Валентин Леженда - Песнь кецаля

Вид у Крюгера был плачевный. Поначалу его даже не желали пускать в отель, пока молодой человек не разразился градом гневных немецких ругательств.

— Герр Адам, да что ж это? — причитал Думкопф, в замешательстве бегая вокруг босса.

— Фриц, не мельтеши, — коротко бросил Крюгер, с удовольствием плюхаясь в огромное кресло. — Где мои сигареты?

Лицо отважного охотника за артефактами было перепачкано сажей, на скуле блестел свежий кровоподтек, правый рукав кожаного пиджака был начисто оторван, а джинсы перемазаны грязью.

— Ваши сигареты. — Здоровяк протянул боссу продолговатую пачку.

— Спасибо, Фриц. — Адам кивнул. — Садись, у нас будет серьезный разговор.

После четвертой затяжки на лице молодого человека проступило некое подобие удовлетворенной улыбки.

— Сначала расскажи мне, Фриц, как тебе удалось удрать от полиции?

Думкопф озадаченно почесал затылок.

— Ну, в общем, пара там одна возле сквера гуляла, мужчина и женщина, вроде как янки. Я майку свою снял и рисунок с черепом на голову натянул. Выскакиваю из кустов, а они как заорут.

— Я бы на их месте тоже заорал, — усмехнулся Крюгер.

— Ну а потом, когда появилась полицейская машина, я побежал обратно к площади Соколо.

— Да?!

— Вы же знаете, герр Адам, у меня очень хорошая зрительная память. Я хорошо запомнил дорогу.

— И что же было дальше?

— Дальше… э-э… в общем, я сразу понял, что с моей комплекцией от них не удрать, поэтому прямиком, особо не скрываясь, побежал прямо к тому стрип-бару.

— “Текила-Джаз”?

— Именно. Конечно, мне было противно туда возвращаться, но иного выхода я не видел. Копы, естественно, ломанулись в бар следом за мной и…

Фриц смущенно шмыгнул носом.

— Ну, договаривай, договаривай, — развеселился Крюгер.

— Короче, герр Адам, стрип-бара “Текила-Джаз” больше не существует.

— То есть?

— Да копы всех замели. Вызвали по рации подмогу, а я под шумок смылся через черный ход. Те патрульные, наверное, теперь повышение в должности за ликвидацию гей-притона получат.

— Ну, ты меня, дружище, и повеселил, — Адам закурил вторую сигарету, — быстро соображаешь, когда надо. Ладно, теперь обо мне…

Крюгер сделал паузу, мельком подумав, что сейчас было бы неплохо снять грязную одежду и принять ванну, но сил на это у него не оставалось. Кости ныли так, словно он всю ночь разгружал фуру с ворованными холодильниками. Почему с холодильниками? Адам и сам не знал. Образ на мгновение возник в его уставшем мозгу и сразу растаял. Психика с трудом справлялась со всеми внезапно свалившимися на него неприятностями.

— Герр Адам, что же с вами в конце концов произошло? — встревоженно переспросил Фриц, нарушив затянувшуюся паузу. — Кто напал на вас? С кем вы дрались?

— С нашими старыми знакомыми, — хрипло ответил охотник за артефактами.

— С кем?

— Помнишь ту тройку напавших на нас в Лондоне незнакомцев?

—Угу.

— Они снова решили померяться со мной силами.

— Но ведь они… — Думкопф слегка побледнел.

— Нет, нет, отнюдь. Они не умерли. Они живее всех живых, и мой внешний вид прекрасное тому доказательство. — Адам осторожно дотронулся до саднящей скулы.

— Но кто они, что им от нас надо?

— А вот это и я хотел бы знать. Хотя, пожалуй, я догадываюсь, что именно им от нас нужно. Помолчали. Крюгер потянулся к пачке за третьей сигаретой,

— Понимаешь, Фриц, мы с тобой влипли в пренеприят-нейшую историю, поэтому я считаю своим долгом предложить тебе выбыть из игры, пока не поздно. Возвращайся в Ганновер, а я уж как-нибудь сам здесь разберусь.

— Герр Адам, да вы что? — вспылил Думкопф, ударив себя в грудь кулаком. — Да чтобы я…

— Я знал, что ты это ответишь, — быстро кивнул Крюгер, — но был обязан предложить тебе такой вариант. Итак, что мы имеем…

С этими словами Адам достал из кармана пиджака маленькую коробочку с фотопленкой и белый прямоугольник ламинированной визитки.

— Те трое охотились за этим? — осторожно поинтересовался Фриц.

— Не думаю. — Крюгер положил свои трофеи на журнальный столик рядом с креслом. — Мне удалось от них отбиться, но они еще вернутся. Наверняка эти… м-м… джентльмены добиваются того, чтобы в ближайшее время я покинул Мексику. Если они действительно хотели меня убить, то сделали бы это без особых проблем, как только я вышел из аэропорта Мехико.

— Думаете, они пытаются нас запугать?

— Наверняка, — Адам устало затушил дымящийся окурок, — и знаешь, что еще… Пожалуй, это были не люди.

— Как это не люди? — снова испугался Думкопф и почему-то затравленно оглянулся на дверь их номера.

— Их невозможно убить. — Крюгер растерянно улыбнулся. — Сегодня ночью двоим из них я свернул шеи, а третьему перебил позвоночник. Но они продолжали драться как ни в чем не бывало, словно у них вообще нет костей…

Только теперь Фриц заметил, что руки у его босса слегка дрожат, и от этого здоровяку стало совсем не по себе. Это напугало его еще больше, чем рассказ о бессмертных убийцах, неумолимо идущих по их следу.

— Но я не отступлю. — Встав с кресла, Адам с отвращением стянул рваный пиджак. — Я буду идти до конца, каким бы он в этой истории для меня ни оказался…

Спал Крюгер где-то до полудня.

Фриц, стараясь его не беспокоить, передвигался по гостиничному номеру преимущественно на цыпочках и даже отказался от послеобеденного прослушивания очередного альбома “Rammstein”.

Проснулся отважный охотник за артефактами свеженьким как огурчик. Осунувшееся было за ночь лицо снова порозовело, в глаза вернулся озорной блеск. На губах вновь играла высокомерная ухмылка. Даже кровоподтек на скуле посветлел.

— Герр Адам, вам уже лучше? — с надеждой спросил Думкопф. — Хотите, я закажу вам в номер обед?

— Нет, не стоит, — ответил Крюгер, сладко потягиваясь на роскошной кровати. — У нас есть дела поважнее.

— Например?

— Например, спустись в холл гостиницы и узнай, где можно проявить фотопленку, хотя мне кажется, что она не годная.

Схватив черный барабанчик, Фриц браво вышел из номера, рассчитывая проявить пленку в ближайшие полчаса, дабы еще больше поднять настроение своему боссу.

Выпив из графина на столе прохладной воды, Адам принялся за изучение найденной им в доме да Сильвы визитки.

Визитка была довольно обычной.

Принадлежала она некоему Мигелю Васкесу, как значилось на глянцевом прямоугольнике, коллекционеру древностей. Далее шел телефон и адрес этого, без сомнения, состоятельного сеньора.

— Мигель Васкес, — вслух произнес Крюгер. — Чего же ты хотел от да Сильвы? Может быть, золотое сердце Уицилопочтли?