Время туманов - Ален Т. Пюиссегюр
– Что-то вы уж слишком рассиропились, – недовольно мяукнула Эркенбальда. – Не нужны тут ваши нежности, отстаньте! Пора возвращаться к моим баранам. То есть автоматонам.
Но школяров так и распирало от восторга.
Каждый из них успешно нашёл достойнейшего руководителя своей практики. Бесстрашный кот-маг Ларимар, вернувшись из секретной экспедиции на восток, сообщил Ковену в письме о своём решении: да, он берёт в ученики метиса-туполапа, однако не обещает ему ни поблажек, ни снисхождения.
«Охота на чудовищ – вовсе не увеселительная прогулка».
Перечитывая письмо по сто раз на дню, Ковен чувствовал жгучую жажду приключений, будто внутри у него кто-то муравейник разворошил. Не терпелось увидеть собственными глазами, как закалённый в боях воин сражается со свирепыми врагами. При одной мысли об опасностях и победах школяр начинал неистово бить хвостом. А думал он об этом непрерывно.
Фигаро, уважаемый представитель гильдии аргонавтов, устроил Сирению к своему коллеге. Лесной кот с превеликим удовольствием оказал ей помощь и поддержку. Ему льстило, что молодёжь увлекается наукой и географическими открытиями.
Решение Брайны немало всех удивило. Однажды в сильный снегопад, когда автоматоны следили, чтобы учащиеся и ус не высовывали наружу, она вдруг объявила как ни в чём не бывало:
– Хочу, чтоб моей практикой руководила Акхана.
– Дама-ирбис из гостиницы «Перинка»? – сыграл на кантеле Лексиос, не поверив своим ушам.
– Именно она! В Ар Руне я перепробовала множество разных блюд, но никто не готовит вкуснее неё.
Ковен от души порадовался за подругу. Уж он-то заметил, с каким трепетом и обожанием ангорская кошечка наблюдала за старой представительницей семейства снежных барсов.
Внезапно всеобщее внимание привлекла магическая астролябия. Мелодичный перезвон и тиканье маятника стали заметно громче.
Ксантос оглушительным рыком перекрыл гул множества голосов:
– Прошу всех присутствующих собраться в центре храма. Новый год вот-вот настанет.
Коты и кошки тесно сгрудились, приникли друг к другу. Свечи погасли, храм погрузился в глубокую темноту. Лишь высоко над ними чуть заметно светился стеклянный купол.
Магистры ордена Благого Знания первыми подняли головы, за ними следом посмотрели вверх другие преподаватели. Мастера, подмастерья и школяры последовали их примеру. Громадный стеклянный купол, покорный механиматике, зазвенел и заскрежетал. Внезапно его грани задвигались, сложились в стрельчатые арки и раскрылись, будто лепестки невиданного цветка.
Коты и кошки с восхищением увидели в чёрной вышине две полные луны, Амальтею и Адастрею. Двойное полнолуние.
В храме Трёх Светил стало прохладно. Вздрогнув от ночной свежести, Ковен подумал, что обычай не зря повелевал им собраться в один клубок. Бедная Брайна тряслась от холода и жалобно смотрела на друзей, явно желая, чтобы Ковен, Лексиос и Сирения обняли её покрепче и согрели.
Все сейчас нуждались в родственном тепле и участии. Жались к другим, выдыхая облачка пара.
В центре зала рядом с астролябией Иллена, не без труда выпростав лапу в тесноте, начертила магический круг. Эманация[1] чистой магии заструилась, образуя световой шар.
– Пусть в Новом году у всех нас прибавится знаний, – торжественно произнесла она первое пожелание.
– И мудрости, – добавил Говард, дорисовав ещё одну руну.
Шар увеличился, засиял ещё ярче.
– И отваги, – Ксантос завершил ритуал, изобразив в круге последний знак.
У всех котов и кошек, ослеплённых неистовым светом огромного гладкого магического шара, зрачки сузились в тонкую полоску.
– Во славу лучистых звёзд и священного Аквамарина! – провозгласил глава ордена.
– Во славу лучистых звёзд и священного Аквамарина! – эхом отозвались остальные.
Светящийся шар взмыл ввысь и исчез среди звёзд.
Иллена замурлыкала первой, за нею Говард и Ксантос, потом прочие учителя, мастера, подмастерья и школяры. С минуту все как заворожённые смотрели на полные луны и мурлыкали в унисон. Единое мурчащее кошачье целое.
Внезапно луны стало три. Будто по волшебству, возникло ещё одно розовато-сиреневое светило.
– Поприветствуем комету Остару! – призвал Говард. – Провозвестницу весны, возрождения и обновления природы. Школяры, обратите на неё особое внимание. Вы и прежде слыхали о ней, но здесь, в замке Каслкотц, она станет для вас особенно важной. Остара – ваша путеводная звезда на протяжении всей третьей четверти. Её символ и смысл. Именно она осенит вашу первую практику. А потом вы пойдёте за нею следом и дальше.
В коридоре между большим залом и пещерой кристалла на третьем аллегорическом витраже они действительно видели изображение лиловатой кометы. При мысли о том витраже, весеннем, радостном, с переливами всех оттенков зелёного, у школяров стало легче на душе и шёрстка залоснилась от удовольствия. Сирения задумалась о влиянии звёзд на кошачьи судьбы. Ковен вспомнил могучее древо с яркими искрами в кроне. Большая часть символов, как всегда, оставалась для них загадкой.
Коты и кошки замурлыкали громче.
– Давайте пожелаем здоровья и удачи тем, кто не смог к нам присоединиться, – предложила Иллена.
Дареза и ещё несколько школяров и подмастерьев по-прежнему находились на попечении у целителя Коса.
Со звоном и скрежетом купол закрылся, лепестки вновь превратились в грани. В храме Трёх Светил сразу стало гораздо теплей.
– Коль скоро мы все собрались здесь, сделаю несколько объявлений, – вновь заговорила пантера. – А потом продолжим праздновать и пировать.
Ушки котов и кошек насторожились.
– В связи с недавними печальными событиями орден Благого Знания принял меры предосторожности.
У Ковена тревожно сжалось сердце.
– Отныне всем учащимся строго запрещается заходить в Сумрачный лес без сопровождения взрослых, а также приближаться к замку Зловест. Думаю, напоминать о причинах подобных запретов излишне.
Конечно же, все отлично помнили, с какой вестью явилась в замок делегация альфаров две недели назад.
– Ни в коем случае не бродите там поодиночке. Даже в окрестностях гуляйте группами, по трое-четверо, не меньше. Надеюсь, все меня услышали и поняли?
Учащиеся молча склонили головы.
– Так нашу школу не закроют? – отважился спросить Ансельм.
– По вашему мнению, в замке Каслкотц теперь опасно учиться? – грозно воззрился на него Говард.
Белый анатолийский котик сжался от ужаса и уменьшился вдвое. Неужели отныне все будут считать его трусом и смеяться над ним? Зря он задал этот вопрос. Однако остальные школяры вовсе не смеялись, притихли и тоже со страхом ждали ответа.
– Подмастерья? Мастера? Кто из вас объяснит нашему юному другу, почему мы не можем закрыть школу?
– Мир вокруг меняется, а Каслкотц остаётся прежним! – раздался хор голосов.
– Вот именно! – сфинкс был явно доволен. – С каждым днём, с каждой лекцией и семинаром вы будете всё больше убеждаться в этой истине. Наш долг – воспитывать и обучать новые поколения вопреки всем войнам и катастрофам.
Ночь прошла, наступило утро.
Те, кого клонило в сон, отправились
