Цветы пиона на снегу. Том 3 - Моргана Маро

как можно осторожнее, чтобы не одергивать лишний раз вуаль.

Взглянув на еду, Вэнь Шаньяо не сдержался и сглотнул. Однако, как бы ему ни хотелось отведать ее, желудок еще не был готов. Каши, горькие отвары и чаи – вот чем он мог питаться, изнывая от желания вгрызться в сочное мясо.

– Тебе не нравится? – обеспокоенно спросила Мэн Юэлян, видя, что он так и не притронулся к еде.

– Нет, я… Мне пока что нельзя.

– П-правда? Ох, я же совсем не подумала! – обеспокоенно воскликнула она. – Прости, прости. Я как увидела лавку семьи Ши, так и забыла, что мастер Лу Цао сам тебе отвары готовит!

– Ничего, все в порядке. Лучше поешь это сама.

Девушка застыла, неловко заломив пальцы.

– Боюсь, я… тоже не могу. После того случая мне сложно питаться чем-то подобным.

– Ты не восстановилась до конца?

Покачав головой, Мэн Юэлян призналась:

– Я могу есть только каши, все остальное желудок отказывается принимать. Шифу сказал, что я еще могу стать заклинателем, но на деле… я понимаю, что это не так. Мастер Лу Даньсяо говорила, что видела похожие случаи: заклинатели либо уходят, либо остаются навсегда в клане в качестве помощников.

– Ты часто общаешься с мастером Лу Даньсяо? – нахмурился Вэнь Шаньяо.

– Она единственная из мастеров, не считая шифу, кто продолжает меня обучать. Остальные… не хотят со мной связываться. Говорят, что боятся моего лица. Я могу их понять и не виню их в этом.

– Тебе не стоит верить каждому слову мастера Лу Даньсяо.

– Почему же? – удивилась девушка. – Она добра ко мне и не боится смотреть на мое лицо. Я знаю, что многим оно теперь противно, даже моему шифу…

Невольно Мэн Юэлян коснулась доули, надвинув ее на глаза.

– Мастер Лу Даньсяо сказала, что мне не стоит опускать руки. Я, может, и не стану прославленным заклинателем, но вполне могу занять место мастера или помощника. Наверное, глупо прозвучит, но, возможно, я и не должна была становиться заклинателем… Каждый раз возвращаясь к тому дню, я думаю, что цветок распустился случайно.

– Тогда почему ты еще не ушла из Байсу Лу?

– Я… размышляла об этом, – призналась Мэн Юэлян, тяжело сглотнув. – После случившегося я очень много думала, что, возможно, мне стоит уйти, но куда? С таким лицом меня никуда не примут, а здесь есть шифу, мои друзья, кров. Я знаю, что сегодня буду спать в тепле, что у меня всегда будет еда и меня не выгонят только потому, что мое лицо изуродовано. Это и держит меня здесь. Если бы я тогда умерла… возможно, мне было бы легче.

От столь мрачных слов аппетит у Вэнь Шаньяо вмиг пропал.

– Глупо думать, что смерть решит все проблемы. Я слышал, что тетушка Фагуань очень не любит тех, кто ищет смерти и накладывает на себя руки. Настолько, что их души перерождаются в слизней.

– Это всего лишь слухи, – с упреком произнесла Мэн Юэлян.

– Но слухи должны были откуда-то взяться. Так что живи как человек, а не как слизень.

Тихо рассмеявшись, она покачала головой.

– Наши случаи… похожи, – призналась девушка. – Я рада, что господин Лэн спас тебя до того, как ты встретился с тетушкой Фагуань. Мы все переживали за тебя. Если хочешь поговорить – я выслушаю и сохраню все в тайне.

– Спасибо, – только и улыбнулся Вэнь Шаньяо.

То, что он пережил – уйдет с ним в могилу. Даже сестре лучше не знать об этом.

– Я думал, тебя обучает только шифу.

– В последние месяцы ему не хватает времени, – призналась Мэн Юэлян, рассматривая чаинки на дне пиалы. – Адепты второй Ступени постепенно начинают осваивать охоту, и у него прибавилось работы. К счастью, мастер Лу Даньсяо согласилась обучать меня время от времени. Неловко это говорить, но она словно понимает меня с полуслова. С шифу такого не было.

Лу Даньсяо. Что же задумала эта ядовитая змея? Решила, что раз план с манами провалился, то можно и адептов задействовать? Стоило бы тщательнее за ней приглядывать, пока она не сбежала из Байсу Лу.

– По клану ходят слухи, что Ни Цзан пытал тебя, – осторожно произнесла девушка.

– Так и есть, – не стал отрицать Вэнь Шаньяо. – Но я не могу рассказать, что там происходило. Признаться, мне и вспоминать об этом больно.

– Ничего, я понимаю, – поспешила ответить Мэн Юэлян. – От этих воспоминаний трудно убежать, а смириться с ними и вовсе невозможно. Надеюсь, младший мастер Лу не даст тебе погрязнуть в плохих мыслях.

Пробыв с ним еще немного, Мэн Юэлян ушла. Луань тут же прибрал к рукам принесенную из лавки Ши еду, не забыв упомянуть, что самому Вэнь Шаньяо такое есть еще рано. Вэнь Шаньяо проводил духа мрачным взглядом, и тот скрылся в комнате. Сон не шел, затаившись где-то на грани сознания, но не собираясь укутывать в сновидения. Сдавшись, Вэнь Шаньяо прихватил из запасов вино и, взобравшись на крышу, подставил лицо холодному лунному свету. Здесь, почти под самым небом, луна казалась больше, напоминая драгоценный шар, который бережно держал в лапах Ухэй. По легендам, она принадлежала этому миру, а солнце Цзинь Хуэй принес из своего. Чтобы светила не убежали и не нарушали порядок дня и ночи, он велел своим сыновьям держать их, поочередно сменяя на небосводе. Разве это не похоже на наказание? Быть вечность прикованным к небу.

Ночную тишину разрушил треск черепицы под ногами. Оглянувшись, Вэнь Шаньяо с удивлением обнаружил стоящего рядом Лэн Шуана. Скрестив на груди руки, он молча смотрел на лежащего на крыше юношу, который пил вино и безмятежно разглядывал ночное небо.

– Не боишься упасть?

– Мне не спится, – честно признался Вэнь Шаньяо.

– И давно тебе не спится?

– Как раз с тех пор, как я здесь. Не желаешь выпить?

– Только если ты обещаешь после этого спуститься.

– Идет.

Сев рядом, волк взял протянутый кувшин, сделал неторопливый глоток и облизал губы. Невольно Вэнь Шаньяо задержал взгляд на его родинке под губой.

– Здешнее вино в разы слаще нашего, – признался Лэн Шуан.

– И какое же на вкус ваше?

– Холодное, словно лед. Мы делаем его из цветов, что распускаются в самый лютый мороз, настаиваем в ледяных пещерах по несколько сотен лет и только потом пьем.

Вэнь Шаньяо пробрал озноб, несмотря на теплую ночь.

– Оно пьется легко, словно вода, и после каждого глотка хочется сделать еще один. Это вино надо пить исключительно холодным – стоит ему оказаться в тепле, как начинает горчить.

– То-то я думал, почему никогда не слышал о ваших винах, – пробормотал Вэнь Шаньяо.

– Мы поставляем пять кувшинов в год императорскому дворцу по