Романтика дорог - Елена Владимировна Крыжановская
— Нет…
— Своего жениха знаешь?
— Нет, мы не виделись.
— Ясно…
Они остановились перед дверью в королевские покои. Дик глубоко вдохнул, стараясь сделать вид, что они никуда не спешили, а зашли навестить правителей Ровлада только из вежливости.
В кабинете, отодвинув карту и бумаги, король неохотно оторвался от совещания с двоими советниками, чтобы послушать срочный доклад Гельда. Но узнать он успел не много. Единственная дочь, имеющая привилегию входить к отцу в любое время, кроме ночи и официальных приемов, вихрем ворвалась в кабинет.
— Южена, именно сейчас не лучший момент…
— Прошу прощения, ваше величество, — услышал король незнакомый голос и с удивлением посмотрел на кавалера принцессы. От высокого мальчишки в костюме странника глава королевства заранее ожидал беспокойства.
— Что вам угодно? Кто вы?
— Папочка, это Благородный Дик, тот самый рыцарь, который путешествует по всему свету, — вместо гостя с воодушевлением сообщила Южена. Дику осталось только вежливо склонить голову. Советник Гельд пришел в холодную ярость, что его ход сорвался, но внешне не подал виду. С натянутой любезностью кивнул Дику.
— Надо же, — король Ровлада разглядывал странника, точно редкого зверя. — Как я слышал, вы защищаете всех от несправедливости… Что привело вас к нам? — в вопросе угадывался ехидный намек: «Отчего вы не появились тут на полтораста лет раньше?»
— Всех защитить довольно трудно. Делаю, что могу.[1] Здесь, по случаю скорой помолвки вашей дочери. Вашему величеству должно быть известно, что Братство Дороги иногда позволяет себе проверить, насколько правители соблюдают законные права подданных и особенно детей. Даже собственных. В качестве защитника интересов Южены прошу вашего королевского гостеприимства, — странник вежливо поклонился.
— Моя дочь не нуждается в заступнике, рыцарь.
— Пусть Южена сама скажет.
— Это я пригласила Дика, — немного растерялась принцесса. — Хочу, чтобы он присутствовал на моем празднике. Я имела право выбрать любого свидетеля, и выбираю его! Ты ведь не против, папочка?
— Что ты, детка, это твой праздник, тебе решать, кого пригласить, — мягко ответил король, но лицо его сохраняло кислое выражение.
— Прошу прощения за дерзость, но хотел бы услышать слово вашего величества. Буду ли я для вас желанным гостем? — настаивал на ответе странник.
Король подтвердил, что в пределах его королевства и замка Дик свободен и будет принят как почетный гость.
— Благодарю. Простите, что помешал вашей беседе, — они с Юженой откланялись. Дик подарил на прощанье весьма многозначительный взгляд Гельду, и увидел в ответ искры гнева в глазах советника.
— Теперь ты можешь?.. — начала принцесса.
— Нет. Сперва знакомство с королевой.
В покоях ее величества Дик повторил маневр, получил королевское заверение при свидетелях, — двух фрейлинах и служанке, — что волен делать во дворце, что угодно, в рамках приличий. И даже один раз нарушить их, пользуясь «правом гостя».
Королева как раз занималась своей прической, точнее ее превращением из парадной, в скромную, ночную. Трудно не заметить, что ее густые волосы, длиной почти до пола, слишком ровные и светлые, без всякого сходства с кудрями Южены. Королева держалась приветливо, но по тому, каким тоном Южена говорила ей «матушка», ясно, что они не родня.
Дик угадал, нынешняя королева — вторая жена. Мать Южены находилась в изгнании. Вернее, сбежала сама, когда дочке едва минуло четыре года. Королю пришлось подписать ей вечное изгнание и публично отказаться от их союза. Только так он мог жениться вторично. Говорили, что мать принцессы, пользуясь обретенной свободой, тоже вышла замуж. Но вот за того, с кем покинула королевство или за кого-то ещё, Южена не знала.
— Хочешь ее увидеть? Узнать, где она?
— Нет, — твердо покачала головой принцесса. — Мама поступила как слабая женщина, не по-королевски. О чем нам говорить?
— Ты бы так никогда не сделала?
— Зачем? Муж, дочь, королевство… У нее всё было, а она нас бросила.
— Всё? Счастье, любовь? — усомнился Дик.
Теперь они не спешили. Медленно шли по замку на половину принцессы и беседовали. Южена недоуменно посмотрела на своего защитника.
— Королевским особам счастье дозволено, — тоном примерной ученицы сказала она. — Но выбирая между своим личным счастьем и благополучием королевства…
— Подожди. Представим, всё-таки, что ты выбрала свое счастье. Оставила бы дочь здесь, в тени короны, знатного герба и богатства или увезла с собой в неизвестность?
— Оставила бы, конечно, — признала Южена. — Заботясь о ее будущем, я бы предпочла, чтобы моя дочь выросла принцессой и ни в чем не знала нужды.
— Кроме любви и счастья, — негромко закончил фразу Дик. Южена говорит не свои слова. Ее живость плохо сочеталась с холодным расчетом. — Уверена, что хотела бы для своей дочки и для себя судьбу ровладской принцессы? Если бы могла выбирать.
— Не знаю, — долгих раздумий выдохнула Южена. — С одной стороны, мне не на что жаловаться. А с другой, мне нельзя почти ничего, что можно обычным детям. Не знаю, как счастья, но свободы мне точно не хватает. Но короли и не должны быть свободными. Они связаны долгом перед своим званием и народом.
— Опять, — поморщился Дик. — Говори то, во что сама веришь, а не то, чему тебя учили.
— Моя комната здесь, — принцесса указала на дверь.
— Идем куда-нибудь, где нет крыши. На балкон или башню. Хочу видеть звезды.
— Ещё рано.
— Подождем.
Южена охотно согласилась на романтическую прогулку под звездами. Они с Диком забрались на башню, велели принести им туда два кресла и ужин, а после, отдыхали на круглой площадке с зубцами, любуясь закатом.
— Что плохого в браке без любви? — неожиданно спросила принцесса.
— Имеешь в виду, выйти замуж без любви, или жить с тем, кого не любишь?
— В чем разница?
Дик отвернулся, скрывая недоверчивую усмешку. Это дитя завтра должно сделать выбор на всю жизнь?
— Если любишь одного, а выходишь замуж за другого, это преступление и бесчестие. А если твое сердце свободно, и двое решили заключить союз по взаимному согласию и уважению, в этом нет ничего плохого. Можно надеяться, что они даже будут счастливы. Если со временем не возненавидят друг друга.
— Это можно как-то проверить заранее? — насторожилась принцесса.
— Да. Есть обычай. Сейчас он сохранился только в редких селениях, и не знаю ни одного города или королевства, где
