Богдан Дорошин - Путем неизбежности

Не успел я опомниться, как лезвие задело живот Кабана, и резко ушло вверх, распарывая ему брюхо. Он закричал, повалившись на черепицу, но вниз на свое счастье не съехал.

Лукка остался со мной один на один, и мы еще около двух минут мерялись в мастерстве ножевого боя. Я оказался сильнее. Словив противника на обманный финт, я перебросил кинжал в другую руку, и полоснул бандита по глазам, оставляя на его лице красную резаную полосу.

— А-аааа-а, — страшно закричал он, валясь на колени. Свое оружие Лукка выпустил и теперь обеими ладонями хватался за лицо; между пальцами сочилась кровь.

Противник был выведен из строя, и добивать его я не стал. Развернувшись, побежал вдоль крыши, перепрыгивая с одного уступа на другой. Я уже начинал верить, что все обошлось, что мне удастся скрыться, но приключилось кое-что очень неприятное.

Я услышал пронзительный женский крик, который мог принадлежать лишь одному человеку. Анне. Ругнувшись, бросился на этот ориентир и вскоре достиг карниза крыши. Осторожно выглянув вниз, я увидел свою знакомую в очень паршивой компании.

На мостовой, прямо под фонарем, Анну держал за волосы высокий лысый человек, а на крики девушки и то, как она пыталась вырваться, он не обращал никакого внимания.

— Эй! Где бы ты ни был, собака, покажись, иначе твоей девке конец!

Я с силой сжал челюсти. Дурак, дурак, дурак! Не следовало отпускать Анну одну. Теперь она попала в передрягу из-за меня, и только мне ее вытаскивать из нее. Но что предпринять? Нужно было придумать план, но…

Сказать всегда проще, чем сделать. Здравые мысли не посещали мое сознание, а к Анне и держащему ее человеку, уже стягивались другие бандиты. Спустя каких-то пять минут фонарь вырвал из тьмы целых двенадцать фигур!

— Мне надоело! — крикнул старший, в чьих руках извивалась, пытаясь освободиться, бедняжка Анна. — Даю тебе минуту! И даже если ты уже куда-то свалил и не слышишь, я все равно перережу этой девке горло спустя шестьдесят секунд!

Паническая мысль шепнула, что действительно было бы куда как проще не откликаться на этот призыв. Проигнорировать крик девушки и сбежать, подобно трусу. Да вот только трусом я не был, и умел брать на себя ответственность.

Когда прошла ровно половина из отведенного времени, я встал в полный рост и крикнул:

— Я здесь!

Лысый бандит задрал голову, и его губы исказила усмешка. Он сильнее сжал кулак, которым держал медвежьей хваткой прическу пленницы, и Анна закричала от боли.

— Эй! — гневно крикнул я. — Не трогай ее, ты, ублюдок херов!

— Спускайся тогда поскорее к нам, тогда и перестану, — крикнули мне в ответ.

Делать было нечего, и я повиновался. Используя водосточную трубу, я поспешно спустился вниз, а потом медленным шагом подошел в бандитам.

— Давайте! — скомандовал главарь, и со всех сторон на меня налетели молодчики. Ударив меня для профилактики несколько раз, они заломали мне руки. Я не сопротивлялся.

Нож Золика у меня отняли, и кто-то из бандитов кинул его главарю. Тот отпустил волосы Анны, и ловко поймал оружие. Рассмотрев его окровавленное лезвие, он улыбнулся не самой хорошей улыбкой.

— Я Франт, — представился он. — Работаю на Виктора Кудрю, которому ты перешел дорогу.

— Это недоразумение! — попытался я оправдаться. — Дайте мне поговорить с вашим боссом. Я все ему объясню!

— О, ты поговоришь, — не стал спорить Франт. — Но не потому, что сам так хочешь, а потому, что этого желает Кудря. Он, я тебе скажу, очень не любит, когда в его дела суют нос. Думаешь мы побоимся Клинков? Да пошли они. Здесь мы хозяева!

Бандиты поддержали Франта одобрительным гулом. Их было слишком много, чтобы помыслить справиться с ними в одиночку. Я был безоружным, беспомощным и обездвиженным. Все что мне оставалось, так это смиренно принять свою судьбу.

Но кое-что сделать я все-таки мог.

— Эй, — позвал я. — Франт, верно?

— Ну? — лысый бандит продолжал ухмыляться, чувствуя полное превосходство надо мной.

— Отпусти девушку. Она здесь ни при чем, — я взглянул на перепуганную Анну. — Ты как там?

Девушка ответила мне что-то невнятное. В ее глазах плескался сильный страх, близкий к шоковому состоянию.

— Эту девушку? — уточнил с издевкой Франт, указывая кончиком ножа ей в щеку. — А что будет, если я не выполню твою просьбу?

— Прошу тебя, — слова смирения дались мне нелегко, но я произнес их искренне. — Виноват лишь я один, и только мне держать ответ.

— И то верно, — лысый кивнул. Его подельники стояли неподалеку и ухмылялись. — Ладно! Так и быть, я отпущу ее…

У меня с души словно камень свалился. Несмотря на аховую для меня ситуацию, дышать стало проще. Я сумел уберечь хотя бы ни в чем не повинную девушку. А за собственные действия мне, судя по всему, придется ответить своей кровью. Ну что ж, значит с Хавьером, повинным во всем этом, я разберусь в другой жизни.

Но Франт между тем продолжал, и его голос с каждым словом становился все гаже и гаже. Я понял, что что-то здесь не так.

— Отпущу, — ухмылялся он, причмокивая губами. — Но не на свободу, а на Ту Сторону! В назидание каждому, кто пойдет против нас. Ничего личного.

— Нет!! — до жил на шее закричал я, силясь вырваться из стальных тисков. — Остановись!!!

Но было поздно. Заточенное лезвие кинжала Золика прошлось по горлу Анны. Я видел как из шеи, которую я еще совсем недавно целовал, захлестала кровь. И самым ужасным было то, что девушка в этот момент смотрела на меня, зрачок в зрачок. Ее глаза стекленели, а во взгляде я читал немой укор. Как же так, словно говорили мне эти карие глаза. Почему я, чем все это заслужила? А как же мое будущее, мои мечты? Неужели всему этому не суждено сбыться, и завтрашний день настанет без меня…

Я крякнул, из горла вырвался сухой спазм. Поверить было невозможно. Будь проклята такая судьба, отнимающая жизни у невинных, будь прокляты те, кто продолжает жить, заслуживая смерти!

Я видел как Франт оттолкнул от себя мертвое тело, и Анна упала на мостовую. Борозды между камнями быстро наполнялись ее кровью, расходясь несколькими линиями. Я закрыл глаза, а из-под век потекли слезы.

— Уроды, — прохрипел я. — Как же я вас всех ненавижу…

— Ну ладно тебе, хватит хныкать, — Франт опять стал серьезным. — Погнали, надо отвести этого парня к боссу.

И в этот момент у меня в душе что-то оборвалось. Меня словно переклинило, и сознание утонуло в безумии. Открыв глаза, я неожиданно понял, что окружающий мир преобразился до неузнаваемости, что смотрю я на него совершенно по-другому. Все затопил бледно-желтый фон, где четких очертаний не существовало, одни лишь пятна и мазки. Но я прекрасно знал, что к чему, и которые из пятен подлежат уничтожению.