Самайн у ведьмы пограничья - Уоллис Кинни

– Не смей даже рассматривать такую возможность! – возражает Мэтью.

Я поворачиваюсь к нему и приподнимаю бровь. Он закрывает рот, но продолжает мрачно хмуриться.

– Судя по его поведению в историях, катастрофой, – выдыхает Джинни. – Он, вероятно, использовал бы твою энергию и жизненную силу, чтобы ходить по земле живых в течение шести месяцев каждый год. Заключал бы дьявольские сделки и сеял хаос в жизни смертных. И давайте не будем забывать, что ни одна ведьма из списка Маргарет не дожила до сорока лет.

– Я могу что-нибудь сделать? Чтобы защитить себя?

– Он порождение тьмы. То есть его вотчина – тени. Пока светит солнце, он не сможет добраться до тебя.

– А когда оно зайдет? – настаиваю я.

Лицо Джинни становится мрачным.

– Возведи защитные барьеры в своем доме. Развесь зачарованные саше. Призови предков. Делай все что угодно, лишь бы оставался шанс уцелеть.

Она слегка улыбается, но улыбка не доходит до ее глаз.

Я медленно оседаю в кожаном кресле.

– Я должна написать Миранде, сказать ей и Селесте, чтобы они не приходили на Самайн. Никто из ковена не должен приходить, – шепчу я дрожащим голосом.

Мэтью встает со стула и разворачивается ко мне. Он опускается на колени рядом со мной и берет мои руки в свои. Джинни зачарованно наблюдает за нами.

– Посмотри на меня, – настаивает он. Я встречаюсь с ним взглядом. – С тобой или твоей семьей ничего не случится. Ничего.

Его глаза темные и серьезные. А голос такой уверенный.

– Ты что, не слушал, Мэтью? Я – легкая добыча. На самом деле все даже хуже, потому что моя магия всецело связана с тем самым существом, которое на меня охотится. И теперь, когда маминой защиты не стало, надежды нет.

– Неправда, – возражает он. – У тебя есть собственные силы. У тебя есть твои сестры. Твой ковен.

– Я не могу их в это втягивать.

– Ты уже втянула, – напоминает мне Джинни. Мы оба смотрим на нее, и она пожимает плечами. – Не поймите меня неправильно, я рада помочь. Не думаю, что от меня будет много проку в реальном противостоянии, но, если вам понадобится какая-либо информация, сделаю все, что в моих силах.

При этих словах сумка у меня на боку будто становится тяжелее.

– Тебе удалось отыскать что-нибудь про снятие чар? – спрашиваю я.

– Нет, я была слишком занята, – с сожалением говорит Джинни, глядя на книги, разбросанные по столу и полу кабинета.

Я вытаскиваю проклятый гримуар из мешка.

– Эта книга – не прикасайся к ней! – предупреждаю я, когда Джинни протягивает к ней руку. Она отстраняется. – Так вот, книга пропитана проклятием, созданным из магии крови. Оно не позволяет увидеть в ней ни слова. Вдруг ты, как книжная ведьма, все равно сможешь ее прочитать?

Это моя последняя крупица надежды. Джинни задумывается.

– Может быть. Открой и дай мне посмотреть.

Она наклоняется вперед, а я осторожно переворачиваю страницы до середины. Те, как всегда, пусты. Джинни долго смотрит на них.

– Что-то… есть, – шепчет она.

Мое сердце подпрыгивает.

– Правда? Ты можешь прочитать? Что там написано? – забрасываю я ее вопросами. Она выпрямляется и качает головой.

– Разобрать не могу. Но я чувствую слова. Книга хочет, чтобы ее прочитали. Она определенно не пустая. – Джинни морщит нос. – Почему бы тебе просто не попросить бабушку снять проклятие? – говорит она через мгновение.

– Мы уже просили, – тихо признается Мэтью, все еще стоя рядом со мной. Джинни ухмыляется.

– И она отказалась? Интересно, – замечает она, барабаня пальцами по одной из лежащих рядом с ней книг. – Что ж, у меня не было времени что-либо искать. Но бабушка всегда говорит: если у тебя нет под рукой метаведьмы, смыть магию крови или тени можно водой из реки Стикс.

У меня сводит желудок. Вода реки Стикс – один из самых мощных ингредиентов, которые только могут быть в арсенале у ведьмы. Название, конечно, эвфемизм: на самом деле это вода из участка реки, где кто-то недавно утонул, но встречается она невероятно редко. Кажется, каждый раз, когда я подхожу к тому, чтобы открыть мамину книгу, на моем пути встает очередное препятствие.

– Жаль, что Маргарет уже нет в живых. У любой стоящей морской ведьмы была бы такая вода…

Я замолкаю: меня вдруг осеняет.

– Кейт? – окликает Мэтью, уставившись на меня. – Твоя сестра Миранда? У нее есть вода?

Я качаю головой и смеюсь.

– Даже если и так, не имеет значения. У меня уже она есть.

Глава 16. Гримуар

– Поверить не могу, что все это время она была у меня под носом, – говорю я вслух, поднося флакон к лампе возле своего стола. Частички почвы плавают в мутной смеси. Флакон, который Маргарет оставила мне в мангровом ящике вместе с нетронутыми банками бальзама. Вода реки Стикс.

– Потрясающе, – выдыхает Мэтью, также разглядывая флакон в моих руках.

Переждав оставшиеся полчаса в библиотеке и получив очень короткое «до свидания» от Лори, мы с Мэтью вернулись в мой коттедж под проливным дождем.

– Маргарет использовала свои последние минуты в этом мире, чтобы велеть мне найти книгу моей матери, а заодно оставила ключ, способный ее открыть. – Я в изумлении смотрю на него. – Но откуда она могла знать, что я отыщу гримуар?

Он смотрит на меня с мягкой улыбкой.

– Вещи, которые нужно найти, имеют тенденцию проявляться. Особенно когда рядом ведьмы.

Я улыбаюсь ему в ответ, но мой желудок словно заледенел.

– Ты готова? – спрашивает Мэтью. Я киваю и иду к камину, прижимая к груди воду из реки Стикс, как талисман. Сажусь у очага, расправляя свою длинную юбку. Мерлин сворачивается калачиком в складках ткани. Мэтью устраивается рядом со мной. Я вытаскиваю проклятую книгу из вязаного мешка.

Жар пламени мало согревает меня. Холод, который я чувствую, – внутренний. Это страх.

Я откупориваю флакон и выжидающе смотрю на Мэтью.

– Что? – обеспокоенно спрашивает он.

– Протяни руку. Пришло время выполнить свое обещание, – говорю я. Мэтью мгновение непонимающе смотрит на меня, а затем его осеняет.

– Обязательно? Полезная оказалась штука.

– Дай сюда, – настаиваю я.

Его рука автоматически поднимается, и эта чернильно-черная тень начинает сочиться из кожи, обвиваясь вокруг запястья. Вблизи я вижу проклятие во всем его истинном ужасе, каковым оно и является, – кровь и некротическую магию, слитые воедино. Его осколки бьются о кожу, а маленькие усики пытаются добраться до меня, прежде чем их подавляет магия теней.

Я беру руку Мэтью в свою. Он крепко сжимает губы, концентрируясь на том, чтобы держать проклятие под контролем, подавляя любое своенравное щупальце, которое тянется ко мне. Большим пальцем я откупориваю флакон. Пробка слетает с громким хлопком. Теперь во флакон поступает кислород, и вода внутри начинает пузыриться. Я провожу им по запястью Мэтью, где находится большая часть извивающегося проклятия.

– Осторожно, – предупреждает он.

– Вода реки Стикс не может рассеять магию внутри ведьмы или колдуна. Это тебе не повредит, – нетерпеливо отвечаю я.

– Я знаю, – настаивает он. – Просто не выплесни слишком много. А то может не хватить на книгу матери.

Я прикусываю щеку, чтобы не закатить глаза, и сосредоточиваюсь на текущей задаче. Наклоняю его запястье под самым незаметным и идеальным углом, чтобы одна-единственная капля мутно-коричневой воды отделилась от флакона и упала на черную спираль. Я почти ожидаю какого-нибудь пронзительного визга или вопля, но магия просто растворяется в легком тумане. Мы оба несколько мгновений смотрим на пустую руку Мэтью, и наконец я ее отпускаю.

– Что ж, – говорю я, – по крайней мере, теперь мы знаем, что эта штука действительно работает.

И закрываю пробку на флаконе с приятным щелчком.

Кладу проклятую книгу на пол. Свет от очага отбрасывает танцующие тени на ее переплет. Мерлин встает со своего места на моей юбке, медленно забирается ко мне на колени и сворачивается в тугой пушистый комочек. Мэтью терпеливо ждет, но я не могу заставить себя снова открыть флакон.

– С тобой все в порядке? – спрашивает он.

Я киваю.

– Уинифред сказала, что, когда она видела текст в последний раз, там был сплошной кошмар. Что моя