Романтика дорог - Елена Владимировна Крыжановская
Дик промолчал[2].
Обвинитель снова пригрозил ему штрафом, но это не помогло.
— Вы угрожали жизни незнакомого человека, не сделавшего вам лично ничего плохого, без всяких доказательств его вины?
Дик молчал.
— Вы проникли в чужой дом и захватили в плен хозяина, не имея другого оправдания своих действий, кроме слов представителя отбросов общества, лишенного гражданских прав?
Дик не собирался отвечать.
В воздухе опять свистнули ремешки плети. От этого звука уже вздрагивали все в зале, только не подсудимый. Обычно Дик после удара опускал голову на грудь, пряча лицо и переглатывая горячую волну, разгоняющую кровь по телу (и по рубашке). На этот раз, он улегся лбом на скрещенные на перилах руки в железных браслетах, открывая всю спину, а не только плечи, как поле деятельности для плетей стражников. Яснее нельзя объяснить, что он сказал всё, что считал нужным.
Судебное разбирательство продолжалось еще около получаса. Из зала вызывали свидетелей, и все они подтвердили подлый поступок господина Мейнгрема. И то, что советник магистрата завладел имуществом покойной жены, ограбив своего приемного сына. И то, что он брал взятки за разбирательство тяжб в пользу одной из сторон. И то, что утверждал законы и порядок внесудебных взысканий, руководствуясь своей личной выгодой, в ущерб интересам города.
Дик радовался, что его ненадолго оставили в покое. Но сквозь туман в голове от боли и желания спать, он услышал слова судьи:
— Разбирательство дела окончено. Мы располагаем всеми сведениями, чтобы вынести приговор. Подсудимый, вы имеете право на последнее слово!
Дик крайне неохотно поднялся, опираясь на перила ограждения.
— Не хотел бы, чтобы то, что скажу, повлияло на приговор. Можно потом… в самом конце?..
— Но это нарушение установленного порядка, — развел руками судья. — Впрочем, вы всё равно должны будете высказать свое отношение к приговору. Ладно уж, как угодно. Приговор обеим сторонам полагается выслушать стоя.
— Знаю. К сожалению, — сквозь зубы тихо добавил Дик, наблюдая, как величаво выходит снова в центр зала его обвинитель. Не отпуская поручень, Дик выпрямился, подняв голову, и глубоко вздохнул. Это не волнение перед приговором, просто ему всё надоело. Хотелось, чтобы суд поскорее закончился хоть чем-нибудь. Дик вполне соглашался на смертную казнь, лишь бы скорее. Но того, что услышал, он не ожидал никак. Слова судьи, не в пример щелканью плетки, произвели на Дика сильное впечатление и заставили недоверчиво вздрогнуть.
— На основании закона и справедливости, действия подсудимого сэра Ричарда Пангира, именуемого также Благородным Диком, признаны оправданными и направленными исключительно на благо нашего славного города. Применение насилия в борьбе с опасным преступником, угрожающим благополучию всего города и отдельных граждан, признано допустимым по закону военного времени. В обвинении господину Мейнгрему полностью отказано, и сам он будет сегодня же вызван в суд для дачи показаний. Дело Плар против Мейнгрема будет пересмотрено сразу после обеда.
Незамедлительно отправьте вызов в магистрат, чтобы почетный гражданин города Жантель Мейнгрем не вздумал неожиданно покинуть его пределы. Претензии суда к Дону Воронову и Якобу Фингли будут рассмотрены там же.
Что касается рыцаря Дика Пангира, он будет освобожден из-под стражи в зале суда… Но суд просит его как опасного возмутителя умов и идей добровольно покинуть наш город к завтрашнему утру. В случае отказа будет послан конвой, который проводит вас за городские ворота. Вам понятен приговор суда, рыцарь?
— Да.
— Вы согласны с приговором?
— Вполне.
— Не хотите ли просить суд об изменении или смягчении приговора?
— Нет. Прошу слова.
— Говорите. Что вам угодно, рыцарь?
— Прошу суд назначить человека, который гарантирует, что господин обвинитель вернет мне свой долг ещё сегодня. Мне ведь надо собираться в дорогу, и хочу выглядеть прилично… насколько это возможно, — Дик усмехнулся.
Обвинитель от магистрата побагровел от нового оскорбления. Теперь он сам превратился в подсудимого, а этот наглый мальчишка ещё и смеется над ним!
— Да-да, непременно, — одобрил судья. — Сколько стоит ваша рубашка?
— Моя — бесценна! А точно такая же новая, стоит ползолотого.
— Однако! — вспылил обвинитель. — Она что у вас соткана из бриллиантов⁈ Господин судья, это…
— Спросите в любом магазине, — равнодушно ответил Дик. — Это средняя цена, бывают дороже.
— Суд обязал вас выплатить ущерб, причиненный имуществу господина рыцаря, — судья с высоты своего трона строго глянул на обвинителя. — Купите ему новую рубашку, сколько бы это ни стоило!
Дик звонко засмеялся. Сон у него как рукой сняло.
— А неплохо бы занести и это распоряжение в протокол! Господин должник никак не смог бы выполнить такое условие! Ему бы моя рубашка дорого встала!
— Объяснитесь, рыцарь, — с любопытством попросил судья. А обвинитель медленно позеленел, заливаясь бледностью липкого страха. Он уже догадался.
— Там, где имею честь одеваться, — с достоинством пояснил Дик, — ничего не продают посторонним. Деньги не имеют значения. Это магазины «только для рыцарей». Поэтому, моего многоуважаемого обвинителя, — да не сочтет он это новым оскорблением, — туда на порог не пустят. А ползолотого в протоколе — это уже не штраф за неуважение к суду. Для вора или должника, отказывающегося платить, ползолотого это…
— Двадцать пять грошей — дюжина плетей, — назвал цену палач.
Услышав снова его низкий холодный голос, судья дернулся от неожиданности, даже подпрыгнул в кресле. На его памяти за тридцать лет заседаний это впервые палач говорил на суде.
— Совершенно верно, — с улыбкой подтвердил Дик. — Так как же будем рассчитываться?
Обвинитель хотел что-то сказать, но судья резким движением ладони остановил его попытки оправдаться. А растерявшегося писца так же попросил подождать. Пристально глядя Дику в глаза и хмурясь, судья спросил:
— Вы настаиваете на занесении моих слов в протокол, рыцарь?
Люди в зале, собираясь после оглашения приговора расходиться, замерли, наблюдая всю эту сцену. Стражники и палач также ждали ответа с большим интересом.
Улыбка погасла. Дик добела сжал кулаки. Все видели эту внутреннюю борьбу, но лишь немногие поняли, чего ждать. После паузы, которая показалась обвинителю вечностью, Дик ответил на взгляд судьи.
— Нет. Определите порядок расчета на ваше усмотрение.
— Суд обязывает вас, господин обвинитель, немедленно выплатить ползолотого деньгами. В случае отказа, вас будут преследовать как мелкого должника, чей долг не предусматривает наказания долговой тюрьмой или изъятием имущества по
