Кристофер Клин и ловушка иллюзий - Александрия Рихтер

хотя перед уходом тот успел отозвать его в сторону и сказать:

– Завтра утром Совет ждет вас, мастер Клин. Только вас. Дадим леди Марте небольшую передышку. И лучше бы у вас было, что нам рассказать… Что-нибудь стоящее, иначе я решу, что вы водите нас за нос.

* * *

– Кристофер! – Марта, вооруженная деревянным мечом, набросилась на него сзади, но он успел отразить удар.

Марта проехалась по траве и едва не упала на спину.

– Попробуй не кричать мое имя, когда нападаешь, – рассмеялся Кристофер. – Или ты так внимание к себе привлекаешь?

– А расскажи мне секрет, – лукаво улыбнулась Марта. – Какое имя ты дал мечу?

Кристофер исподлобья посмотрел на нее.

– Ну, я же не совсем глупый, – буркнул он, складывая руки на груди. – За кого ты меня принимаешь?

– Признайся, что ты едва не попался! – Марта смеялась, кружа вокруг него.

– Веселитесь? – господин Освальд подошел так внезапно, что Марта вскрикнула от испуга.

– Так занятие же закончилось, – сказала она. – Что-то случилось?

– Есть новости о Саймоне, – проговорил господин Освальд. – И они вам не понравятся.

Глава 8

Искусство иллюзий

Кристофер бежал по коридору, желая как можно скорее увидеть советников и задать им вопрос, который не давал ему покоя со вчерашнего дня.

Он ворвался в портал, который находился за огромной копией штурвала в корабельном классе, и услышал удивленный голос советницы Эмилии.

– Мастер Клин, вы так рано? Мы ждали вас не раньше, чем через четверть часа.

На самом деле, Кристофер пришел точно в назначенное время. Просто это случилось впервые.

– Эмилия, чем вы опять недовольны. Такое хорошее утро… – с упреком сказал Мейтланд, глядя на взъерошенного Кристофера. – Смотрите, какая красота.

Под сводами зала, в котором на этот раз собрался Совет, звучал негромкий мелодичный перезвон. Кристофер осмотрелся. Высокие витражные окна уходили под самый потолок. Разноцветные стеклышки в свинцовых переплетах двигались, путешествуя из одногоокна в другое, то собираясь в различные картины, то рассыпаясь, словно кусочки мозаики. Кристофер загляделся на огромного красно-коричневого дракона, чей свивающийся в кольца гигантский хвост не поместился в одном окне. Из пасти дракона время от времени вырывалось пламя.

– Впечатляет, да? – спросил Мейтланд Кристофера, будто они вели дружескую беседу. – Удивительная работа!

Кристофер бросил на советника яростный взгляд.

– Смотрите-ка, мальчишка сейчас лопнет от злости, – заметила Зельда. – Подумай, прежде чем открывать рот. Как бы помои, которые готовы из него политься, не забрызгали тебя самого!

Кристофер сжал кулаки и заставил себя пропустить оскорбления мимо ушей.

«Не время совершать необдуманные поступки», – твердил ему разум. Кристофер молчал, пытаясь успокоиться, но все равно не выдержал и взорвался:

– Как вы могли объявить Саймона Винда преступником?! Что это значит?

Мейтланд сложил руки домиком и поднял бровь.

– Это значит, что весь мир, все люди от мала до велика, знают, что за поимку мастера Винда обещан увесистый мешочек золота.

Кристофер стиснул зубы.

– Вам-то что, мастер Клин? – вмешалась Эмилия. – Разве не вы дали против него показания после той трагичной Ведьминой ночи?

– Но…

– Что значит «но»? Вы думали, нарушить закон – это шутка? Развлечение, забава? Вас и леди Марту оправдали, но мастер Винд выбрал другую сторону – сторону тьмы.

Мейтланд поднял руку, останавливая Эмилию.

– Как много слов, дорогая советница, – проговорил он. – Хотя в чем-то я с вами согласен. Вам, мастер Клин, пора определиться, с кем вы. На чьей вы стороне. Ваше волнение за мастера Винда можно расценить как знак, что, возможно, и вы собираетесь последовать за Пиковым королем. Не желаете ли податься к нему в ученики?

Кристофер глубоко вздохнул. Возмущение переполняло его.

– Плевать я хотел на Саймона и на его выбор! – громко сказал он. – Хотите его искать, ищите! Но он не преступник! Он же действует не по своей воле, и вам это известно! Он подчиняется «Шепоту ветра» и вряд ли отдает себе отчет в своих поступках. Вам не кажется, что объявить его преступником на весь Лонгрен – это уже слишком?

– Оспариваешь решения Совета? – Зельда зашипела словно ядовитая змея. – Какое право ты имеешь так разговаривать с нами? Не много ли ты о себе возомнил?

– Зельда, мастер Клин расстроен, – терпеливо, как маленькому ребенку, объяснял Мейтланд. – Как вы забыли, напомню вам: мастер Винд был его лучшим другом.

– Не был, – покачал головой Кристофер. – Соперником – да, но не другом.

– Соперники, друзья… – Мейтланд махнул рукой. – Все это стороны одной монеты, мастер Клин. Думаю, вы будете рады узнать, что я был против такого решения. Но вынужден был уступить – два голоса против одного.

– Зачем ты что-то ему объясняешь? – взвилась Зельда. – Поделись еще с ним нашими планами! Говорила, не стоит тебе становиться наставником. Сразу пытаешься для всех стать хорошим…

– Замолчи, Зельда! – рявкнул Мейтланд. – Или я вышвырну тебя из Совета, как уже давно обещал.

– Только тронь меня и ночью не проснешься, – она щелкнула зубами, и Кристоферу стало не по себе.

– Ну, как бы то ни было, Саймон Винд опасен, – спокойно проговорила Эмилия. – И нужно отыскать его как можно быстрее. Мы должны быть уверены, что он не успеет кому-то навредить.

– Саймон не станет! – воскликнул Кристофер. – Да, он ушел, сделал неверный выбор, но он… он не злодей! Ему хочется получить больше сил, стать могущественным магом, но причинить кому-то вред он может… только на словах.

Внезапно их окатил фонтан брызг из разноцветного стекла. Дракон на витражах разбушевался не на шутку: он бил хвостом, изрыгал пламя, поднимался на задние лапы.

– Мерзкая ящерица! – выругалась Зельда, стряхивая с белого балахона кусочки стекла. – Чтоб вы все передохли!

– Возвращаясь к нашему разговору… – заговорила Эмилия. – Действительно, мастер Винд никому не причинил вреда, – ее голос звучал так, будто она точно знала, о чем говорит. – Но это не значит, что так будет всегда. Пиковый король уже отравил его ядом своих речей. Что помешает мастеру Винду творить зло, чтобы угодить ему?

«Что помешает? Его доброе сердце», – подумал Кристофер, но вслух ничего не сказал. Он хотел верить, что в Саймоне осталась частичка хорошего, но, возможно, он не видит очевидного или… не хочет видеть?

– И все равно я не считаю, что Саймон способен причинить кому-то зло, – упрямо повторил он. – Зря вы это сделали…

– Разберемся без сопливых оруженосцев! – захохотала Зельда. – Особенно без таких, которые на словах благородны, а на деле – как все. Да, мастер Клин?

Кристофер покраснел, до крови прикусив губу. Почувствовав во рту металлический привкус, он поморщился.

– Наш милый маленький шпион, – промурлыкала Зельда. – Расскажи, что тебе удалось узнать? Какие секреты хранят Освальд