Галина Ли - Призрачные дороги

— Что-то случилось?

— Что-то случится, но не с вами и не сейчас, так что поумерьте любопытство.

Удивительно, но вампир послушался и больше меня не тревожил до самого леса. Того самого, из которого летом мы не чаяли выбраться живыми. Сейчас чащоба выглядела по-другому: спокойно и сонно, как, впрочем, вся Пустошь. Ушло грызущее чувство тревоги, что неизменно просыпалось в душе, стоило только добраться до Приграничья. Теперь нежити в Проклятых землях было даже меньше, чем в обычное время в Наорге. Для живых обитателей Пустоши наступили благодатные времена.

Вскоре мы уже были недалеко от избушки Унна, моего загадочного приятеля, живущего по собственным правилам. Хоть визиты в компании нежити в запретных пунктах отшельника вроде не числились, я даже на мгновение не усомнился, что Унн самое меньшее настучит дубиной по голове за таких гостей. Притом, будет абсолютно прав: сходить с ума все-таки стоит поодиночке. Мы объехали избушку отшельника по широкой дуге. И селение маглука тоже объехали по моему приказу. Я решил не пренебрегать советом феи и для начала наведаться на поле с мертвецами, чтобы набрать маленькую армию. Хотя снег спрятал от глаз безобразие костяной свалки, найти ее не составило труда. Меня тянуло к могильнику, как хорошую гончую — к подранку. Я почувствовал энергию смерти еще за несколько верст.

Мы добрались до нужного места, когда солнце осилило только половину дневного пути. До темноты еще оставалось несколько часов. Я спешился, увязнув в снегу почти по пояс, и кое-как "доплыл" до середины поля. Стоять было холодно, так что я не стал тянуть кота за хвост и сразу воззвал к своей нечеловеческой сути.

Толку-то… Ничего не изменилось, хотя неупокоенные души рядом чувствовались. Увы, дневной свет делал их невидимыми для глаз, так что я даже не мог рассчитать, сколько мертвецов откликнулось на зов.

Я почувствовал, как заходила земля под ногами. Белое полотно, вспучившись, пошло неровными волнами, словно живое. Кони тут же вставали на дыбы и, не слушаясь наездников, понеслись прочь от страшного места, а я рухнул в снег лицом, потому что из-под ног что-то выскользнуло! Правда, буквально через мгновение снова вскочил, готовый обороняться.

На мое счастье, на поверхность никто не выбрался — все снова стало тихо и спокойно. Только вспучившиеся сугробы напоминали о том, что мне ничего не примерещилось.

На свой страх и риск, я раскопал-таки самый ближний холмик. Под ним обнаружился застывший мертвец с задранным к небу лицом и поднятыми руками.

Чтоб этого урода носатого его же колдовство разорвало! Что эта тварь намудрила?! Почему лезут сразу остовы? Мне только души нужны!

Еще раз выругавшись, я принялся пробираться обратно к камню, у которого спешился. Хочешь, не хочешь, придется ждать темноты. До деревни маглука мы самое большее за пару часов доберемся, а вот с могильника уходить рановато. Если Мэй сказала, что я могу поднять трупы — значит, могу!

Вскоре вернулись вампиры. Без Беладу.

Один их них тут же прояснил отсутствие недруга:

— Ваш жеребец ускакал, Игнас его ловит.

Чудесно… не хватало только вот так по-глупому очередного коня лишиться. Точно, что ли, проклятие на мне лежит? Надо сказать Агаи, чтобы внимательно посмотрел. Ну не бывает подряд из года в год столько случайностей!

Вампиры тем временем стреножили лошадей, быстро расчистили площадку и притащили довольно большое бревно. В одном из дорожных мешков нашлась пропитанная смолой растопка, так что я дожидался ночи в относительном тепле и удобстве. Даже успел перекусить. Аппетит от холода разыгрался просто зверский, несмотря на соседство с могильником. Не пахнет — и ладно. Так что приличный шмат жирного бекона, завернутый в лепешку, исчез за одно мгновение.

В сумерках я отправился обратно к могиле. На этот раз у меня получилось рассмотреть и тех, кто мне был нужен, и наведенное колдовство. Должно быть, купание в озере Азалы открыло во мне какой-то новый дар, а может, это сделал солнечный ветер. Следы магии смерти я видел теперь прекрасно. Ворожба "придавливала" могильник огромной решеткой, удерживая души у гниющих остовов. Они были нужны колдуну для создания умертвий. Его творения были хрупче и медленней моих, зато не боялись дневного света. Маг неслучайно выбрал именно это поле… Два разлома, которые пересекались крестом, открывали дорогу мощнейшему источнику дармовой силы. Налитые магией "прутья" толщиной с мой кулак, подпитывались энергией из силовых линий земли, а в центре разлома находилась колдовская "печать". Она то ли распределяла, то ли накапливала энергию.

Но все-таки, как мне разрушить эту треклятую решетку?

Я оглянулся на вампиров: ужасно не хотелось выглядеть полным дураком, который понятия не имеет, что делать, и действует наугад. Тем более, упыри следили за мной с нескрываемым интересом.

Мо бы их всех подрал… как же тут разобраться?!

Я встал на одну из силовых линий, почувствовав, как тело пронизала тяжелая волна "мертвой" энергии. Ощущения были не из приятных, хотя вреда не принесли.

Я поманил ближайшую душу:

— Иди ко мне!

Прозрачный серый силуэт забился, словно птица в силках. Он рванулся из магических пут, но выбраться не сумел — сил не хватило. Я коснулся призрака, делясь энергией, и почувствовал, как "утекает" моя человечность. Я тут же пережал энергетический поток, заставив его сочиться скудными каплями: слишком свежи были воспоминания о том, что случилось в Сырте.

Вскоре призванный обзавелся плотью, острыми зубами и отменным аппетитом: красные глаза умертвия плотоядно уставились на вампиров, и оно сделало в их сторону первый шаг. За только что созданной нежитью, словно цепь, потянулось плетение заклинания. Я схватил его рукой, неосознанно пытаясь восстановить потраченную силу. Толстый "канат" энергии на мгновение пронизал мое тело. Плетение истончилось, у него появилась узкая перетяжка, как в песочных часах. Умертвие, почувствовав ослабший поводок, рванулось в сторону единственной доступной пищи — вампиров. Те схватились за мечи, а я, не сумев удержаться от довольной ухмылки (моя мечта — кровососы в роли "дичи" на чужом обеде), приказал умертвию:

— Этих не трогай!

Нежить споткнулась на ровном месте и тихо прошелестела:

— Да, господин!

В этот момент один из вампиров вскрикнул и указал на что-то за моей спиной. Я резко повернулся, приготовившись защищаться, но тут же опустил меч.

На могильнике разыгралось настоящее светопреставление. Нарушенная вязь заклинаний вспыхнула синими искрами. "Канаты" из рун и магических символов расплелись, словно плохо скрученная веревка под тяжелым грузом! Тонкие потоки энергии вспороли слежавшийся снег огромными бичами. И когда последняя руна была разрушена, поток чистой силы ударил в небо, раскрасив его разноцветным сиянием. Правда, он почти сразу иссяк и расползся слабыми "ручейками". Над землей заколыхались незримыми тенями неупокоенные. Жертвы маглука. Моя армия.