Ковен отверженных - Айви Эшер

отношениях и о том, как нам двигаться дальше, сгорают дотла, обращаясь в ничто.

Глава 9

Наш поцелуй замедляется, но ни он, ни я не торопимся прерывать эту романтическую сцену посреди леса, происходящую на глазах у всех остальных ребят. Когда мы наконец отстраняемся, взгляд Сабина мечется по моему лицу. Он находит то, что искал, и едва заметно кивает, после чего убирает пальцы с моей шеи и делает шаг назад.

Подобная демонстрация чувств друг перед другом по-прежнему в новинку для меня. Поэтому я не вполне понимаю, чего ожидать, когда Сабин выходит из моего непосредственного поля зрения и я вновь вижу остальных. Никто из них не выглядит так, будто случившееся стало для них чем-то из ряда вон выходящим. На меня направлены улыбки и несколько возбужденных взглядов, и я еще раз мысленно разрываю свое же правило «никакого группового секса» на мелкие кусочки и сжигаю. Я знатно повеселюсь, разбираясь, как это все организовать, но уверена, что мое извращенное сознание с этим справится.

– Так, эм… что там с поисками дома? – спрашиваю я, пытаясь сместись фокус своего внимания с фантазий о том, как мы все, голые, трахаемся под кронами деревьев слева от меня, на что-то другое. – Надеюсь, что вы уволили Люси Бартон.

– Да. Она клялась и божилась, что ни слова не сказала старейшинам о том, что мы ищем дом, но это сделал кто-то из ее работников. Сегодня утром мы наняли нового человека, и он уже отправил нам парочку вариантов, – говорит мне Райкер, передавая свой телефон.

Я начинаю изучать объявления о продаже домов, открывшиеся на экране.

– Твоя машина сейчас в сервисе. Сегодня с ней должны закончить. Я прослежу, чтобы ее подогнали к дому Эноха, – говорит мне Сабин с милой улыбочкой, за которой успешно скрывается горячий кастер.

– Я так надеялась, что мне не придется туда возвращаться, – хнычу я, разочарованно роняя подбородок на грудь.

Моим ужимкам вторят вздохи и смешки. Бастьен игриво щелкает меня по носу, и я поднимаю взгляд.

Его ореховые глаза искрятся нежностью, а сдвинутые брови придают серьезность красивому лицу.

– Поверь мне, мы все не хотим тебя отпускать. Но мы еще не купили дом, а возвращаться к Лахлану тебе нельзя, – напоминает Бастьен.

– Мы бы с радостью спрятали тебя у наших семей, но старейшины это предусмотрели. Старейшина Найпан и старейшина Альбрехт обошли все наши родные ковены и со всеми переговорили. Наши семьи в курсе того, что происходит, и не станут помогать или игнорировать наше неповиновение приказам старейшин, – говорит Нокс, указывая на Райкера и Сабина.

Твою мать. Что обо мне и обо всей этой идиотской ситуации подумали их семьи? Я так привыкла, что всем плевать, чем я занимаюсь, что совсем забыла: для ребят все иначе. Сильва был очень расслаблен и снисходителен по отношению к близнецам, но я знаю, что Сабин близок со своей семьей. Я вдруг осознаю, что никогда не спрашивала Райкера и Нокса об их семьях или о ситуации дома. Я жестко лажаю в этих отношениях.

– Я видела Айдина, – внезапно выпаливаю я.

– И чего этот засранец хотел? – возмущается Нокс.

– Извиниться. Снова. Сказал, что они с Эврином ушли из ковена. Это правда?

Они отводят от меня взгляд, и кое-кто потирает виски или затылок. Мне вновь становится дурно из-за того, что я вторглась в их счастливые жизни и разрушила их.

– Извините, – шепчу я.

– Не нужно, Винна: тебе не за что извиняться, – тоном, не терпящим возражений, говорит Вален.

– Ты не виновата. Лахлан, которого мы видели на протяжении последнего месяца, сильно отличается от того кастера, с которым мы росли. Конечно, мы знали, что исчезновение Вона сильно на нем сказалось. Я знаю, что в жизни бы не оправился, если бы потерял Валена, но в том, как он поступает с тобой, нет никакого смысла. Но, судя по всему, никому не удается это до него донести. Хер поймешь, что с ним не так.

Глаза Бастьена полны такой глубокой печали и растерянности, что я обвиваю его руками в надежде, что каким-то образом смогу прогнать эти чувства.

– Думаю, каждый раз, когда он смотрит на меня, он видит только то, что потерял, а не то, что мог бы приобрести. Возможно, из-за того, что я рядом, его раны открываются снова и снова. Не знаю.

Мне становится тошно, когда Бастьен говорит о том, как ужасно для него было бы потерять Валена. Даже представить не могу, насколько это было бы мучительно. Пытаюсь поставить себя на место Лахлана: что бы сделала я? Как бы я себя чувствовала и вела? Хочется верить, что я смогла бы довериться и не быть холодной, но я не могу быть в этом уверена. Стремная ситуация, и, к сожалению, с этим ничего не поделать.

Вален скользит ладонью по моей руке и сплетает наши пальцы.

– Дома сейчас довольно напряженная атмосфера. Когда все вернулись с собрания со старейшинами, случился жуткий скандал. Мы наговорили друг другу много неприятных вещей и теперь просто тихо стараемся друг друга избегать. Айдин и Эврин съехали. Сильва замкнулся в себе, а Лахлан и Киган с новой силой загорелись желанием выяснить, что случилось с Воном и остальными паладинами, – объясняет он.

– Лахлану теперь известно все то же, что известно и нам из того, что рассказал тебе Талон, и он ищет новые потенциальные зацепки. Мы держимся на расстоянии и от него, и от всего этого. Пока мы не найдем что-то более постоянное, обретаемся то у Сабина, то у Нокса и Райкера, – добавляет Бастьен. – Что-нибудь нравится?

Я снова опускаю взгляд на по-прежнему стиснутый в моей руке телефон Райкера с открытыми объявлениями.

– Вот эти два, кажется, неплохие. Тут хорошие гостиные и большие ванны.

Сабин начинает смеяться.

– А еще на что-нибудь ты смотрела?

Я пожимаю плечами.

– На что? У меня запросов меньше, чем у большинства из вас. В вопросах жилья я наименее придирчивая, ребята. Вот этот, с кирпичными стенами и плющом, миленький. Если честно, я просто хочу что-то, где будет безопасно и где мы сможем быть вместе. Я более чем готова уединиться.

Последнюю фразу бормочу себе под нос, но Нокс прыскает со смеху, давая понять, что я была громче, чем думала.

– Что-что, милая Винна? Ты чего-то хочешь, но не получаешь? – со смешком подтрунивает он, незаметно подкрадываясь ко мне. Проводит тыльной стороной костяшек по моей щеке, прикасаясь своей грудью к моей, и я вдруг осознаю каждую частичку моего тела, оказавшегося в столь восхитительной близости к нему.

Медленно облизываю губы, затем невинно распахиваю глаза