Янтарная искра - Айза Таллер

Наша страсть была подобна пламени, которое только разгоралось, и мы не могли насытиться друг другом: ни касаниями, ни разговорами, ни самой близостью, ставшей для нас такой же необходимой, как дыхание.

Нить жизни крепла, наши эмоции переплетались вместе с телами, а я раз за разом неизменно тонула в бездонных синих глазах.

И, судя по реакции Сигны, для замка это уже не было ни тайной, ни поводом для удивления.

– Это конечно ваше дело, но я думаю, что его светлость хотел бы знать, – женщина неодобрительно покачала головой, помогла убрать волосы, застегнула платье, и поспешно ретировалась.

Я же, критически осмотрев себя в зеркале, спустилась к завтраку. С недавних пор я ела в общей столовой, вместе с княжеской семьей. Поначалу это меня тяготило, но постепенно вошло в привычку.

Я снова тренировалась с Вингардом, совершенствовалась в магии, читала книги и морально готовилась к предстоящей поездке в Империю. Разве что бесстыдный бархатный голос у меня в голове все еще умудрялся заставлять меня краснеть.

“Доброе утро, мое пламя. Жаль, что мне пришлось покинуть тебя до рассвета.”

“Что-то случилось?” – свернув на лестницу, ведущую вниз, к холлу, я отметила, что погода с утра была просто прекрасной. Пожалуй, я бы не отказалась от прогулки.

“Нет. И да. У нас была встреча с Вингардом и бойцами из Аскьорна. У разлома снова появились Тени.”

Я нецензурно выругалась про себя.

“Такие слова тебе не идут. Хотя, признаться, слышать, как ты ругаешься неожиданно возбуждающе.”

Я картинно вздохнула:

“Ты неисправим. Мог бы и разбудить меня. Их много?”

“Ты слишком сладко спала,” – возразил Рагнар. – “Четыре на этот раз, но в последнее время это случается слишком часто. И прежде, чем ты начнешь задавать вопросы, – я расскажу подробности, но чуть позже.”

“Ты оставил у меня свой плащ. И перчатки.”

“Разве это проблема?”

“Нет, но кажется весь замок уже в курсе… наших отношений.”

“Отношений…” – мурлыкнул Рагнар, явно наслаждаясь моментом. – “Вот как ты это называешь. Может я этого и добивался?”

Я спрятала улыбку, проходя мимо стражи в холле.

“Если ты не поторопишься, то мы съедим все.”

“Уже иду,” – когда я вошла в зал, Сигна как раз выходила из него. Я закатила глаза: эта женщина, похоже, опять все сделала по-своему.

В столовой пахло свежим хлебом, жареными яйцами и липовым отваром.

Я поприветствовала присутствующих: за столом уже собралась вся княжеская семья и Вингард, поклонилась Йоргену и поспешила к своему месту рядом с Рагнаром.

– Опоздала, – мужчина поднялся со своего места, чтобы помочь мне сесть, уголки его губ приподнялись. – Хотя, имениннице это простительно? Без тебя тут было слишком тихо.

– А ты, оказывается, умеешь ухаживать за женщинами? – Вингард с шумом отодвинул в сторону кувшин с молоком, едва не уронив его.

– Могу по-дружески дать пару советов, – наследный князь смерил меня внимательным взглядом и самодовольно хмыкнул:

“Ты пахнешь лавандой… и мной.”

“Заткнись, пожалуйста,” – парировала я, стараясь сохранить лицо. Мы никому не рассказывали о мысленной связи, решив оставить это нашим маленьким секретом – и преимуществом.

– Подруга, – заметила Фрейя, жуя кусочек сыра. – Почему ты никому не сказала, что у тебя день рождения?

Я пожала плечами, накладывая себе в тарелку порцию яиц и тушеных бобов:

– Потому что не считаю это чем-то особенным?

В храме персональные праздники никто не отмечал, хотя мы с подругами обычно старались устраивать для себя небольшое торжество. Матушка присылала коробку со сладостями, иногда – нарядную ленту для волос, но и только.

– Хочешь сказать, тебе не дарили подарки? – вопрос княжны застал меня врасплох. Я слегка смутилась, не зная, как ответить.

– Просто кто-то вырос, купаясь во внимании и подарках с детства, – лениво отозвался Рагнар. – Любимая дочь и сестра. Безнадежно избалованная.

Вингард спрятал улыбку в чашке чая, не сводя взгляд с Фрейи.

– Ревнуешь? – фыркнула княжна, наливая себе травяного чая.

– Как прекрасно, что вы оба выросли, а ссоритесь все так же, как и сто лет назад, – бросил Йорген, не поднимая взгляда от писем. Привычка правителя – разбирать переписку с утра, за завтраком.

В такие моменты я особенно ясно осознавала, насколько теплыми были отношения внутри княжеской семьи и их близкого круга. На людях и в совете Йорген казался строгим и даже слегка отстраненным лидером, но наедине мог позволить себе проявлять тепло и даже тонкую иронию.

– Впрочем, – заметил он. – Я рад, что за этим столом снова оживленно. Рейна, полагаю, что за это нам стоит благодарить тебя.

Внимательный взгляд его синих глаз заставил меня стушеваться:

– Ваша светлость, я рада быть здесь с вами.

Мужчина удовлетворенно кивнул:

– Завтра обсудим предстоящую поездку в Арканор, а сегодня…

– А сегодня я прогуляюсь с Рейной в город и выберу ей подарок, – перебила его Фрейя.

– Тебе бы только развлекаться, – усмехнулся Рагнар.

– Хочешь поговорить о твоих развлечениях? – протянула княжна с невинной улыбкой.

– Пожалуй, воздержусь, – наследный князь поднял руки в примирительном жесте.

“Только возвращайтесь поскорее,” – мысленно добавил Рагнар, от чего я чуть не подавилась хлебом. – “Твой подарок будет ждать тебя.”

***

День действительно выдался чудесным. Май во Фростхейме пах свежей травой, влажной хвоей, дымом из очагов и чем-то цветочным, едва уловимым.

На одной из улочек я заметила куст с пышными гроздьями фиолетовых цветов. Они свисали с ветвей, уже покрытых молодой зеленью. Я подошла ближе и, зажмурившись, вдохнула аромат: терпкий, сладкий, будто смесь старого меда и скошенной травы.

– Что это? – спросила я, не отрывая взгляда от цветущего куста.

– Северная сирень, – пояснила Фрейя. – В Акролитии такая не растет?

– Нет. У нас все зацветает раньше, в феврале и марте, но таких цветов я никогда не встречала.

Мы прошли дальше, по мостовой, мимо пекарни и небольшой кондитерской, обувной мастерской и вышли к центральной площади, где по выходным собирался местный рынок.

В этом месте располагались все главные магазины и мастерские города.

– Что ты хочешь?

Я вздохнула, задумчиво рассматривая витрину с платьями:

– Раньше я бы сказала: ничего, у меня все есть. Мне редко что-то дарили: у семьи не было денег, а в храме было не принято, – мы прошли к следующей лавке. – А теперь, пожалуй, я отвечу, что хочу что-то, что будет только моим. Не функциональное или продиктованное нуждой. Чтобы оно напоминало мне о Фростхейме.

Фрейя довольно хлопнула в ладоши, оценивая мои слова:

– Что-то бесполезное и красивое? С ума сойти, кажется, я на тебя дурно влияю. Пойдем. Я знаю одно место.

Мы прошли мимо антикварной лавки и оказались перед