Дэвид Эддингс - Вор и Книга Демона

Лейта вздрогнула.

— Что за жуткая мысль.

— Ты же знаешь нашу Эмми, — сказал ей Гер.

Горожане, бежавшие при подходе войск Гелты, снова потянулись в город, и жизнь в Остосе практически вернулась в нормальное русло, когда к главным воротам прибыл вождь Твенгор в сопровождении герцога Бхердора. Альтал был несколько удивлен, увидев, что Твенгор по-прежнему избегал общения с крепким элем.

— А где Халор? — спросил густобородый вождь, после того как Альтал с ним рассчитался.

— Он уехал — по делу, — уклончиво ответил Альтал.

— Он часто бывает в разъездах.

— Ему нужно вести крупную войну.

— Именно об этом я и хотел с ним переговорить. Он много кричал о том, что собирается оставить в Кантоне какие-то постоянные войска, после того как мы хорошенько потреплем их армию. Раз уж я все равно иду домой в ту сторону, то подумал, что, может быть, нам с ним стоит потолковать.

— Вероятно, не помешает. Я смотрю, вы привезли с собой герцога Бхердора.

Твенгор кивнул.

— Он хороший парнишка, но настолько наивный, что городские торговцы сумели надуть его с налогами. Теперь же, когда Пома лежит в развалинах, ему придется все начинать с нуля. Я сказал ему, что все пойдет немного быстрее, если он на первых порах будет отдавать распоряжения из Остоса. Если ему потребуется отстроить Пому заново, ему понадобятся деньги, а значит, налоги. Бхердор хочет, чтобы народ Помы любил его, но если бы я оставил его там, торговцы налетели бы на него, как стая стервятников. Ему нужно время, чтобы научиться быть твердым, а здесь он может получить в этом наилучшую практику.

— А ты здорово изменился, вождь Твенгор.

— Ты имеешь в виду, теперь, когда я трезв?

— Да, и это тоже.

— Мне было ужасно жаль, когда я услышал о смерти этого рыжеволосого пастуха, — сказал Твенгор. — Те парни из Векти, что работали вместе со мной, были в большом горе. Кто-нибудь с этим все-таки разобрался?

— Брат Бхейд позаботился об этом.

— Я говорю не о похоронах, Альтал.

— Я тоже. Бхейд пронзил мечом того, кто убил Салкана!

— Священник? — с недоверием переспросил Твенгор. — Я думал, они не должны этого делать.

— Мне кажется, Бхейд решил, что это особенная ситуация.

— Мне никогда не понять этих жителей нижних земель, — сказал Твенгор.

Осенний холод уже оголил деревья, когда вражеские армии были выдворены с территории королевства Андины, а герцоги и вожди арумских кланов собрались в Остосе, чтобы обсудить дальнейшие действия.

— В конце концов все сводится к пополнению запасов продовольствия, — заметил герцог Нитрал, когда они собрались в одно неприветливое утро в зале для совещаний. — Когда на нас напали, выжигание пшеничных полей в центральной Треборее было оправданным, но сейчас, когда приходит зима, по-моему, мы все смотрим на это более здраво.

— Я могу ответить, — сказал герцог Олкар. — У меня есть немало знакомых среди торговцев зерном в Магу. Не сомневаюсь, что они несколько взвинтят цены, но в Перкуэйне полно пшеницы.

— Прежде всего нам нужно накормить крестьян, — заявила Андина. — Я не дам своим детям умереть с голоду.

— Твоим детям? — опешил Элиар.

— Она говорила с Эмми, Элиар, — предупредил своего Друга Гер, — а ты же знаешь, как Эмми относится к подобным вещам.

— Вы опустошите казну, моя эрайя, — предостерег лорд Дхакан.

— Тем хуже. Это крайний случай.

— Так молвила мать земли Треборейской, — нараспев произнесла Лейта. — Прислушайтесь к ней, дети, иначе она всех вас отправит спать без ужина.

— Не смешно, Лейта, — оборвала ее Андина.

— А мне понравилось, — заявил Гер, дерзко улыбаясь Андине.

— Сейчас в Перкуэйне все находится в некотором беспорядке, — предостерег герцог Нитрал Олкара. — Большинство захватчиков к западу от реки Остос сбежали в Перкуэйн, после того как Креутер и Дрейгон сняли осаду с Мавора, кроме того, там возникли какие-то странные религиозные распри.

— Они спорят о религии? — в изумлении спросил Твенгор. — Разве это не все равно что спорить о погоде?

— Иногда перкуэйнцы ведут себя странно, — пожимая плечами, сказал Нитрал. — Из-за того, что они сидят без дела, ожидая, когда вырастет пшеница, у них появляется слишком много времени для праздных раздумий.

— Торговцы зерном в Магу поклоняются только деньгам, — сказал Олкар. — Мы говорим с ними на одном языке, так что вполне можем поладить друг с другом.

— Мне кажется, все это приведет к тому, что мы окажемся на голодном пайке, — заметил сержант Халор. — Я знаю, что это против обычаев и против всего, чему нас учили, но, по-моему, нам лучше оседлать коней и сейчас же двинуться на Кантон.

— Воевать зимой? — с сомнением произнес Колейка Железная Челюсть. — Но это неподходящее время года.

— Это будет не совсем война, Колейка, — сказал ему Твенгор. — Все наемники, которые воевали на стороне Кантона, сбежали после того, как их побили Креутер и Дрейгон, а сам кантонский эрайо однажды утром на прошлой неделе умер при загадочных обстоятельствах. Нам остается лишь заехать в Кантон по дороге домой в Арум и предложить им сдаться. Мне кажется, они не будут с нами спорить, а вы как думаете?

— Твенгор дело говорит, джентльмены, — сказал вождь Альброн. — Давайте как можно скорее уйдем из Требореи. — Он слегка улыбнулся. — Не сомневаюсь, что мать земли Треборейской будет ужасно без нас скучать, но если мы начнем здесь шарить по ее погребам, она станет ворчать на нас.

Леди Астарель, которая сидела рядом с Альброном, толкнула его локтем в бок.

— Что? — спросил он ее, ласково улыбаясь.

— Спроси моего дядю, — коротко сказала она. — Сейчас.

— Сейчас не самый подходящий момент, дорогая.

— Давай, Альброн, пока не забыл.

— Может, это следует сделать в более домашней обстановке?

— Ты что, собираешься хранить это в тайне?

— Да нет, просто…

— Тогда давай, Альброн.

— Хорошо, дорогая. Альброн прокашлялся.

— Вождь Креутер, — официально обратился он.

— Да, вождь Альброн, — ответил Креутер. — Чем могу быть полезен?

На губах светлобородого плакандца играла едва заметная улыбка.

— Это серьезно, дядя, — одернула его Астарель.

— Прости, дорогая. Насколько я понимаю, вождь Альброн, у вас ко мне какая-то просьба?

— Я осмелюсь просить у вас, могущественный вождь, руки вашей племянницы Астарель, — объявил Альброн.

— Чудесная мысль! — воскликнул Креутер. — Мне бы и за сто лет такое не пришло в голову!

— Перестань, дядя! — вспыхнула Астарель.

— Я шучу, дитя мое, — широко улыбаясь, сказал ей Креутер. — А что ты думаешь по этому поводу? Знаешь, ведь все могло быть и хуже. Вождь Альброн не очень хорошо разбирается в лошадях, но, с другой стороны, он тоже не промах.