Леднев Вадим - Роман про попаданца

– А чего им надо, хэку этим?.. Слава задумался, подбирая слова. Зачем они на людей нападают?

– Зачем? - Теха посмотрел на него как на умалишенного. Они же ВРАГИ!!!

Немного подумал и добавил. Раньше здесь была ихняя земля. До самого Срединного моря. Потом наши с акети вышибли их за Зыбучие Камни.

– Понятно, - сказал Слава, и резюмировал. В таком случае задерживаться нам тут не стоит, а то еще какая-нибудь компания заявится.

Через полчаса они покинули деревню, и двинулись по проселку в сторону противоположную той, откуда пришел Слава. Шли ходко, почти не останавливаясь, и к полудню достигли выхода из долины - каменные стены расступились в стороны, и путешественники оказались на краю обрыва. Прямо под ногами расстилалась вторая долина - пошире первой. По ее дну текла горная река. Подгорица - как назвал ее Теха. Но чтобы к ней спуститься пришлось петлять по горному серпантину между высоких гранитных утесов - так что и на речку и на "нижнюю" долину Славка успел налюбоваться за два часа предостаточно, и все под разными ракурсами. Примерно в километре к югу, земля опять вздыбилась горным хребтом. Две гряды образовывали неширокое ущелье куда ныряли и речка и дорога. Туда же свернули и путники.

Пройдя километра два, решили сделать небольшой привал. Спустились к реке. В этом месте ее устье несколько расширялось, образовывая несколько мелких заливчиков и проток. Вода там была не такой ледяной, как в самой реке и Слава не преминул возможностью искупаться. Раздевшись до трусов, он вошел в воду и с минуту плескался, фыркая от холода и шумно сопя, словно большой тюлень, с наслаждением смывая с себя грязь и пот. На предложение присоединиться, Теха презрительно пожал плечами:

– Делать мне боле нечего!

Когда Слава выбрался на берег, он увидел, что мальчик привязывает к длинной палке свой ножичек. Соорудив, таким образом, некое подобие копья, Теха направился к берегу. Река в этом месте образовала небольшой порог, и мальчик ловко прыгая, с камня на камень, добрался почти до середины реки. Там он присел на корточки и, отведя назад руку с импровизированным копьем, стал пристально вглядываться в воду. Неуловимое движение, и на острие копья уже бьется, большая серебристая рыбина. Теха издал торжествующий клич, и, сняв добычу с лезвия, швырнул ее на берег. Слава подошел к ней, присел на корточки. Золотистая в черных пятнышках, смахивающая на форель рыбина, извивалась, била хвостом по речной гальке, судорожно разевая, полный острых зубов, рот. Слава поймал ее за хвост, приподнял - килограмма два наверно будет. Молодец пацан!

С реки раздался недовольный вскрик Техи - на этот раз охотник промахнулся.

Пока Слава полоскал свои вещи в реке, мальчишка умудрился поймать еще пару рыбин, после чего вернулся на берег. Удовлетворенно присвистнул, оценивая улов. Посмотрел вопросительно на старшего товарища?

– Сейчас запечем или?..

– Ушица бы знатная получилась, - сказал Слава, - жаль только, нет у нас ни картошки, ни лука, ни хлеба!

Теха не понял, о какой картошке и луке говорит его спутник, но расспрашивать не стал, а предложил:

– Слышь, Валад, тут через осьмушку дневного перехода, будет двор старого Махи. Отдадим ему рыбу, он одну себе заберет, а две нам пожарит... с тюрлей. М-м!.. Теха предвкушено закатил глаза. Вкуснотища!

– С тюрлей, так с тюрлей, - согласился Слава. Есть хотелось пока не сильно. Все-таки, то варево, которым накормил его утром мальчишка, оказалось довольно сытным.

Через пятнадцать минут, одежда, разложенная Славой на горячих от солнца камнях, немного подсохла, и он, ежась от холода, натянул ее на себя - на ходу досохнет.

Спорым шагом они прошли еще около пяти километров. Впереди Теха, помахивающий своим копьем, с нанизанным на него уловом. В трех шагах сзади Слава, с тубусом на правом плече и Техиным мешком на левом. В тубус, Слава, так больше и не заглядывал - то некогда, то не до того было. А если честно сказать - он испытывал почти физическое отвращение, как к самому футляру, так и к его содержимому, не без основания полагая, что именно из-за них он оказался в этой срани. Даже случайный взгляд, брошенный на тубус, вызывал у него уныние. Теха, напротив, пребывал в приподнятом настроении и непрерывно болтал, то и дело, поворачиваясь к Славе, и приставая нему с расспросами, - из каких он "благородных", да в каких странах и городах ему приходилось бывать. Слава отмахивался или врал что-нибудь на ходу. А больше отмалчивался, не очень-то и вникая, о чем именно расспрашивал его Теха.

Впереди показался скальный выступ, далеко вдающийся в ущелье. Дорога огибала его, спускаясь к самому берегу реки.

– Ну вот, - сообщил Теха, - за этим поворотом и будет Двор старого Махи. Покушаем там, отдохнем и дальше пойдем. Идем ходко, так глядишь, к завтрему вечеру доберемся до Кумеса, а там и Ивица рядом. Нам бы только Ивицы достичь. И отогреемся и отъедимся. Мамка такие пироги печет, верь ты мне, с чем хочешь, хоть ни с чем, а за уши не оттянешь! - разглагольствуя так, он завернул за выступ скалы, и внезапно остановился. Так неожиданно, что Слава чуть не уткнулся ему в спину. В двухстах метрах впереди, горелыми остатками досок чернело пожарище. Кое-где еще поднимался дымок. Ветер дул путникам в спину, иначе они бы уже давно знали то, что теперь говорили им глаза.

– Этот, что ли Двор?

Мальчик молча кивнул.

– Покушали жареной рыбки, - заключил Слава, - с тюрлей...

Они подошли поближе. Забор, окружавший Двор, кое-где уцелел, а вот ворота были вынесены начисто. Теха показал Славе на землю - пепел, устилавший всю усадьбу, был испещрен трехпалыми "птичьими" следами. Также во множестве тут были отпечатки огромных косолапых ступней.

– Выходит, они уже успели тут побывать. И притом, довольно большой компанией, - озвучил Слава и без того понятную вещь.

– Получается, что мы за ними топали все время. Ну, дела! - Теха, ожесточенно поскреб затылок. Что ж теперь делать, а? - он жалобно посмотрел на своего спутника. Как же мы теперь до Ивицы доберемся?

– Слушай Теха, а другой дороги здесь нет, только эта?

– Дальше будет развилка, - мальчик махнул рукой вперед, - еще через осьмушку дневного перехода где-то. Там Подгорица впадает в Сожу - одна дорога прямо, через Каменный Брод к Ивице и дальше по Оравской дороге в Кумес - крепость на перевале Чирак-Таш, а другая на полдень сворачивает вдоль Сожи, до Узмени. Там начинается Верхнесожский вир - вотчина господаря Витовта.

Слава оценивающе осмотрел пожарище. Судя по тому, что кое где угли уже успели остыть, хэку были здесь еще утром. Интересно, в какую сторону они пошли дальше?

– Как думаешь Теха, в какую сторону они пошли?