Гений Медицины. Том 3 - Игорь Алмазов

И снова Боткин, Боткин, Боткин! Он то сделал, он сё сделал. Как же раздражает!

— Понятно, — выдавил из себя Роман. — Значит, вам там не скучно.

— Без тебя очень скучно, — поспешила сказать женщина. — Каждый день мечтаю, как ты вернёшься в клинику, и мы с тобой, наконец, заживём как нормальная пара.

Ночной кошмар Соколова.

— Я тоже об этом мечтаю, — заверил он. — Но ты же знаешь, вернуться не так просто. Тем более когда там такой идеальный Боткин.

И новых идей, как назло, нет. Хотя…

Кое-что Соколов ещё не пробовал! И почему сразу об этом не подумал!

— Спасибо за прекрасный вечер, мне пора, — торопливо вставая из-за столика, произнёс Роман.

— Куда? — растерянно спросила медсестра. — Мы же только пришли…

— Милая, в клинику, — Соколов лихорадочно придумал правдоподобное оправдание. — СМС-сообщение только что пришло, надо на дежурство выйти. Сменщик заболел.

Вроде неплохо, в телефон он действительно смотрел. Да и эта дура легко поверит всему, что Роман скажет.

— Жалко, — вздохнула она. — Буду ждать новой встречи!

Ага, пусть ждёт. Роман поцеловал её и поспешил покинуть ресторан. В голове крутилась новая идея. Ну вот это точно должно сработать!

* * *

Утро субботы в ординаторской началось как обычно. Сонный Шуклин, задумчивая Лена, весёлый Никита.

— Народ, чего грустим! — бодро воскликнул он спустя несколько минут тишины. — Сегодня после работы официальная тусовка в честь победы нашего Константина на квизе!

— После которой официальное дежурство, — мрачно буркнул Шуклин. — Очень радостно.

— Отдохнёшь, и с новыми силами как раз отправишься на дежурство, — ничуть не смутился Никита. — Лена прекрасная, а ты чего грустишь?

— Я ничего, — тут же покраснела девушка. — Задумалась просто.

— Чтобы вечером был праздник, надо утром хорошо поработать, птенцы, — назидательно сообщил Зубов, появляясь в ординаторской. — Поэтому крылья в руки, и марш по палатам. У всех остаются те же самые палаты, что и были.

Не слишком охотно все присутствующие выползли в коридор.

— Птицыну предъявлено обвинение в коррупции, — сообщил мне Зубов. — Сейчас он под следствием. В нашу клинику он точно не вернётся. А вас вызывает к себе главный врач.

— С чего бы это? — удивился я.

— Хочет поблагодарить, наверное, — предположил наставник. — Он мне не докладывал. Так что идите, но сильно постарайтесь не задерживаться.

Я и сам понимал, что второй день отсутствовать на рабочем месте — так себе идея. Всё-таки у меня есть и пациенты, и дела. Та же госпожа Фетисова с выявленным ВИЧом. Как раз сегодня во второй половине дня должны прийти анализы, и точно станет ясно насчёт её диагноза.

Но и игнорировать приглашение главного врача, разумеется, было нельзя. Так что я снова направился на десятый этаж.

Первым делом встретил там Катю Енину. Она явно меня поджидала, была в курсе, что меня вызвал к себе главный врач.

— Доброе утро, Константин Алексеевич, — улыбнулась девушка. — Вчера так и не успела сказать вам спасибо. Именно благодаря вам мой брат останется на своём рабочем месте, да и сам Птицын, наконец, перестанет меня терроризировать. Полиция не предъявила мне никаких обвинений. Хотя, признаюсь, сама я чувствую себя ужасно виноватой. Могла ведь что-то сделать…

— Многие в этой клинике могли, но никто не сделал, — возразил я. — Так что не вините себя. Вы и так сделали очень много.

— Спасибо за поддержку, — широко улыбнулась Енина. — Теперь жду, как решит мою судьбу руководство клиники. Уволят, направят в какое-нибудь отделение или оставят здесь.

— А нового заместителя главного врача уже назначили? — поинтересовался я.

— Пока нет, — покачала она головой. — Но, думаю, кандидатура скоро найдётся.

— Не думаю, что вас уволят, — поддержал я девушку. — Вы просто следовали распоряжениям начальства. За исполнительность не увольняют. Так что не переживайте.

— Спасибо, — ещё шире улыбнулась девушка, и кивнула.

После разговора я направился к кабинету главного врача. Огромные двустворчатые двери больше подходили для входа в бальный зал, чем для входа в кабинет в клинике. В приёмной сидела секретарша, которая сообщила по селектору о моём прибытии, и получила разрешение меня пропустить.

Я решительно открыл двери и зашёл внутрь огромного кабинета. Первое, что бросилось в глаза, наличие огромного аквариума, на полстены. Там плавали яркие рыбки, разных видов, а также диковинные водоросли.

Возле другой стены стоял длинный кожаный диван, и минибар в виде глобуса. Вдалеке у окна стоял дубовый стол, за которым сидел мужчина лет сорока. Волосы у него были чёрные, без намёка на седину, и довольно длинные, собранные сзади в хвост.

На столе стояла табличка, золотыми буквами написано: Голубев Николай Андреевич. Главный врач.

Просто и понятно.

— Здравствуйте, Константин Алексеевич, — первым поздоровался он. — Рад с вами познакомиться.

— Доброе утро, — кивнул я. — Взаимно.

Пока не особо представлял, для чего он меня вызвал. Прошёл к столу, и присел на один из стульев.

— В первую очередь, я хотел лично поблагодарить вас за содействие нашей клинике, — тщательно подбирая слова, произнёс Николай Андреевич. — Вы очень помогли нам…

— Уволив вашего заместителя, который шантажировал вас, и из-за этого творил что хотел, — закончил я за него.

Пока он мысль до конца скажет, полдня пройдёт! А у меня на сегодня ещё полно планов.

— Именно, — с облегчением кивнул тот. — Клинике не хватало такого смелого человека, который, наконец, разберётся с проблемой. Насколько мне известно, вы проходите у нас интернатуру?

— Да, — кивнул я. — В отделении терапии, у Зубова Михаила Анатольевича.

— Я буду содействовать тому, чтобы именно вы по окончанию интернатуры получили место в клинике, — заявил Николай Андреевич. — Зубов редко прислушивается к чужому мнению, но я постараюсь на него повлиять.

Думаю, Михаил Анатольевич и сам решил это, уже давно. Просто пока не говорил об этом вслух. Однако ещё и поддержка главного врача — это было приятно.

— Рад слышать, — кивнул я.

— Кроме этого я хотел бы… — Николай Андреевич резко запнулся и посмотрел на меня с выражением дикого ужаса в глазах.

А в следующую секунду он уже свалился с кресла. Лицо и губы посинели, началась сильная одышка и судороги во всём