Цветы пиона на снегу. Том 3 - Моргана Маро

Цзинь Хуэй так ни разу не проснулся, но и Хаос ни разу не вырывался из своей темницы. Однако эта жизнь… В ней все по-другому. В ней есть люди, которых раньше не было, и они меняют привычный ход истории. Возможно ли, что Хаос наконец освободится, что Гуан и Ухэй проснутся, а Цзинь Хуэй покинет свой дворец? Или есть вещи, которые остаются неизменными при любом раскладе?

– Может, мы и не так сильны, как духи, но еще можем за себя постоять, – разрушил молчание мягкий голос Лу Сицина, и его улыбка немного развеяла сомнения. – Не стоит обременять себя мрачными мыслями и воображать ужасное будущее. Лучше выпьем чая и насладимся тишиной…

Его слова утонули в громе, от которого задрожали горы и покачнулось солнце в лапах Гуана. Свитки попадали со своих мест, а птицы с испуганным криком разлетелись. Небо стремительно темнело, окрашиваясь в багровый, а десятки ослепительных молний вонзались в землю, оставляя после себя торчащие в небо белоснежные деревья, напоминающие диковинные кораллы.

– В следующий раз лучше молчи, – процедил сквозь зубы Лу Чуньду, поднявшись с места.

Одна из молний врезалась в пруд перед ними, и из него тут же выросло белоснежное древо без листвы.

– Только не говорите, что Хаос освободился, – держа ладонь на рукояти Шуайцзяо, прошептал Лэн Шуан.

– Если бы это был Хаос, то даже горы уже оказались бы стерты, – произнес Лу Сицин.

– Тогда…

– Байчжу. Он вырвался на свободу, – едва слышно произнес Лу Чуньду.

Осознание этих слов далось тяжело.

Шестерых из детей Хаоса заперли на территориях шести величайших кланов. А седьмого – Байчжу, самого сильного из них и бывшего некогда правой рукой Хаоса, – заключили в Царстве духов. Его сила была столь велика, что путы не выдерживали и как минимум раз в тысячелетие Байчжу вырывался на свободу. И тогда на империю обрушивалась вся злость ребенка Хаоса, что не щадил никого, вырезая города по щелчку пальцев и сея ужас.

Над Цзыю вспыхнули оранжевым светом печати, накрыв горы и город полупрозрачным куполом, в который с треском стали врезаться молнии, рассыпаясь белым градом искр. Защита пусть и с запозданием, но пришла в действие, не давая гневу Байчжу убить невинных людей.

Прижав два пальца к виску, Лу Сицин нахмурился и обратился к Лу Чуньду:

– Глава собирает срочный совет.

Младший мастер Лу без возражений кивнул и, поймав взгляд Вэнь Шаньяо, отчего-то нахмурился.

– Сидите в клане и не высовывайтесь. Оба.

– Но Байчжу… – попытался возразить Лэн Шуан.

– Вот именно. Это Байчжу, с которым юному волку не справиться, – оборвал его Лу Сицин. – Единственное, что вы сейчас можете сделать, – сидеть тихо и слушать нас.

– Да, мастер Лу.

Мастера поспешили на совет, оставив юношей у входа в павильон Наказаний, который более не казался безопасным местом. Над головой то и дело трещали молнии, ударяя по куполу в попытках его пробить. В землю на многие десятки, а то и сотни ли от Байсу Лу вонзались молнии. Неужели они покрыли всю империю от северных гор до южного моря?

– Куда ты? – заметив, что Вэнь Шаньяо собирается уйти, спросил Лэн Шуан.

– Хочу узнать про этого Байчжу больше. Раз он и раньше вырывался, то должен быть способ вернуть его обратно в Царство духов.

– Ты же не собрался идти против него?

– Я похож на того, кто ищет смерти? – приподнял брови Вэнь Шаньяо. – Просто интересно. Всяко лучше, чем сидеть и ждать, когда молнии пробьют купол.

– Не выходи за барьер, – попросил Лэн Шуан.

– Волнуешься обо мне?

– Не желаю вновь выслушивать твое нытье, когда будешь себя по кусочкам собирать после удара молнии.

Закатив глаза, Вэнь Шаньяо покинул дом Демона и направился к библиотеке. На пиках было необычайно тихо: замолкли водопады и птицы, перестала шелестеть листва, а адепты попрятались по комнатам. Вэнь Шаньяо и припомнить не мог, чтобы в Байсу Лу было настолько тихо. Даже когда он в первой жизни отравил весь клан дурманом – все было в разы оживленнее, чем сейчас.

Зайдя в библиотеку, он направился к дальней стене, посвященной высокоранговым демонам. Просмотрев несколько десятков книг и бамбуковых дощечек, Вэнь Шаньяо лишь раз наткнулся на упоминание о Байчжу: как и остальных сильнейших детей Хаоса, его заперли в Царстве духов, но он оказался настолько силен, что даже их печати со временем ослабевают и он вырывается на свободу. Однако это Вэнь Шаньяо и так уже знал. Даже про Вэньи было информации больше, чем про Байчжу!

– Про него мало записей.

Вздрогнув от неожиданности, Вэнь Шаньяо огляделся, заметив за столом девочку, которая старательно переписывала правила клана. Хмуро глянув в ответ, та подперла рукой щеку, покачивая кисточкой из стороны в сторону и роняя тушь на стол и листы.

– Ты – ученик Демона?

– А ты – Лимин? – отметив ее светлые волосы, спросил Вэнь Шаньяо.

– А у кого-то еще в клане есть такие светлые волосы, помимо госпожи Бао? – огрызнулась девчонка.

В этой жизни Вэнь Шаньяо еще не встречался с Лимин: Лу Чуньду каждый раз оставлял его за дверью и сам занимался с дочерью главы клана. Но он помнил ее по прошлым жизням из-за внешнего вида. Она напоминала обтянутый кожей скелет, что каким-то чудом еще дышал. Сейчас Лу Лимин выглядела лучше, но все равно была слишком худой для ребенка двенадцати лет.

– Ты знаешь, что я ищу?

– Записи о Байчжу, что же еще. Это ведь он выбрался на волю, – закатила глаза Лимин, вернувшись к переписыванию учебника. – Белый Мор в записях не упоминается. Если так хочешь что-то про него узнать, лучше обратись к Общине слухов. У них информации побольше будет.

– Как же так вышло, что у клана нет ничего о Байчжу?

– Может, что-то и есть, – пожала плечами Лу Лимин, – но оно в тайной библиотеке.

– Вот оно что…

Значит, искать здесь действительно бессмысленно. Пора спускаться в город.

– Не собираешься прятаться? – пройдя мимо, спросил Вэнь Шаньяо.

– Если я не успею переписать этот свод правил до конца часа Шень, то встречусь с Байчжу в лице своей матушки, – не отрываясь от листа бумаги, проворчала та. – А эта угроза пострашнее будет.

Мысленно Вэнь Шаньяо ей посочувствовал. Госпожа Бао и вправду была ночным кошмаром во плоти, разве что Демону в Белых Одеждах уступала.

Теперь его путь лежал в Общину слухов через опустевшие улицы с белоснежными деревьями и разбитыми дорогами. Черепица и камни валялись тут и там, пару раз Вэнь Шаньяо встретил не успевших укрыться людей, у которых из тела, а то и из головы росли белые ветви.

Байчжу. Вэнь Шаньяо не встречал его раньше. Почему же сейчас он столь внезапно вырвался из своей небесной темницы? Неужели и к этому причастен