Павел Буркин - Вернуться из смерти

  А для обычного жреца прожить в браке лет двадцать и не зачать ни одного ребёнка - прямой знак немилости Богов. О таком стараются не трепаться, и уж точно сказать такое при всех - значит оскорбить. Всё равно, что усомниться в праве жреца на проповеди. Раз совершил какой-то страшный грех в прошлой жизни, то и нечего тебе проповедовать в этой. Но и возразить нечего. Он развернулся, собираясь уйти - но не мог просто так взять и признать поражение.

  - Я ухожу! - прошипел, как плюнул, Теоннат. - Но знай: возмездие близко! Амори вернётся - я знаю это, и ещё до весны твоя голова будет насажена на пику.

  - Постой! Куда же ты! - в надежде заставить жреца остановиться и выболтать что-нибудь ещё, крикнул Моррест в его спину. - Ты разве не хочешь ещё пообвинять нас в чём-нибудь?

  Но жрец попался неглупый. Понял, что невольно выдал тайну - и дёргающейся походкой, как паяц, зашагал прочь. Похоже, он всё-таки смог произвести на людей впечатление. Ничего. Есть способы его смазать.

  - В колонну по четверо - стройсь! - скомандовал Дагоберт. Будто очнувшись от наваждения, воины принялись строить плотный, прикрытый большими пехотными щитами строй. С деревянным стуком покачивались над головами копья, скрипела повозка с "катюшей", а "миномёты" ехали на своих колёсах, подталкиваемые бойцами. По земным меркам - жалкая толпа оборванцев, которую можно смести одной очередью автоматической пушки. Но здесь - вполне боеспособное подразделение, которое, хочется верить, попортит алкам немало крови. - Два месяца назад вы впервые взяли в руки оружие, чтобы защищать родной город от алков. С тех пор вы стали настоящими воинами, способными поспорить с хвалёными алкскими наёмниками и в поле, и на стенах. Уверен: вы не подведёте и в настоящем бою.

  Моррест перевёл дух. Надо сказать то, о чём итак думает каждый. Бойцу важно знать, что командир думает так же, а не просто выполняет приказы тех, кто над ним.

  - Вы слышали, что Амори скоро двинется на нас. Это правда. Он соберёт все силы, какие сможет, потому что пока мы живы, он не хозяин в обоих Сколенах. И будет переть вперёд, не считаясь с потерями. Это тоже правда. Он полагает, что встретит тут неорганизованный сброд, неспособный противостоять армии, что сметёт нас за пару дней - и пойдёт усмирять Верхний Сколен, топить в крови наших братьев. Он ошибается. Докажите ему это! И сделайте это так, чтобы ни у одного алка, а так же их сыновей, внуков и прочих потомков и мысли больше не возникло, что можно напасть на Сколен! Докажите, что ЭТО НАША ЗЕМЛЯ!

  Последние слова Моррест просто проревел, хватая ртом морозный воздух. И с удивлением осознал, что не просто "косит под политрука". Слова шли от самого сердца, с чувством железной правильности происходящего. Раньше, когда доводилось сражаться, он бился не за страну. Сперва за свою жизнь, потом во имя Эвинны и исполняя её приказы. А ещё - почти всегда - движимый ненавистью к алкам, убившим близких людей. Только теперь он смог взглянуть на эту войну глазами сколенцев. И увидеть в защите огромного, но пребывающего в глубоком упадке города нечто большее, чем просто очередное сражение затянувшейся войны. Кажется, только теперь он осознал, что будет сражаться за свою родину.

  Потому что теперь Сколен - и Верхний, и Нижний - действительно стал ему родиной. Правильно сказано - "наша земля". Значит, и его тоже.

  А значит, пусть Амори идёт на столицу. К весне ему приготовят такую встречу, что алкам мало не покажется. Да и зимой... Зачем терять столько времени, сидя в крепости? Помнится, судьба Лакхни решалась не только на стенах.

  Амори наверняка попытается атаковать Нижний Сколен с нескольких сторон. Скажем, двинет главные силы, как раньше, на Лакхни или через Новый Энгольд - а в тыл сколенцам, с задачей отвлечь часть их сил, двинется Ардан Балгрский. При везении балгры могут натворить немало. Значит...

  Значит, до весны надо зачистить союзников Амори - и заодно, по возможности, привести в столицу ополчение алхаггов. Кстати, Ардан, скорее всего, тоже будет опасаться удара алхаггов в спину, и попытается избавиться от угрозы до весны. Поэтому идти стоит не прямо на Балгр, а на Алхидду. Надо только убедить остальных вождей, и взять с собой тысячу человек с десятком "миномётов". Впрочем, тут трудностей не будет. Привыкшие воевать полевые командиры уже устали от хозяйственной текучки...

  Глава 9. Вести с севера

  Возможно, то был самый северный храм Стиглона. То есть святилища-то были и на Борэйне. Но полноценный храм, со жрецами, подчиняющимися сколенским, даже со своим архивом и сокровищницей - только тут, в Кетадринских горах. Авенат натянул поводья. С виду неказистый и мелкий, горский конёк не боялся пропастей и крутых троп, он умел не скользить на обледенелых кручах и неутомимо брести по вьющейся прихотливой нитью тропе. И вот, наконец, он остановился. Монастырь в Афраде. Именно о нём говорили жрецы Стиглона, всегда готовые помочь "настоящему слуге настоящего Харванида". Единственный монастырь, где есть свои Воины Правды, которые могут дать знать Эльферу. А тот поможет побыстрее добраться на юг, в ставку Амори. Тогда король вовремя узнает чёрные вести и сумеет подготовиться. Конечно, если поверит, что Эвинну слишком рано списали со счетов.

  Храм напоминал корону, венчающую голову окаменевшего исполина. Восемь вздымающихся в серое зимнее небо башен, приземистых, толстостенных, узенькая тропа, по которой и в мирное время-то непросто подняться, а уж под ливнем стрел и камней... И правильно. Храм в землях, где искони из всех законов действует лишь право сильного, не может не быть крепостью. А его монахи, соответственно, обязаны быть воинами. Ну, или раскошеливаться на наёмников.

  Храм появился не так давно - в легендарные ныне времена Северных Походов. Тогда Арангур третий с упорством, заслуживающим лучшего применения, пытался покорить суровых горцев, принудить отказаться от разбойной жизни и впрячься в имперское тягло. В открытых боях гордые северные витязи не могли ничего противопоставить дисциплине и выучке легионов. Но стоило легионам уйти - и замирённая территория взрывалась восстаниями, оставленные сколенцами гарнизоны вырезались, военачальникам Арангура приходилось начинать всё сначала. Алкам очень важно избежать этого в Сколене.

  Тогда и подключились к делу жрецы. Они решили, что одними мечами войну не выиграть. Но если строить здесь укреплённые монастыри, где могли бы нести службу воины-монахи, создавать при храмах школы и молельни, госпиталя для раненых и больных, если нести горцам свет истинной веры и знаний - тогда другое дело. Они не станут вредить тем, кто им помогает.