Колыбельная для маленьких солдат - Ина Голдин

дитя, одарить?»

Наверное, из-за того, что он пел и никак не мог найти дорогу, что выводила из леска к городу, он и проворонил Бенджамина. И услышал, только когда тот был совсем близко:

– Джей-Би! Джей-Би!

Агент резко замолчал. Забрался в кустарник – тут его наверняка не видно.

Голос приближался:

– Джей-Би! Подожди! Подожди, солдат! Надо поговорить!

«Да какой из меня солдат», – со злостью подумал Агент, залезая в кустарник еще глубже. И замер – чтоб ветки не трещали.

Бенджамин вылетел на освещенную луной маленькую полянку. Агенту он был виден как на ладони. Под мышкой у Бенджамина болтался Майор.

– Джей-Би, – позвал он, стоя посреди поляны и озираясь.

Отличная мишень. Агент без труда успевал прицелиться, выстрелить и уйти.

Не мог же Бенджамин этого не понимать!

И все равно стоял на этой поляне, как дурак. Агент ужасно разозлился. И на него, и на себя. Потому что знал: даже сейчас он не сможет завершить задание.

Со злостью Агент выбрался наружу. Бенджамин терпеливо ждал. Он тоже побывал в тех колючих кустах. На щеке была царапина.

– Ты не взял Майора, – напомнил Бенджамин, когда Агент подошел совсем близко.

– Пусть он будет в лагере, – тихо сказал Агент.

Бенджамин сел на корточки.

– Ты его не взял, потому что там, куда ты идешь, ему будет плохо. Правильно?

Агент молчал.

– Что они тебе сделают?

Агент глядел в сторону.

– Ты ведь не выполнил их задание. Что они сделают?

Бенджамин очень осторожно взял его за здоровое плечо. Агент не стал вырываться, но и отвечать не стал.

– Ясно. – Бенджамин сглотнул. – Вот что. Не возвращайся туда. Оставайся у меня.

Вот тут он уже промолчать не смог.

– Я же в тебя стрелял… Я чуть тебя не убил.

И убил бы – если бы был хорошим бойцом.

Бенджамин странно, ломко улыбнулся.

– А это у нас семейное. Это у тебя мои гены проявились.

– Я не твой сын. Я боец «Нойе Орднунга».

Бенджамин покачал головой.

– Ты слишком хороший боец для «Нойе Орднунга». А они тебя… – Он не закончил, закусил губу.

– Я неудачный проект, – хмуро сказал Агент. – Неудачные проекты завершают.

Бенджамин крепче ухватил его за плечо. Поднял вторую руку, чтобы стереть со щеки кровь, и выронил медведя. Агент подобрал его прежде, чем успел подумать.

– Я не знаю, какой ты проект. Но если они хотят уничтожить такого бойца, они полные идиоты. И ты к ним не вернешься.

– Почему это? – Агент все-таки дернул плечом.

– Потому что твой отец так сказал. Отец и командир.

Он вздохнул. Кто тут еще полный идиот…

– Я же говорил. Это только легенда, для того чтобы внедриться.

У Бенджамина сузились глаза.

– Ты в этом уверен? Совершенно точно уверен? В организации тебе всегда говорили только правду?

Раньше он так и думал. Но после того, что видел в лаборатории, после Двенадцатого…

А если и правда – его оригинал не Воин, а Бенджамин?

Раньше он бы отогнал такую дурацкую мысль. Но ведь Агент видел Бенджамина в деле. И там, на заводе.

А еще – Воин смотрел на него с постера, но ни разу за ним не пришел. Даже когда Агенту было совсем плохо и он изо всех сил призывал его на помощь.

А Бенджамин – вот.

Медведя принес.

Агент покрепче перехватил Майора. Прижал к себе.

– Пойдем. – Бенджамин поднялся. – Представляю, что Док мне скажет, когда узнает, что ты с больным плечом убежал из лагеря.

Но Агент отступил назад.

– Нельзя же. Я же из «Нойе Орднунга». Откуда тебе знать, что я не буду шпионить?

Бенджамин долго на него смотрел.

– А я – сын Гидеона, – сказал он наконец. – Откуда моим людям знать, что в один прекрасный день я не побегу к королю и не сдам их всех, чтобы получить его прощение? Ниоткуда. Но они мне почему-то верят.

Агент сдался. Позволил Бенджамину снова взять его за плечо, притянуть к себе. Вжался лицом в его куртку и дал погладить себя по голове. Несколько долгих минут они стояли вот так, и Агент жмурился, ощущая, как теплая рука раз за разом проводит ему по макушке.

Наконец он высвободился.

– Я покажу, как лезть, – пообещал он. – Там сложно.

Бенджамин поморщился:

– Нет уж. Спустимся на дорогу, и я вызову машину.

Он протянул руку, и Агент за нее уцепился. Как маленький.

– Сэр… Джон. А как это – любить?

Бенджамин почесал в голове.

– Как тебе объяснить. Положим, ты знаешь, что миссия превыше всего?

– Конечно.

– И что все личное перед миссией теряет значение, да?

Агент только фыркнул. Это же очевидно. По крайней мере, для солдат – таких, как он и Джон.

– Ну вот. А когда любишь кого-то, этот человек становится для тебя важнее миссии. Важнее, чем… изменение мира – или для чего там тебя воспитывали.

– Это глупо, – тихо сказал Агент, понимая: он-то сейчас именно так и прокололся.

Они оба так прокололись.

– Очень, – согласился Джон.

– Это надо быть совсем гражданским… – раздумчиво проговорил Агент. – Джон?

– М?

– А твой ответственный взрослый… твой папа – у него так было?

– Нет, – ответил Джон. – Не совсем.

– А откуда ты тогда знаешь? Из обучающих фильмов?

– Точно, – кивнул Бенджамин. – Из фильмов.

Вдвоем они быстро нашли дорогу. Даже удивительно, что несколько минут назад Агенту казалось, что он заблудился. Светлая полоса асфальта была пустынной и как будто уходила прямо к звездам.

– Это опасно, – сказал он Джону. – Они все равно за мной придут. И за тобой тоже.

– Я знаю, – кивнул тот. – Теперь, после завода, – точно придут. Но мы их будем ждать.

Агент про себя вздохнул. Защищать Бенджамина будет нелегко. Но, по крайней мере, это будет его собственное задание.

Джон позвонил Фаркашу и попросил за ними приехать. Тяжело опустился на камень.

– Ну и день у нас был, Джей-Би. Кстати. Что это за сокращение на самом деле – Джей-Би? Что это значит?

Агент подумал, что ему многое придется рассказать Бенджамину. И про проект «Юный защитник», и про Двенадцатого, и про то, почему на самом деле произошел пожар в лагере, и про Пита…

Но, наверное, уже завтра. А сейчас он сказал:

– Джей-Би – это от «Джон Бенджамин». Меня так назвали в честь отца.

И Джон потрепал его по голове и сказал:

– Отличное имя.

Примечания

1

Ты знаешь, кто я? (нем.) – Здесь и далее – примечания автора, если не указано иное.

2

Здесь и далее цитируются отрывки из песни «Ma Avarech» (слова Р.