Хозяин облачного трона - Алексис Опсокополос

Я взял бумагу, развернул её, начал читать и… аж присвистнул. Это был приказ о моём отчислении из академии. Моя фамилия, подпись директора, печать. Я поднял взгляд на Тину, та спокойно смотрела на меня и лишь сказала:

— Вот так.

— Да уж, — выдохнул я. — Выходит, ничего я не решил.

Я был в полном шоке, но, как оказалось, это было ещё не всё — Тина достала из ящика ещё несколько листов и молча протянула мне.

Я взял их, бегло прочёл и присвистнул во второй раз. Это были жалобы, подписанные Дарисом и его дружками. Гадёныши писали, что я им угрожал, оскорблял, создавал «враждебную атмосферу»; просили отчислить меня как «опасного и агрессивного курсанта».

— Вот же крысы, — вырвалось у меня, и я тут же спохватился: — Прости.

— Не стоит извиняться, — ответила Тина спокойно. — Они и правда крысы.

— Ещё и директор — лжец. Так сладко говорил: мол, отдохни, не волнуйся, всё уладим, а сам уже приказ подписывал.

— Возможно, на тот момент он и не собирался. Приказ вышел на следующий день.

— Но как ты узнала о нём? — спросил я. — Откуда этот приказ у тебя?

— Чисто случайно узнала.

— Случайно? Прости, но я не верю в такие случайности.

— Хорошо, — призналась Тина. — Не совсем случайно. Я запросила всю информацию, связанную с тобой: отчёты, характеристики, дисциплинарные записи. И мне среди прочего передали свежий приказ об отчислении и жалобы. Когда я это всё увидела, сразу вызвала Фраллена и его друзей. По одному, конечно же. И заставила их рассказать всё как было. Ты же понимаешь, что когда я спрашиваю, то трудно что-то утаить.

— Это да, — сказал я, вспомнив первые минуты нашей первой встречи.

— И они мне всё рассказали: как подшутили над тобой, как чуть не убили, как потом пытались замять. Я после этого поговорила с директором и пообещала доложить об инциденте в министерство и добиться исключения Фраллена и его друзей из академии. Директор умолял меня этого не делать, потом Фраллен пришёл, чуть ли не на коленях стоял, говорил, что отец его титула лишит за исключение из академии. В итоге я сказала, что подумаю и посмотрю на их поведение.

Я слушал и ушам своим не верил — поехал на каникулы дурачок. Если бы не Тина, явился бы через месяц за дипломом, а мне: ты кто такой? Мы тебя не знаем, иди отсюда, давай до свидания! Или просто прислали бы домой приказ об отчислении. И ещё стало понятно, почему директор так настойчиво вытрясает у меня эту расписку.

— Спасибо, Тина, — сказал я. — Слов нет, чтобы описать, насколько я этим всем ошарашен. Но всё-таки скажи, зачем ты вообще запросила обо мне информацию?

Госпожа проверяющая посмотрела на меня с лёгкой улыбкой и спросила:

— Хочешь правду?

— Хотелось бы.

— Мне было хорошо с тобой. Очень хорошо. И я решила узнать о тебе побольше.

— Это вся правда?

— Я хотела посмотреть твою успеваемость, происхождение.

— Но зачем? Какое это имеет отношение к тому, что было между нами?

Тина чуть наклонила голову, глаза её при этом снова блеснули.

— Я же сказала: мне было хорошо с тобой.

— И?

Красавица усмехнулась и покачала головой.

— Какой же ты глупый, курсант Оливар. Я собирала информацию, чтобы подобрать тебе место для продолжения учёбы в столице после окончания академии.

Я присвистнул в третий раз за пять минут, откинулся на спинку стула и сказал:

— Лестно, конечно. Но это уже перебор. Ехать в столицу любовником влиятельной особы — как-то не входит в мои планы. Извини.

Тина грустно улыбнулась и произнесла:

— Я уже поняла, что поторопилась. Но решила всё равно сказать тебе правду. Не хочу тебя обманывать.

— Или хочешь, чтобы я всё же намотал на ус, что такой вариант есть? — уточнил я.

Тина не ответила. Только улыбнулась — той самой своей тихой, волшебной улыбкой. И столько грусти я увидел в её глазах, что на секунду аж захотелось поехать доучиваться в столицу, чтобы таких печальных глаз больше не видеть. Возможно, это был какой-то трюк ментальной магии, но накрыло меня сильно и отпустило, лишь когда Тина улыбнулась нормально.

— Ещё раз спасибо, — сказал я, чтобы увести разговор на другую тему. — Теперь я вооружён информацией и готов к любым гадостям со стороны директора.

— Гадостей больше не будет, — сказала Тина. — Я ему запретила тебя отчислять и вообще как-либо тебе пакостить. И не потому, что между нами что-то было. Здесь я исключительно на стороне справедливости.

Я отметил, с какой лёгкостью она произнесла: «Я ему запретила ему». Будто речь шла не о директоре императорской академии, а о дворецком или кучере.

— Вот прям запретила? — уточнил я.

— Да.

— Ты не подумай, что я тебе не верю, мне просто интересно: ты можешь что-то запрещать директору академии?

Госпожа проверяющая снова улыбнулась, а её глаза опять блеснули, но в этот раз на меня смотрела настоящая хищница — трансформация была мгновенной и пугающей.

— Я всё могу, — холодно произнесла Тианелия Морисаль, а потом она склонила голову, улыбнулась, и ко мне снова вернулась красавица Тина.

— Не знал, что у проверяющих такие полномочия, — сказал я. — Или это наш директор такой покладистый, что ему можно приказывать?

— Военно-магические академии — это базис, на котором строится безопасность Империи, — пояснила Тина. — И директора таких заведений — люди влиятельные, серьёзные. Твой, между прочим, не исключение.

— Тем удивительнее, что этот «влиятельный» так боится Фралленов, — не удержался я от колкости.

— Он не боится. Просто не хочет портить отношения. Дед Дариса — глава попечительского совета академии. Семья Фралленов делает щедрые пожертвования, а ещё, — Тина чуть понизила голос, — думаю, лично директору тоже кое-что перепадает. Но доказать я, увы, этого не могу.

— И при этом ты ему запретила? Такому важному человеку? — я невольно усмехнулся.

Тина подняла на меня взгляд с лёгким, почти наивным удивлением и спросила:

— А ты не знаешь, кто я?

— Знаю, — ответил я. — Проверяющая из столицы.

— И всё?

— Ну… ещё ты красавица, — сказал я, выдержав паузу. — Умная, уверенная, опасно привлекательная, невероятно соблазнительная и слишком эффектная