Леднев Вадим - Роман про попаданца

Теха встал с земли, поддернул широкие холщевые штаны, вытер воротом рубашки лицо и посмотрел на Славу неожиданно спокойным взглядом, небесно-голубых глаз:

– Это хорошо! Значит они ушли... успели.

– А куда ушли-то? - нетерпеливо поинтересовался Слава. Уже совсем стемнело, и он боялся не найти облюбованный для ночлега сарай.

– Да, куда ж еще - к Ивице и пошли, - пожал плечами Теха, и рассудительно добавил. А некоторые, так и в леса Хром-Минеса - у них там схроны на такой случай. Может, кто и в Лин пошел - но это разве что Пейко Щербатый свою семью туда увел - у них там вся родня.

– А твои куда?

– Мои должны были к Ивице идти, там Каса, отцовский брат живет.

– А Ивица, это где? - спросил Слава, без особого, впрочем, интереса - какое ему сейчас дело, до какой-то неведомой Ивицы

– Ивица, это там, - мальчишка махнул рукой куда-то на юго-запад, - За Каменным Бродом, два дня по Оравской дороге.

– А чего так далеко-то? Все так серьезно?

Теха опять пожал плечами и кивнул на сгоревший поселок:

– Ты же сам видишь.

– Да действительно. Слушай, - Слава взял его за рукав, - это же ваш дом?

Теха хмуро кивнул.

– Был наш.

– Тут же все сгорело, да?

Горькая усмешка в ответ.

– Ну, пойдем тогда, я тут один целый сарай нашел. Там переночуем. Ты как на это смотришь?

Мальчик подхватил с земли котомку, закинул ее на плечо, и сказал просто:

– Пошли.

В котомке у Техи оказались пирожки. С мясом и какой-то травой. Рапа - пояснил мальчик. Ну, рапа, так рапа - Славе было без разницы, главное, что вкусно и сытно. Тем более что мешок с корнеплодами пришлось выкинуть. Теха сказал, что люди их не едят, так как от них случается сильное расстройство живота и пучит. А выращивают их для ханей. Хани их любят, и жрут в любом количестве. Кто такие эти хани, Теха объяснить толком не смог, но Слава для себя понял, что это что-то вроде свиней. И растят их с той же целью.

Когда Слава, показав на чудное деревце, поинтересовался, съедобны ли его плоды, мальчишка ожесточенно замотал головой, и заявил, что лично он скорее будет есть новорожденных крысят живьем, чем прикоснется к "хлебу беды". Что это за "хлеб беды", и почему его нельзя есть, Слава выяснять, пока не стал. Преимущественная перед ним пригодность для еды новорожденных крысят говорила сама за себя

– А тебя, как зовут? - жуя пирожок, вдруг ни с того ни с чего поинтересовался Теха. Посмотрел на Славу и пояснил свой вопрос. Вид у тебя больно ненашенский. Откель ты тут взялся? С караваном? что ли пришел?

– С караваном, с караваном, - покивал Слава, мальчик сам давал ему подсказку. В самом деле, не рассказывать же ему подлинную историю Славкиного попадания в эту... в этот... ну куда он попал. Он и сам-то в нее не очень верил, а что с пацана взять, еще подумает, что ненормальный да сбежит, а попутчик в незнакомом краю, ой как был нужен.

– Да, извини, забыл представиться - Владислав. Очень приятно! - он церемонно кивнул и зачем-то шаркнул ногой. А прибыл я... чтобы такого наврать, чтоб выглядело хоть чуть-чуть правдоподобно. Но мальчик не дал ему договорить. Он выпучил глаза и открыл рот так, что из него выпал кусок пирога.

– Ва-ла-ди-са-ла...

– Сам ты сало! Владислав. Вла-ди-слав! Понял?

– Не бывает у людей таких имен! - убежденно отрезал Теха. Человеческий язык такое выговорить не сможет! Такие имена только у акети бывают! А ты, - он мельком глянул на собеседника, - на них не похож.

– Много ты знаешь, шкет!.. возмутился Слава, - что бывает, а что нет. Ладно, можешь звать меня Слава.

– Са-ала... попытался повторить за ним мальчик, но язык явно не хотел его слушатся.

– Блин, опять "сало"! А Влад, ты сможешь выговорить?

– Угу, - кивнул Теха. Влад - смогу! - хотя прозвучало это у него скорее, как Валад.

– Ну, значит так и зови, - не стал больше придираться Слава.

Они запили пирожки, холодной водой из кадки, и Слава понял - ни фига он не наелся. Да это и не мудрено - три жалких пирожка после целого дня беготни и переживаний. Живот, раздосадованный таким циничным обманом, даже и не думал прекращать голодное бурчание. Ко всему прочему, становилось все прохладней. Теха тем временем, достал из мешка меховую безрукавку и облачился в нее. Деловито и щедро припорошил крышку клети соломой, чтоб было мягче, и улегся, сунув мешок под голову. Поворочался пару минут и затих. Когда, не ожидавший такого быстрого перехода, Слава, обратился к нему с каким-то вопросом, то в ответ услышал лишь спокойное дыхание. "Во, народ! - подумал он, с некоторым удивлением. Ни флага, ни родины. Всю деревню сожгли, а он дрыхнет, как суслик, и хоть бы что!"

К самому же Славке, сон никак не шел, несмотря на жуткую усталость и переживания сегодняшнего дня. А может как раз из-за них. К тому же ныли стертые ноги, саднили, сбитые во время лазанья по кручам, локти и ладони. Да и просто стало холодно. "Б-р-р! Аж дрожь пробирает! Как же согреться? Хорошо Техе в меховом кожушке. А тут одна рубашонка, да и та уже изорвалась, пока лазил по горам да по лесу. Может выйти покурить? Ах да - зажигалки нет. Может в развалинах остались еще тлеющие угольки? Лезть туда неохота и так грязный, а там и вовсе измажешься сажей, как черт, и помыться негде. Эх, в ванну бы сейчас залезть, горячую. Все, курить хочу, не могу!" - Славка поднялся, и с завистью посмотрев на сопящего во сне Теху, вышел во двор.

Ночь была ясная, ни облачка. Полчища звезд заполонили небо. Слава постоял с задранной головой, ежась от прохладного ветерка. Блин, ни одного знакомого созвездия. Как штурман он неплохо знал карту звездного неба. Во всяком случае родного северного полушария. Южного, похуже. Но и этих знаний хватало чтоб понять - ни хрена он не на Земле. А так хотелось верить, что он по ту сторону Экватора, В Южной Америке, Австралии, у черта на куличках, но на родном голубом шарике. Что, хоть он и оказался в странных обстоятельствах, но все еще можно вернуть, и проснуться утром на своем диване, умыться, сварить кофе, закурить сигарету... Кстати, он и вышел для того, чтоб добыть огонька - покурить. Какая светлая ночь, полнолуние что ли? Слава обернулся посмотреть, на луну, и челюсть у него отвисла, в который уже раз за сегодня. Нет, Луна имелась - большой почти полный диск висел прямо над крышей сарая. Вот только был он зеленого цвета. Словно луну взяли, да окунули в банку с "зеленкой". И эта зеленая Луна разом, словно гильотина, отрубила все надежды. Ни хрена он не на Земле. Стало так тоскливо и жалко себя, что даже слезы навернулись на глаза, даже не холодно стало и курить расхотелось.

"А ну его к черту, курево это, луну эту! Пропади оно все пропадом!" Слава, зло сплюнул и вернулся в сарай. Зарылся в солому, согрелся и незаметно уснул.