Сергей Калашников - Клан Мамонта

Сами же местные матроны тоже не торопятся производить на свет новое потомство - как только оказалось, что этого можно избежать - без особых возражений устроили себе "отпуск". Хотя, сколько-то раз "пролетали" - точно, голосят младенцы. Но, кажется, никто не умер.

- Лен! Ну что ты, как маленькая! Ты ведь видела пчёл? А пчёлы - это мёд. Но никто из нас не знает, как его добыть. Как сделать улей, как ухаживать. Или растительное масло! Надюшка не знает, как без него сделать краски - красок тоже нет. Нет зеркал, линз, нет ни шерсти, ни молока.

- Ни творога, ни сыра, ни сметаны, - воркотнула Ленка. - Нет даже элементарного кефира, - и шмыгнула носом.

- Хочется? - начал догадываться Веник.

- Очень.

- То есть у нас кто-то будет?

- Кто-то будет. Похоже, в последний раз я просчиталась. Или просто что-то было не так. Поэтому не хочу, чтобы ты уезжал, потому что вряд ли смогу поехать с тобой. К тому же - ты меня совсем не любишь.

***

- Да, Вень, - кивнула Галочка. - Когда в положении - настроение может прыгать - только держись. Я тогда Вячика совсем замордовала. Но есть и свои плюсы. Теперь, когда корабль уже загружен и пассажир на борту, можешь любить свою Ленку глубоко и безо всякой дисциплины - ничего от этого не изменится.

***

- Фарватеры мы с Кыпом промерили в трёх направлениях - на север, юг и восток. При осадке в метр с четвертью из наших болот пройти можно в любом направлении. На запад водной дороги не отыскали, - рассказывал Лёха. - Зимой поищем, когда реки встанут. По льду на оленях, как Кып разведывал проход в ту реку, что ведёт в Оку.

- Дим, насколько большой корпус ты сможешь сделать? - перевёл стрелки Веник.

- Метров двадцать в длину - есть у меня подходящий брус для киля.

- А шпангоуты сможешь согнуть?

- Толстые я никогда не гнул, но если не очень толстые, то это не слишком сложно. И поставить почаще.

- Э-э-э... а как? Как ты их вообще гнёшь?

- Распариванием. Возни, конечно, много, но нужно пробовать. И толстые тоже попытаюсь согнуть. Ты мне лучше скажи, какую машину на такую махину поставим? Нет, про паруса и вёсла я не забываю и даже килевой брус по всей длине под днищем выпущу - не по нашим же мелким болотам ходить на таком здоровяке? Так что никакого шверта. В корпусе будет чисто и просторно. Под палубой сможем ползать на четвереньках.

Глава 43. Прибавление

Ноябрь принёс снегопады и лёгкий морозец. Речка начала покрываться льдом. В этом году работы в Рудном зимой не велись, потому что там просто закончилась руда. Её вычистили буквально до последней крошки - плавили в две печки и до холодов всё завершили. Весной планировалось начинать то же самое на другом месте. Впрочем, по этому поводу пока не было полной ясности - возможно, металлургию будет выгоднее перенести прямиком на Урал. Смущало то, что железной руды там пока не обнаружили, но всем известно, что этого добра в том краю навалом.

Сейчас расходовали заранее сделанные запасы чугуна, железа и привозной меди. Меди было немного. Но на приготовление к следующему сезону моторов для разведок и поисков её должно было хватить. Тем более, что прогоревшие днища котлов переливали в новые, более стойкие - ремонт ранее сделанных Стирлингов время от времени проводился.

Переход из осени в зиму - спокойное время, когда продовольственные запасы уже сделаны, поленницы дров и штабеля торфяного угля сложены под навесами и почти все дома - дело только за оленеводами, которые сейчас гонят сюда стадо из тундростепи. По всем расчётам они должны были появиться вот-вот. В разгар дня, когда завтрак давно закончился, а ужин и не думал начинаться, в столовой сидела большая компания любителей судостроения - обсуждали Димкин проект большого корабля, рассчитанного на плавание, как в реке, так и в море.

Стеариновые свечи давали неяркое, но ровное освещение на стену с развешенными по ней эскизами.

- А чего борт такой высокий? - недоумевал Серый. - Как мы с него до воды вёслами дотянемся?

- Опять же высокий борт тяжелее низкого, - соглашалась Лида. То есть от этого возрастёт осадка.

- А без осадки его любой волной перевернет, - сопротивлялся Пашка. - Или той же волной накроет и вдавит в воду.

- Палуба не пустит воду внутрь, - настаивал Серый.

- Да его просто переломит, - возражал Димка. - При маленьком вертикальном размере не будет пространственного каркаса, дающего прочность на такой длине.

- Какого каркаса? - уточнил Веник.

- Который не даст корпусу свернуться пропеллером вокруг киля.

Диспут затих - все принялись что-то соображать, шевеля, кто губами, кто пальцами.

- Ты что, прочность рассчитал? - изумился Саня.

- Нет, мысленно прикинул.

Открылась дверь входного тамбура и в столовую вошли два незнакомца в вонючих шкурах. Один с жиденькой растительностью на лице, а второй - полноценно бородатый.

- Бо Тан Том, - представился первый. - Просторный чум, - обвел он рукой вокруг себя. - Яркий факел, - добавил, указывая на свечу.

- Шеф Ве Ник, - отрекомендовался Веник, и кивнул Любаше. Та начала распоряжаться, посылая женщин затапливать мыльни и нести из кладовой копчёных гусей. - Проходи Том к нашему мужскому костру, - разговор шёл на чистом местном языке, а у него специфическая терминология. - Женщины уже несут угощение. Твой товарищ тоже желанный встречный в этом чуме.

- Шеф! Толпа степняков топчется среди посёлка. Глазеют, - заскочившая следом за незнакомцами девчонка из своих, клановских, зыркнула на бородача и отступила в сторону.

- Проси, - кивнул Шеф. - Люб! Больше гусей на стол.

В столовую стали заходить всё новые и новые люди. Их рассаживали за столы - к возможности получить пополнение в клане всегда относились с интересом. Венику и Кыпу пришлось разделить с пришедшими трапезу - таков местный этикет. То есть мужчины устроились за одним столом, а женщины с детьми - за другим. Компанию им составили Эля и Ленка.

Как ни странно, бородатый сел среди женщин, и мужчин это не смутило.

- В этом году был хороший урожай орехов, - завёл пристойные речи Кып, как только Шеф накромсал гуся и раздал порции гостям-мужчинам.

- А лед покрывает воду, - согласился Том. - Разве гуси не улетели?

- Эти гуси добыты, когда листья ещё были на деревьях. Дым и соль помогли им дождаться вас, - объяснил Кып.

- Отведайте этой пищи, - Веник принял из рук Любаши низкую корзинку. - Она приготовлена из желудей, - предложил он охотникам свежего желудёвого хлеба.

- Незнакомая, - согласился самый молодой из охотников и уставился на тарелку с ломтиками жареных корней тростника. - А эту еду я знаю. Но тут она мягче, - копируя манеры хозяев, он зачерпнул ложкой, прожевал и проглотил.