Дарина – разрушительница заклятий. Тайна кошачьего братства - Евгений Фронтикович Гаглоев
Федусей Горгон вернулся за свой стол и широко зевнул. В комнате стояла мертвая тишина, и учителю нравилось, что в кои-то веки воспитанники слушают его с таким вниманием. Но из-за этой тишины его вдруг начало клонить в сон.
– С течением времени Эсселиты научились повелевать различными энергиями и творить разные сверхъестественные штучки, – вяло продолжал Горгон. – Впоследствии эти их эксперименты начали называть магией. Сейчас Эсселиты – это большой клан. Сами они считают, что относятся к одному древнему роду, все являются членами одного огромного семейства, поэтому избрали себе фамилию Эсселит. Со времен древней космической катастрофы это семейство и впрямь сильно разрослось, теперь почти все его члены имеют те или иные магические способности. Им подвластно многое! Эсселиты могут призывать демонов, общаться через особые зеркала с представителями других миров. Эта удивительная сила передается у них исключительно по наследству, с кровью, от отцов к детям. Именно поэтому в нашем мире только Эсселиты могут владеть магией. Никому другому это недоступно…
Голос учителя звучал все тише и невнятнее. Похоже, микстура от кашля оказалась крепче, чем обычно.
– Значит, научиться магии просто по своему желанию нельзя? – расстроенно буркнул Пима.
– Нет, конечно! Если только ты не принадлежишь к роду Эсселитов, – еле ворочая языком, сказал Федусей. – Какой-нибудь троюродный племянник…
– А вдруг и правда принадлежу? – с надеждой сказал Пима. – Кто знает, кем на самом деле были мои папаша и мамаша?
Учитель Федусей громко рассмеялся и икнул.
– Вот умора! – воскликнул он. – Сам-то понял, что сказал?
– А что такого? – нахмурился Пигмалион.
– Да будет тебе известно, бестолочь, что Эсселиты не раскидывают своих детей где попало! Все их отпрыски живут, растут и учатся в том самом древнем монастыре в игурейских горах.
– Но вы же сказали, что он разрушен, – удивилась Дарина.
– Но это же святыня! Памятник самым первым Эсселитам. – Федусей помахал указательным пальцем. – Замок давным-давно отстроили заново, и там теперь находится школа для юных колдунов.
– А где тогда располагается сам орден? – поинтересовалась Дарина.
– Естественно, во дворце игурейского падишаха! – сообщил Федусей. – В тех же самых скалах, неподалеку от восстановленного храма. Сам падишах погиб много лет назад, во время одной из войн, которую сам же и устроил. Его дворец долгое время пустовал, но теперь старейшины ордена Эсселитов заняли эту цитадель. А нынешняя глава Эсселитов, миледи Лионелла, живет в столице, в резиденции нашего достопочтенного императора Всевелдора Первого…
Учитель Горгон хотел добавить еще что-то, но вдруг уронил голову на стол и громко захрапел. Воспитанники поняли, что урок истории сегодня закончился раньше положенного срока.
Глава восьмая, в которой мадам Бина теряет свой кошелек
Триш, охваченный самыми неприятными предчувствиями и нагруженный двумя здоровенными корзинами с клубникой, еле тащился к дому деревенского старосты Гвидона. Он уже представлял, какой расправе подвергнет его старик Апраксий за украденные огурцы и разбитую теплицу, и от этого становился все мрачнее.
Но как он ни сбавлял шаг, тропинка все же привела его к знакомому дому. Триш остановился у калитки и подергал за шнурок колокольчика. Во дворе раздалось громкое звяканье.
– Иду, иду! – тут же послышалось из дома.
Несколько минут спустя на пороге возникла мадам Бина Гвидон в огромном белом чепце, который делал ее на полметра выше настоящего роста.
– А вот и наша клубника! – воскликнула она, спускаясь с крыльца и распахивая перед Тришем калитку. – Заходи, мальчик, сейчас мы с тобой рассчитаемся!
Триш, холодея от дурных предчувствий, зашел во двор. Мадам Бина выхватила из корзины ягодку, попробовала и довольно кивнула, а затем отправилась обратно в дом.
– Жди меня здесь, ушастенький, я схожу за деньгами! – сказала она.
Триш настороженно осмотрелся по сторонам. Старосты Апраксия не было видно, и пареньку немного полегчало. Похоже, все его опасения оказались напрасными. Значит, мадам Бина не успела его толком разглядеть той ночью. Поставив обе корзины на садовую дорожку, Триш размял затекшие плечи и глубоко вздохнул.
Но тут из дома выплыла Кризельда Гвидон, и Триш понял, что неприятности только начинаются.
На Кризельде было пышное белое кружевное платье, делавшее ее еще крупнее, чем обычно. Из-под высокого кружевного чепца – такого же, как у маман, – торчали старательно завитые тонкие локоны соломенного цвета. Девица энергично помахивала большой глиняной кружкой, благоухавшей травяным отваром.
– Привет, ушастик! – хрипло прогрохотала она.
Триш недовольно поморщился. От звуков ее голоса у него волосы на загривке встали дыбом.
– А я уже заждалась! – сказала Кризельда.
– Ты это мне? – не на шутку перепугался Триш.
– А кому же? – Великанша расхохоталась так, что по всей округе громко закаркали перепуганные вороны.
– А мы что, знакомы? И вообще, кто ты?
– Твоя будущая жена, – последовал ответ, и Триш побледнел еще больше. – Это ведь я настояла, чтобы именно ты принес нам ягодки!
– Зачем? – пролепетал Триш.
– Затем, что я только о тебе и думаю с тех пор, как увидела тебя в нашем огороде! Красавчик-леший! Я уже вторую ночь вижу тебя во сне. Хочешь хлебнуть отвара из крапивы? – Кризельда протянула ему кружку. – Он способствует похудению и будит во мне дикую страсть! Глядишь и на тебя подействует.
Вот тут Триш струхнул не на шутку.
– Я худеть не собираюсь. Мне это противопоказано. А твоя мама скоро выйдет? – нервно осведомился он.
– Не скоро, и не надейся! – хищно осклабилась Кризельда Гвидон. – Я спрятала ее кошелек на самую верхнюю полку буфета, она теперь будет искать его, пока не найдет!
– Но зачем? – не понял Триш.
– Да чтобы побыть с тобой наедине, дубина ты пустоголовая!
Кризельда в два огромных глотка допила свой отвар, отшвырнула пустую кружку прочь и бросилась на Триша. Он хотел удрать, но не успел. Дочка старосты обхватила его своими мощными ручищами и подняла в воздух.
– Какой же ты легкий! – радостно захохотала она. – Я всегда мечтала о таком муже, которого можно швырять через весь дом, будто дротик, когда у меня плохое настроение! Все мои кузины лопнут от зависти!
Кузины? Наверное, они были под стать Кризельде. Не хотел бы Триш оказаться на их семейном сборище.
Дочка старосты продолжала трясти и тормошить Триша так, что у него голова болталась во все стороны. И только когда он совсем уже распростился с жизнью, из дома показалась мадам Бина.
Кризельда Гвидон сразу отпустила Триша и замерла с невинным видом, а он с грохотом брякнулся на садовую дорожку.
– Прощу прощения за задержку. Еле нашла кошелек, – озабоченно сказала мадам
