Гений Медицины. Том 3 - Игорь Алмазов

злился на Константина. — А в-третьих, есть у меня на него и личная обида. Мы учились в одной академии, и он однажды… меня задел.

Решил обойтись без подробностей. Наверное Боткин сделал с ним что-то унизительное, хотя это сложно представить. Антон старше лет на пять, значит был уже на пятом курсе, когда Боткин был на первом.

Кстати сам Шуклин учился в той же академии. Но сейчас он решил об этом не упоминать, на всякий случай. Кто знает, может он и сам этого обидчивого Антона чем-то успел задеть.

— Значит, у тебя тоже веские поводы выгнать Боткина, — кивнул Павел. — Понятно. Ну так какой дальше план?

Ему мало что было понятно, но делать-то что-то надо.

— Подключим ещё одно лицо, — заявил Антон. — Мы уже пытались кое-что с ней сделать, но не вышло. А теперь план просто стопроцентный, и нам нужна моя сестра Ирина.

* * *

С работой удалось расправиться быстрее, чем я думал. В прикреплённой ко мне палате появился новый пациент, но с его диагнозом я разобрался быстро.

Хотя отсутствие лекарской магии всё ещё мешало. Но осталось буквально несколько часов до конца испытания.

— Ну что, я всё организовал, всё сделал, закупил, — радостно сообщил мне поймавший меня в коридоре Никита. — Зубов дал добро, через час тогда встречаемся в ординаторской!

Точно, сегодня же праздник в честь моей победы на квизе. Кажется, Никита ждёт его больше всех. Я так вообще забыл про него, слишком много других событий навалилось.

— Отлично, — кивнул я. — Всех предупредил?

— Кроме Шуклина, не могу его найти, — весело отчитался Никита. — Но это не проблема, я ещё не проверил ту коморку, где сам спал. Ладно, до встречи!

Он убежал искать Шуклина и готовить праздник. Выделенный мне конверт с деньгами я сразу передал Зубову, а тот Никите. Последний сильнее всех ждал этой тусовки, и бегал по отделению с какой-то просто нескончаемой энергией.

— Ему только повод дай, — появившись рядом со мной, усмехнулся Зубов. Словно мои мысли прочитал. — Меня вызывала к себе Сарыгина.

— И что, будете давать меня в аренду? — пошутил я.

— Да меня толком и не спрашивали, скорее перед фактом поставили, — отозвался Зубов. — Главное, чтобы вы потянули. Снимать с вас работу в терапии я не буду.

— Потяну, — заверил я наставника. — Мне и самому интересно поработать ещё и в этой области.

— Тогда не вижу проблем, — кивнул Михаил Анатольевич.

Мы разошлись, я отправился к Жиркову, договориться об осмотре Фетисовой, Зубов пошёл по другим своим делам.

* * *

Барон Филимонов всю жизнь занимался антиквариатом. Он владел целой сетью лавок, где продавал старинные предметы. А также артефакты, о чём, разумеется, знали только приближённые лица. Ведь официально торговля артефактами была запрещена.

Друзей у него было не так много, людям он доверять склонен не был. Впрочем, один приятель всё-таки имелся, их связывали кое-какие общие дела.

Правда теперь этого приятеля опозорили на всю Российскую Империю, и общаться с ним не хотелось. Но тот всё-таки настоял на встрече в одном из их любимых ресторанов.

— Что ты хотел? — расположившись за заранее заказанным столиком, недовольно спросил Филимонов. — Учти, у меня не так много времени.

— Стоило мне попасть в такую неприятную ситуацию, так ты сразу же забыл нашу дружбу, — усмехнулся в ответ Жуков Михаил Игнатьевич. — Сразу нос от меня воротишь.

— Делов ты натворил, потому что, — невозмутимо объяснил Филимонов. — Читал я про твои подвиги. Удивлён, почему ты вообще прямо сейчас не за решёткой.

Барон Жуков довольно улыбнулся, но ответить ему помешал подошедший официант. Филимонов заказал себе магический коктейль и лёгкую закуску, Жуков решил обойтись только выпивкой.

— Пришлось отдать почти все сбережения, — ответил он, когда официант ушёл. — Чтобы купить свободу. Хотя толку-то, всё равно этот гад Гален разрушил всю репутацию.

Филимонов понятия не имел, о каком Галене тот говорил, да и не хотел знать.

— Чего от меня надо? — снова недовольно спросил он. — Ты сказал, дело очень срочное. Иначе я бы не рисковал своей репутацией, устраивая тут с тобой посиделки. Общество тебя теперь ненавидит.

Хотя многие аристократы вытворяли вещи и покруче, чем барон Жуков, если кто-то попадался — общество от него отворачивалось. Так было принято.

— У меня есть водяные часы знаменитого врача древности Галена, — заявил Жуков. — Спрятал их в банковской ячейке, так что их не изъяли. Интересно?

Разумеется, звучало это очень соблазнительно. Их можно было продать за очень приличные деньги, как редкий антиквариат. А можно было ещё наплести, что это редкий артефакт… В общем, возможностей море.

— И что ты за них хочешь? — спросил барон Филимонов.

— Да практически ничего, — отозвался Жуков. — Просто немного помощи. Остальное я сделаю сам.

* * *

Закончив со всеми делами, я направился в ординаторскую. Все уже были там и ждали только меня.

— Что ж, поприветствуйте победителя нашего квиза, и нашего самого умного врача в клинике согласно статистике этого года, Боткина Константина, — бодро выкрикнул Никита при моём появлении.

Остальные нестройно зааплодировали. За столом собрались интерны, Зубов, Никита, медсестра Света, и ещё две незнакомые медсестры. Узкий круг отделения терапии, не в полном составе.

— Также хочу сказать Константину спасибо за избавление нашей клиники от одного очень нехорошего человека, — добавил Михаил Анатольевич. — А также мне доложили что он сегодня спас жизнь другому хорошему человеку, нашему главному врачу!

— Есть новости как он? — поинтересовался я.

За день не было времени его навестить в реанимации. Да времени не хватает даже на соседку по лестничной клетке, Марию Семёновну.

— Состояние стабильное, — ответил Зубов. — Лежит в реанимации, жизни ничего не угрожает. Вы вовремя отреагировали, и ввели правильные препараты.

Была бы возможность воздействовать магией — я был бы спокойнее.

— Ну хватит о работе, давайте праздновать! — задорно выкрикнул Никита.

Судя по его состоянию, он сам уже успел отпраздновать парой-тройкой магических коктейлей.

Посиделки прошли, в общем, неплохо. Я, разумеется, не пил никаких коктейлей, обошёлся соком.

Через пару часов веселье само собой сошло на нет, Шуклин остался на своё дежурство, а остальные разошлись по домам.

У меня ещё оставалось время, и сначала я проводил Лену до дома.

—