Билл Флэш - Бэтмен возвращается

Вскочив с кресла, Пингвин подбежал к краю бассейна и, взмахнув руками, произнес:

— Мои дорогие пингвины! Мы сейчас находимся на пороге новой эры… — Многоголосая армия замолкла, внимательно вслушиваясь в слова. Многие из вас боятся. Но сейчас можно бояться, ничего в этом стыдного нет. Кое-кто из вас не вернется сегодня. Но не вернется только из-за Бэтмена. Сегодня великий день. Пришло время наказать всех детей Готэма. Не только первенцев, но и тех, кто родился вторым, третьим, четвертым… Всех! Мальчиков и девочек. У нас ведь равенство полов. Правда?

Пингвин обвел свою армию торжественным взглядом.

— Всех их взорвать! Всех в огонь! Всех! Вперед! — закричал он, пытаясь поднять над головой короткие ручки. — Пусть начнется уничтожение Готэма!

Пингвины вновь загалдели и, как по команде, стали прыгать ровными рядами в воду и небольшими группами исчезать в тоннелях, ведущих в разные стороны.

Пританцовывая на месте и потирая уродливые ладони, Пингвин подбадривал своих солдат хвалебными выкриками. И когда последняя птица покинула ступени и исчезла в воде, он повернулся к своей технике.

— Ты сумасшедший маньяк, — сквозь зубы процедил Макс.

— Не больше, чем ты, — возразил птицечеловек, разгрызая спинку принесенной ему рыбы. — Просто то, что ты делал всю жизнь, я решил сделать в один день. Кроме того, у меня личные счеты. Вы, мерзкие людишки, не поставили меня на пьедестал, — хохотал довольный собой Пингвин, — и теперь я вас всех уничтожу за это!

Его уродливые пальцы коснулись клавиатуры. Дисплей вспыхнул зеленым светом.

«Определить мощность заряда», — вывел Пингвин на дисплей.

По экрану поползла строчка. Щурясь, он считал ее и, повернувшись к Шрекку, спросил:

— Как ты считаешь, килотонны им хватит?

«Оценка человеческих жертв после взрыва», — вспыхнуло на экране.

«Сто тысяч человек», ответила машина синтетическим голосом.

— Тебе плохо, Макс? — злобствовал Пингвин. — Ничего, скоро ты присоединишься к этому числу. Их будет сто тысяч и один.

«Минута до старта ракет», произнесла машина.

— А! Мои крошки, наверное, уже выходят на площадь, — его ласты вновь заходили по клавишам.

Буквенная строка сменилась телевизионной картинкой. Установленные на касках некоторых солдат-пингвинов камеры отслеживали происходящее в строю.

«Пингвины на подходе к Готэм-Плэйс», равнодушно голосом констатировал компьютер.

Пингвин захлопал в ладоши, продолжая поглощать мелкую рыбешку из стоящего перед ним никелированного ведерка…

Брюс спустился по узкой винтовой лестнице в самую отдаленную пещеру своих подземных владений. Металл ступеней гудел под его ногами тяжелым набатом.

Вейн нащупал выключатель и включил свет. Ровное голубое сияние наполнило подземелье, отражаясь искрящимися блестками в покрытых каплями росы стенах.

Посередине прямоугольной комнаты, вырубленной в скале, стоял сигароподобный корабль на подводных крыльях.

— Альфред, — тихо позвал Брюс в пустоту.

— Я вас давно жду, мистер Вейн, — ниоткуда ответил голос слуги.

— Извини, старина, но меня задержали неотложные дела.

— А хорошо ли, сэр, заниматься делами там, где положено заниматься совсем другими вещами.

— Дело в том, что это был очень странный карнавал, там на приходящих насильно надевают маски. Пусть даже и надоевшие им.

— Но, я надеюсь, вы все же встретили там мисс Кайл?

— Разумеется. Она — само совершенство.

— О! Я рад, мистер Вейн, что вы подбираете именно такие слова для того… Это хороший знак.

— К черту знаки, Альфред. Меня сейчас интересует совсем другое. Пингвин…

— Неужели среди приглашенных в этот дом был этот невозможный человек?

— Конечно, его не было. Но, тем не менее, он ухитрился испортить всем праздник.

— Мистер Вейн, что же мог сделать этот маленький неприятный тип?

— Он просто взорвал бомбу и…

— Неужели он оказался террористом?

— Более того, еще он похитил…

— Боже мой, неужели мисс Кайл?

— Нет, мистера Макса Шрекка.

Альфред озадаченно смолк, но через мгновение продолжил:

— Может быть, вам, мистер Вейн, мой вопрос покажется наивным или неуместным, но я никак не могу понять, для чего мистеру Пингвину понадобился мистер Макс Шрекк?

— О! Все очень просто. Мистер Пингвин мучается комплексом неполноценности из-за своей семьи.

— Но, по-моему, у мистера Пингвина не такая уж плохая родословная. Она восходит… Это неважно, но это достоверно известно.

— Нет, ему не нравится то образование, которое он получил.

— Какая неблагодарность! Конечно было бы лучше, если бы он отправился учиться в Европу, но… Но ведь не каждый может похвастаться дипломом Оксфорда. Почему-то мне кажется, что таким дипломом в нашем городе не может похвастаться никто. Так что его переживания напрасны.

— И, тем не менее, Пингвин так разошелся, что собрался похитить всех сыновей-первенцев нашего города…

— Неужели он будет держать их заложниками и поменяет только на университетский диплом?

— Нет. По-моему, он собирался их убить.

— Но, мистер Вейн, тогда я не могу понять, как вы позволили ему заниматься этими отвратительными вещами и не прекратили это безобразие.

— Конечно, я его прекратил.

— Ну, слава Богу…

— Только вот о чем я все время думаю — может, зря я отрезал голову тому несчастному клоуну?

— Какому клоуну?

— Клоуну, одному из тех негодяев, которые похищали детей по приказу Пингвина. Может, не надо было… Все-таки… Мне почему-то кажется, что он не успел осознать всю мерзость своего поступка. И его голова… Ну да Бог с ним. Сейчас меня волнует совсем другое.

— Что же? Ведь порядок в городе вы, кажется, навели?

— Порядок? — задумчиво проговорил Брюс. — Да. Но вот в чем дело, старина. Забравшись на крышу мэрии, я задал себе вопрос…

— Но, мистер Вейн, что вы делали на крыше мэрии?

— Как что? Я висел вверх ногами под потолком чердака и думал. Вы же знаете, Альфред, что это меня успокаивает.

— Так какой же вопрос вы себе задали?

— Я спросил: «Все ли теперь в порядке в нашем городе?» И тут я почувствовал, что гигантские полчища…

— Мистер Вейн, это я виноват. Простите.

— В чем ты виноват, Альфред?

— В полчищах, сэр. Когда в последний раз я выводил тараканов с помощью вашего нового средства, то оставил коробочку с препаратом в вашей лаборатории…

— Господи, старина, да какое это имеет значение…

— Но ведь вы сами говорили о полчищах. Так вот эти отвратительные твари съели все, что я для них насыпал, и потом по вентиляционным ходам проникли в вашу лабораторию. Они ищут коробочку со средством, их там целые полчища. Так что извините.