти, а меня охватывает немного странное чувство от того, что я пригласила незнакомого человека. Она же тем временем уже достала телефон и ищет это место.

– Ага, вот, – нажимает она большим пальцем на экран, подтверждая покупку. –