Лето 1977 - Максим Арх

изменим полностью.

Припев будет таким:

Москва — звёзды светят из Кремля! Москва — Советская земля! Москва — столица навсегда! Москва! Москва! Москва!

Хит? Безусловно да! Ещё какой! Всем хитам — хит!

Припев есть, осталось подкорректировать куплеты и пусть звучит на каждом вокзале. Чтобы, когда приезжали люди в столицу, они понимали, где находятся. Чтоб они знали, что это — Москва, столица Великой Советской Империи, а не какой-нибудь москвабад.

Глава 13

8 августа. Москва. Курский вокзал

На часах было 10:20.

— Ну Саша, удачи тебе и успехов в учебе и спорте, — проводница, обняла меня как родного.

— Спасибо и вам тоже до свидания, — проговорил я, распрощавшись с доброжелательной проводницей, содравшей с меня пятьдесят рублей.

Я поискал глазами телефон-автомат и набрал маме на работу.

— Саша, а ты, что в Москве? — спросила мама удивившись.

— Привет мам. Нет. Мы с ребятами в город в кино приехали. Вот решил тебе набрать, узнать как ты, — сказал я в трубку, а сам обрадовался. «Ну слава Богу „кипиша“ нет. Значит легенду с походом в лес, которую я придумал на всякий случай, можно забыть».

— Ну молодец, что позвонил. Как бабушка?

— Все хорошо. Ладно пока, не будем деньги тратить, через два дня приеду.

— Передавай привет бабушке, — сказала она и я повесил трубку.

Ух, повезло! Не хотелось бы, расстраивать маму и устраивать разборки с последующим закручиванием гаек.

Хоть мама у меня и добрая, но в её глазах я не шестидесятилетний, многое повидавший, прожженный жизнью мужик, а пятнадцатилетний несмышленый подросток, за которым нужно смотреть «в оба».

Ещё обрадовало то, что она не поняла, что я звонил не по «межгороду».

Звонок по «межгороду», заметно отличается от городского, промежутками между сигналами звонка.

Следующий на очереди — был Сева.

— Привет. Как дела?

— Александр, здравствуй. Хорошо. Приехал? Тебя встретить?

— Нет, встречать не надо. Я только приехал и сразу опять уезжаю, на пару дней к знакомым. У вас как? Репетируете?

— Да нормально, — погрустневшим голосом сказал клавишник. — Только…

— Что только? Не тяни кота, за разные места!

В трубке помолчали, а спустя, наверное, с пол минуты, робким голосом проговорили:

— Иннокентий вернулся. Просит, его вернуть в ансамбль.

— Так вернулся он, или просит? — решил уточнить я.

— Он пьяный пришел, на следующий день, как ты уехал. Просил прощения, плакал. Все его простили. Мы рассказали о тебе. Он покивал, но не поверил, что ты так хорошо играешь. Ребята решили вернуть его в группу… Но ты имей в виду, — затараторил Савелий, — если что, я с тобой! Если ты не захочешь его оставлять, то я тоже буду против!

Ну, что-то подобное и следовало ожидать, все-таки они полгода вместе.

— Ладно репетируйте, — «всемилостивейше» разрешил я. — Не заморачивайся. Приеду, переговорим и решим, что делать. Ребятам скажи, чтоб голову себе не забивали, через пару дней встретимся на базе в шесть вечера и всё обсудим.

Я повесил трубку и задумался. Выгнать-то, конечно, этого басиста можно, повод всегда найдётся, но я не хотел быть разрушающим коллектив фактором. Они все же полгода играют вместе. Уже более-менее притёрлись друг к другу, так зачем из-за небольшого скандальчика устраивать огромный «кипеж»? Просто посчитаем пока тот эпизод — случайностью и будем присматривать…

В той жизни, я знал одного такого музыканта. На гитаре он играл просто замечательно. Также неплохо и пел. Его прозвали в музыкальной среде — «музыкальной проституткой».

Он внедрялся в какой-нибудь музыкальный коллектив и сразу начинал интриговать. Одному одно скажет, другому другое.

То ни с того ни с сего, начнёт возникать, мол:

— Почему второй гитарист, на репетиции опаздывает почти всегда на пол часа? — То, что тот работает и едет с другого конца города на репу ему было абсолютно — до фонаря. — Давайте лишим его денег за концерт!

Другому скажет:

«Барабанщик опять плавает, не держит ритм, надоел! Пора менять!», «А вокалист мимо нот вообще всё время поёт. Предлагаю взять другого!», «На хрен нам клавишник-баба? Это рок или попсятина какая-то? Лучше пусть на сцене раздевается! Всё толку больше будет, а мы лучше парня поищем»., «Что же касается клавишника… выучить свою партию он вообще в состоянии? Или так и будет импровизировать?», «И кстати сколько можно сидеть на этой базе, без нормального аппарата, да и вообще, у вас даже нормального продюсера нет!.. Я теряю с вами время!»

Выпив все соки из группы, переведя на себя все знакомства с разными музыкальными деятелями, которые были уверенны что это и есть истинный лидер коллектива, он покидал группу, в которой на тот момент оставалось максимум два человека и то всей душой ненавидящих друг друга.

Действуя таким образом, он развалил как минимум семь коллективов. Да ещё и наинтриговал так, что друзья перестали быть друзьями и становились лютыми врагами. Обвиняли во всех мыслимых, и не очень, грехах друг друга, а при встрече были готовы вгрызться ненавистному бывшему лучшему другу в глотку.

Ну, а этот тип, в это время играл уже совершенно в другом ансамбле начиная «мутить» по-новому…

* * *

Иду на стоянку такси. Договариваюсь с водилой. Едем до Казанского вокзала. Ближайшая электричка в сторону Рязани отходит в 13:30… курим.

Всю дорогу до станции «стою на своих двоих», ибо мест нет. Электричка битком.

Откуда вас столько набежало то? Вроде рабочий день. Потом сообразил, что электричка идёт до Рязани с минимальным количеством остановок. Ну, хоть на моей станции останавливается, уже хорошо.

* * *

В четыре часа вечера, я на такси подъезжал к деревне. Попросил остановить водителя у поворота рядом с прудом, и по задам, то есть по огородам позади дома, прошёл через сад к нашим