Юрий Бурносов - Армагеддон-2. Зона 51

– Да я понимаю, – сказал Гумилев. – Просто подумал, что каждый день на счету.

Он встал из кресла и прогулялся по проходу. Бойцы предложили угоститься, Гумилев вежливо отказался и подошел к Вессенбергу, который читал книгу.

– А что граф Суворов ничего не ест? – шутливо поинтересовался Гумилев.

– Что? Почему Суворов? – эстонец оторвался от книги.

– Была такая старая телевизионная реклама, вы, наверное, не видели. Суворов там отвечал, что до первой звезды, дескать, нельзя.

– Почему нельзя кушать до первой звезды? – удивился Вессенберг.

– Пост был, – объяснил Гумилев. – Но в самом деле, почему не едите?

– Спасибо, я кушал в столовой незадолго до вылета. Еще не время. Ешь вполсыта, пей вполпьяна – проживешь век дополна.

– Какой вы… продуманный, Индро Юльевич, – добродушно улыбнулся Гумилев. – Что читаете, если не секрет?

Вессенберг вместо ответа закрыл книгу и показал обложку.

– «Великое путешествие кроликов»?!

– Я не читал. Хотел понять смысл вашей шутки тогда, на встрече. Теперь понимаю. Очень хорошая книга, я вам благодарен за рекомендацию.

– Не стоит, – сказал Гумилев и вернулся на свое место.

– Странный человек, – заметил он, садясь.

– Какая наука, такой и человек. Представьте себе, что вы постоянно имеете дело с формами жизни неземного происхождения. Станешь тут странным.

– Вессенберг постоянно имеет дело с формами жизни неземного происхождения?! – Гумилев поднял брови. – Я полагал, что он чистый теоретик.

– Не совсем, – уклончиво сказал Решетников. – У нас есть кое-что… еще со времен Сталина… Разумеется, это очень высокий уровень секретности, да и есть некоторые нюансы… в общем, нечего там особенно исследовать. Это еще одна из причин, почему нам нужна Зона 51. Уж не знаю, почему, но в этом смысле американцам повезло больше.

– Понял, – сказал Гумилев.

Аэропорт Твин Фоллз был предназначен для местных рейсов на небольших «Эмбраерах» и физически не мог принять такую машину, как «Руслан». Сесть громадный самолет еще мог, но для взлета единственная посадочная полоса была слишком короткой. Однако стараниями все того же Джонсона полосу в кратчайшие сроки укрепили и удлинили еще тогда, когда окончательное решение о принятии миссии еще не было принято. Хитрый губернатор выбил на это деньги из правительства Альянса, здраво рассудив, что русские, может, и не прилетят, но хорошая взлетно-посадочная полоса на дороге не валяется.

К сожалению, губернатор не смог лично встретить миссию; его чиновники пообещали, что Джонсон наведается непосредственно в Твин Фоллз, где их уже ждет гостиница «Америтель Инн». Там же миссию ООН ожидали прикрепленные к ней агенты Пол Ковальски и Шон «Буч» Маккормик, прибывшие из Вашингтона.

Глава седьмая

Голгофа

Фургончик остановился, дико заскрипев изношенными тормозами, в полуметре от Шибанова, который уже собрался было отскочить. Ростислав опустил винтовку и подошел к открывшейся дверце, из которой вылезал вислоусый старичок в огромной стетсоновской шляпе.

– Ты еще кто такой? – сварливо спросил дед и прищурился. Лицо его было сложным переплетением морщин, из которых торчал бугристый нос. – У тебя глаза разного цвета. Это подозрительно.

– Я не сделаю вам ничего плохого, – поторопился объясниться Ростислав. – Мы и не ожидали, что встретим автомобиль…

– Автомобили сейчас тут редко ездят, это ты верно сказал, парень. Но это ни хрена и не автомобиль. На таком автомобиле только чертям в аду в сортир ездить. Потому у меня его никто и не отнимает. Я тоже никому не нужен, потому и живой. Воевать староват, отобрать у меня нечего…

– А бензин? – деловито спросила Мидори, которая вместе с Атикой тоже подошла к фургончику и стояла рядом, с винтовкой наперевес.

– А у меня нету бензина, – хитро улыбаясь, сказал старичок. – Это электромобиль, заряжается от солнца. Я всем показываю пустой бак, он специально приделан, и говорю, что остались капли. А кому нужен такой жуткий рыдван без бензина?

Старик гордо подбоченился.

– Панели батарей стоят на крыше. Я, знаете ли, изобретал на досуге, пока эта страна не провалилась в тартарары. Имею несколько патентов. Правда, ими сейчас можно только подтереться, если они еще уцелели в моем домике в Элко.

– А старичок-то по части ругательств даст фору Джею, – шепнула Ростиславу Атика.

– Я все слышу, – сказал старичок. – Вылезайте уж все из кустов, чего прятаться, раз тут еще какой-то Джей имеется.

– Джей, к сожалению, не здесь… – Шибанов протянул руку. – Меня зовут Расти. Это Атика, моя жена. Это – Мидори.

– Оливия! Оливия, вылезай! – вместо того, чтобы представиться, громко закричал дед. Боковая дверца фургона с грохотом отъехала в сторону, и с подножки с достоинством спустилась маленькая старушка в такой же стетсоновской шляпе, правда, украшенной искусственной выцветшей розой. В руках она держала дробовик стволом вниз.

– Это Оливия, моя супруга. А я – Ромео Грэнджерфорд.

Только теперь старик пожал руку Шибанову.

– Что это за молодые люди? – поинтересовалась старушка. Она была такая же древняя и морщинистая, как и ее муж, в мешковатом джинсовом комбинезоне и домашних тапочках на босу ногу.

– Господь их ведает, Оливия, – сказал Ромео. – Остановили нас.

– С утра останавливают уже третий раз, – недовольным тоном произнесла Оливия. – Хорошо хоть не стреляют.

– Третий раз? – переспросил Ростислав. – А кто останавливал и где?

– Известно кто, солдаты, – махнул рукой старичок. – Вернее, эти олухи, которые считают себя солдатами. Видите ли, у них посты. Когда я служил в Корее, в восьмой армии генерала Риджуэя, это да, мы были солдаты! А здесь какой-то сброд с оружием.

Насколько Шибанов помнил, корейская война была в начале пятидесятых годов двадцатого века. Получалось, что деду Ромео уже за восемьдесят. Собственно, так он и выглядел.

– Так что вам надо? – спросил дед.

– Воды. А вообще, наверное, на юг, – сказал Шибанов. – В Неваду.

Ростислав и девушки пробирались по пустынной местности уже несколько часов и Шибанов сам себе удивился, что у него еще хватило выдержки на светскую беседу со старичком, когда всем, включая кота, пить хотелось невыносимо.

Оливия засуетилась и вытащила из фургона пластиковую бутыль с мутноватой водой и мисочку, в которую плеснула немного коту. Такого наслаждения от глотка воды, пусть даже грязноватой, пресной и теплой, Ростислав не испытывал, казалось, никогда в жизни. Девушки, напившись, горячо благодарили старичков.

– А вы куда направляетесь? – наконец смог продолжить беседу Шибанов.

– Мы едем в Неваду, но не уверен, что хотим вас подвезти, – нахмурился дед. – Сами понимаете, что вдвоем с Оливией нас никто не трогает, а если увидят вас, да еще с оружием…