Дарина – разрушительница заклятий. Призраки мрачного ущелья - Евгений Фронтикович Гаглоев

– В ночь нашего приезда в этот городишко Бия встречалась в лесу с какими-то Эсселитами, – неохотно сообщил он. – Несколько магов, объединив усилия, призвали жуткую грозу. Им требовалось произвести один направленный удар молнии в строго определенное место. У колдунов все получилось, молния расколола утес, на котором стоит Королевский госпиталь. День спустя в лесу появился монстр, и начали пропадать люди.

– Ничего нового он нам не сообщил, – взглянул Триш на Дарину.

– Где именно в госпитале вы оставляли нитроглицерин? – спросила девочка.

– В зале на втором этаже, рядом с трещиной в стене, – последовал ответ.

Дарина посмотрела на своих друзей.

– Придется наведаться в госпиталь, – сказала она. – Все пути ведут туда.

– Что? – вздрогнул Триш. – Но там же призраки! Сама слышала!

– Другого выхода у нас нет. Ну и что, что призраки? Ты что, привидений никогда не видел, что ли?

– Видел! Поэтому не хочу больше с ними встречаться.

– Возможно, нам придется расспросить их о том, что они видели.

– Ты решила допросить призраков? – вытаращил глаза Пима. – Совсем рехнулась?

– А что? Они такие же свидетели, как и живые люди.

– Но их с помощью валерьянки не разговорить. Потребуется что-то посерьезнее.

– Меня все больше пугает эта затея, – выдохнул Триш.

– Если хочешь, можешь остаться здесь, – предложила ему Дарина.

– Как бы не так! Вы без меня снова во что-нибудь влипнете, а мне потом за вас волноваться?

– Думаешь, вместе с тобой мы не влипнем? – невесело усмехнулся Пима.

– Рискованная это затея, – покачала головой Бореана.

– А что еще остается? – спросила девочка.

В этот момент брат Шестихвост, воспользовавшись тем, что все отвлеклись, вскочил с земли и выхватил из рук Дарины бутылочку с валерьянкой. Затем кот взлетел на забор и был таков. В темноте послышался лишь его быстро удаляющийся хохот.

– Вот гаденыш! – в сердцах крикнула мамаша Готье. – Скрылся!

– А что делать с этим бандитом? – Сцилла потыкала Игуана черенком швабры.

– Нужно отвести его в полицию до выяснения всех обстоятельств, – подсказал Пима. – Пусть кинут его за решетку.

– Полиции у нас пока нет. Но мы можем его в пожарную часть отвести, брандмейстер Мортехай найдет сарай, чтобы его запереть, – сказала мамаша Готье.

– Хорошая идея, – обрадовалась Бореана. – Мне представится еще один случай пообщаться с красавчиком-брандмейстером!

– Кто о чем, а она опять о своем Мортехае, – закатила глаза Сцилла. – Ладно, мы сами отведем этого прощелыгу. А вы делайте, что должны. И знайте, мы всему городу расскажем о том, что сегодня узнали. Пусть люди готовятся.

– К чему? – спросил Игуан.

– К тому, что грядет! Мне кажется, намечается серьезная заварушка.

– Мне тоже так кажется, – вздохнул Пима.

– Вот и славно, – кивнула Дарина. – Идите. А мы отправимся в Королевский госпиталь.

Сцилла, Бореана и мамаша Готье подняли Егория Игуана на ноги и поволокли его в пожарную часть, подталкивая швабрами, когда старик принимался упираться. А Пима сбегал в подвал за своим недоделанным электрическим посохом.

Дарина увидела в его руках металлическую трость длиной около полутора метров, с резиновой рукояткой. Трость заканчивалась острым наконечником, а рядом с рукоятью располагалось небольшое колесо, напоминающее руль паровой машины. Пима крутанул колесо, затем прицелился в пугало и нажал кнопку на рукоятке. С конца посоха сорвалась яркая молния, ударила в чучело и сбила ведро с его головы.

– Немного недоработано, – объяснил Пима. – Чтобы хорошенько бабахнуло, нужно иногда подкручивать колесико. Иначе динамик не работает. Но все же лучше, чем ничего. Потом усовершенствую. Разряд будет куда сильнее.

– Хоть что-то, – кивнула Дарина.

Акаций наблюдал за происходящим, стоя на крыльце.

– Я с вами, – заявил он, уперев лапы в толстые бока. – Пропадете без меня.

– Больше не обижаешься? – поинтересовался Триш.

– Я отходчивый, – хмуро ответил кот. – К тому же какой прок на дурачков обижаться?

И друзья решительно направились к госпиталю.

Глава двадцать пятая, в которой Дарина знакомится с призраками Королевского госпиталя

К тому времени, когда Дарина и ее друзья вошли в лес, совсем стемнело. Стояла зловещая тишина. Триш в который раз предложил не ходить в Королевский госпиталь ночью, но Дарина заявила, что с призраками лучше всего общаться именно в темноте, потому что при свете дня они могут не показаться.

– Да и чего бояться? – сказала она. – Вспомните ведьму Амалию, которая вселилась в тело гомункулуса. Не такая уж она была страшная. Ну, до того, как рассыпалась в прах.

– Это другое, – зябко поежился Триш. – С ней мы не собирались разговаривать, а тут сами лезем в пекло!

Но его никто не слушал. Пройдя по лесной тропе, ребята поднялись на высокую скалу и вскоре приблизились к развалинам гигантского старинного здания, казалось, растущего прямиком из горной породы.

Неподалеку от входа в стене зияла огромная, оплавленная по краям трещина, уходящая в глубь утеса.

– Знатно сюда молния бабахнула, – отметил кот Акаций. – Глядите, камень едва в стекло не превратился.

– Магия Эсселитов, – кивнула Дарина. – Эти колдуны и не на такое способны.

Открыв повисшие на одной петле двери, ребята прошли в сумрачный холл, где начиналась широкая каменная лестница с растрескавшимися ступенями. Пима зажег керосиновый фонарь, и друзья стали подниматься на второй этаж, вздрагивая и замирая от каждого шороха. В гигантском пустом здании то и дело что-то шуршало, потрескивало, постукивало.

– Это уже призраки? – нервно поинтересовался Триш и сам испугался звука собственного голоса.

Огромные пустые пространства исказили его почти до неузнаваемости. Триш будто крикнул в старый глубокий колодец и услышал в ответ собственное эхо.

– Ага, ждут тебя в гости, – поморщился Акаций. – Уже и плюшек напекли.

– Это просто сквозняки, – твердо сказала Дарина. – Гляньте на потолок.

Все тут же задрали головы. Полотнища серой паутины развевались на ветру подобно грязным флагам. Но это было еще полбеды – с темных балок свешивались гроздья спящих вниз головой летучих мышей. От такого зрелища все мигом притихли.

Поднявшись по ступенькам, путники оказались в длинном коридоре, который привел их в еще один пустой зал. В тусклом свете фонаря казалось, что под сводчатым потолком клубится сизый туман, и от этого становилось еще страшнее.

Когда-то здесь была большая больничная палата. Кое-где вдоль стен до сих пор стояли металлические кровати, покрытые паутиной и ржавчиной. Торчали обломки старых деревянных ширм, стульев и тумбочек, на полу валялись полуистлевшие тряпки и книги, на которых росли странные бледно-голубые грибы.

Ребята прошли через несколько таких залов, похожих между собой, как две капли воды. Свет почти не проникал сквозь пыльные окна, даже в зале, где стену и пол разрезала огромная трещина, царила непроглядная тьма.