Юрий Бурносов - Армагеддон-2. Зона 51

– Ромео, мы непременно обязаны подвезти этих молодых людей! – безапелляционно заявила Оливия и принялась чесать за ухом кота, который высунул морду из-под куртки Мидори, где спал. – Не будут же они идти пешком по этой ужасной дороге.

– Вот всегда так, – буркнул Ромео так, чтобы его слышал только Шибанов. – Если бы я сказал, что вас нужно взять, она бы стала пилить меня, что я собираю по дороге всякое отребье… Старая грымза постоянно говорит мне назло.

По довольному виду старичка Ростислав понял, что именно по этой причине он и отказывался посадить их в фургончик.

Внутри фургончика оказалось уютно. Шибанов поместился впереди, рядом с Ромео, а девушки – сзади, в украшенном вышитыми салфетками салоне, вместе с Оливией. Та сразу принялась радушно угощать их обедом, сетуя, что остался только вчерашний жареный койот. Койота по достоинству оценили все, включая Крысиного Короля. Ему положили изрядную порцию, и вообще придали статус почетного гостя. Оливия непрестанно умилялась, говорила, что самое хорошее, что с ними случилось за последние полгода – это вот этот милый котик. Крыс не возражал, сыто облизываясь. В благодарность за угощение он позволил себе немного полежать на коленях Оливии, но вскоре перебрался к Атике и тут же уснул.

– Вы едете в Неваду в какое-то конкретное место? – спросил Ростислав, обгладывая тонкое ребрышко и выкидывая его в открытое окно.

– Знаешь, Расти, я объехал уже все эти чертовы штаты. Могу сказать одно – везде хреново, – старичок со скрежетом переключил рычаг коробки передач. – Нахлебники вроде нас с Оливией никому не нужны. Приходится охотиться или чинить что-то нужное за еду… В Неваде мы не были с год, вот и решили посмотреть, что там. Говорят, в Вегасе до сих пор полно больных.

Ростислав подумал, что давно уже не слышал выражения «больные» применительно к инфицированным. Чокнутые, психи, дебилы… Хотя они в первую очередь действительно больные. И, если бы не иммунитет, он был бы с ними.

– Зачем же туда ехать?

– А заодно и проверим, – задорно сказал старичок. – Там хотя бы нет войны, насколько я знаю. Такой, как у нас между этим хреновым Макриди и этим хреновым Солт-Лейк-Сити. В сам Вегас мы, понятное дело, соваться не станем, в больших городах делать нечего. А вот в маленьких можем и пригодиться.

– Жили мы как-то в маленьком городе… Уотерхоул, может, слыхали?

– Не слыхал, – признался Ромео. – Мало ли их возникало и исчезало. А ты-то кем был, пока не началась эта кутерьма?

– Хоккеистом.

Шибанова давно уже никто не спрашивал, чем он занимался раньше, в мирное и тихое время. Это перестало интересовать людей, всех куда сильнее занимало, что человек может сейчас. Хорошо ли он стреляет. Может ли отремонтировать двигатель автомобиля, заменив его части снятыми с другого, порой совсем иной марки. Умеет ли вкусно приготовить крысу, койота, ящерицу. Примеров было достаточно: то же Макриди, скорее всего, действительно торговал подержанными автомобилями, а трусливый Гофер был риэлтором.

На деда слова Шибанова не произвели впечатления.

– Небось неплохо платили, – только и сказал он, объезжая перевернутый ржавый пикап. – А девчонки?

– Моя жена фотографировалась для журналов.

– Голая, что ли? – заинтересовался Ромео, но остыл, когда узнал, что Атика фотографировалась одетой для рекламы. Никак не заинтересовало старичка и то, что Мидори была довольно известной киноактрисой.

– Я кино давно не смотрю, – заявил дед. – Раньше еще были некоторые толковые картины с Джоном Уэйном, Оди Мерфи… Рейган неплохо играл, потом зачем-то поперся в президенты, как будто ему там медом намазали. А дальше началась сплошная белиберда.

И заключил:

– Странно, что вы вообще живые до сих пор. Совершенно никчемные у вас профессии, парень.

Знал бы ты еще, кто был Джей-Ти, подумал Шибанов.

Джей-Ти лежал в запертом армейском фургоне. Свет еле-еле проникал туда сквозь узкие вентиляционные отверстия под самым потолком, но разглядывать в фургоне все равно было нечего. Подстилка в виде тонкого матраса, армейское синее одеяло, подушка. По нужде Джея-Ти выводили в кусты под конвоем двух охранников – один стоял перед ним, второй за спиной. Впрочем, о стыдливости бывший рэпер давно позабыл, как и о нормальных туалетах с унитазом и биде.

В еде ему не отказывали. Жареное мясо, зеленый горошек, пюре из вареной репы с большим количеством подливки, апельсиновый джем, белые сухари, свежая вода, даже немного разбавленного виски. Виски Джей-Ти пить не стал, решив, что голова должна быть ясной.

Макриди готовил ему что-то ужасное, это было понятно по выданным капитану Смоллвуду указаниям и по тому, как грустно посматривали на узника охранники. Бояться Джей не боялся, но умирать не хотелось. Жаль, что ему так и не удалось встретиться с друзьями. Дай бог, чтобы хоть у них все сложилось хорошо.

Джей-Ти потянулся, поднялся с матраса и принялся бегать туда-сюда по фургону. Залязгал засов, дверь приоткрылась, в щель просунулась морда сержанта-охранника:

– Ты чего тут скачешь?

– Разминаюсь, – сказал Джей-Ти и начал приседать.

– Сумасшедший, – пожал плечами сержант и вновь закрыл дверь.

Сбежать возможности не представлялось – фургон ногтями не проковыряешь, при выводах в туалет строго охраняли, даже еду просовывали под дулом автомата. Наверное, Джея считали за особо опасного шпиона Солт-Лейк-Сити и обращаться с ним велели соответственно. Макриди если и был ублюдком, то очень осторожным и умным ублюдком.

Наприседавшись и наотжимавшись до тех пор, пока с него в три ручья не полил пот, Джей-Ти сел прямо на металлический пол в позу лотоса и стал ждать, что будет дальше. Он почти впал в некоторое подобие транса, когда принесли ужин. Принес его капитан Смоллвуд.

– Насколько я помню, приговоренным к смерти полагается сделать особый заказ, – сказал капитан, ставя поднос рядом с Джеем. Сквозь приоткрытую дверь за ними бдительно наблюдал сержант. – Я читал, что один человек заказал пять банок маринованных огурчиков, а другой – одну оливку с косточкой. У нас, к сожалению, уже не самая свободная страна в мире, поэтому я позволил себе сделать выбор самому. Надеюсь, ты останешься доволен.

Ужин и в самом деле был что надо. Жареный цыпленок с хрустящей корочкой, как любил Джей. Маринованные огурчики, только не пять банок, а пять штук на блюдечке. Салат из шинкованной капусты с морковью, жареная картошка, пакетик кетчупа, красное яблоко. И бутылочка ржаного виски.

– Отлично, – сказал Джей-Ти и, не меняя позы, взял цыпленка и отломил сочную ножку. Оторвав зубами кусок мяса, он принялся жевать его. Потом взял пластиковую ложку с прорезями, которую можно использовать, как вилку – он знал, что такие дают в тюрьме – и подцепил немного салата.