Галина Ли - Призрачные дороги

— И?

— Несчастные свято верят упырям. В то, что этот самый Единый послал их править людьми. А кровь — это плата за подаренную Двуединым жизнь, единственно достойная божественных… — последнее слово Рис буквально выплюнул. — …воинов, призванных охранять и беречь людей.

Я хмыкнул:

— А ты чего ждал? Что вампиры объявят себя демонами и напрямую заявят: "господа, кровь нужна, потому что мы хотим жрать"? Пора бы уже принять то, как обстоят дела в местном "королевстве". Отчасти кровососы даже правы. Они действительно воины и действительно защищают сервов Азалы. А уж ради чего и из-за чего… Вот скажи, ты тоже посвящал своих людей во все тонкости дел?

— Нашел с чем сравнивать, — буркнул Рис и вздохнул: — Вот хоть убейся, а не могу привыкнуть.

— А к тому, что у тебя в приятелях демон, значит, можешь? — осведомился я, даже не подумав скрыть иронии.

— Да какой из тебя демон? — невесело усмехнулся Лаланн. — Думаешь, отрастил шипы и — добро пожаловать в слуги преисподней? Вот когда зальешь алтарь кровью невинных, тогда и поговорим на эту тему.

Я рассмеялся, хлопнул ворчуна по плечу и затянул шнурки на плаще.

В конюшне меня уже поджидали вампиры. На копытах крепких лохматых лошадок красовались кожаные "башмаки". Подобные были в ходу в северных землях и стоили больших денег, потому что маги тратили немало сил, оплетая их заклинаниями, позволявшими не вязнуть в сугробах.

Отлично! Значит, дорога пройдет легче и быстрее, чем думалось.

Я оглядел животных, высматривая, которое из них мое, заметил свой дорожный мешок и подошел к ладному каурому коньку. Он, недовольно фыркнув, попятился. Кажется, животное предчувствовало грядущие неприятности.

Я сочувственно похлопал его по шее:

— Прости, приятель, видно судьба у тебя такая.

Жеребчик в ответ громко всхрапнул. На мой взгляд — обреченно.

За время пути по Пустоши мне еще раз довелось убедиться — вампиры чувствуют себя там весьма и весьма вольготно. Первые три ночи мы ночевали в замках, а дальше — в комфортных и надежных убежищах. Этернус, вопреки моим опасениям, были на удивление молчаливы. Точнее сказать — они не пытались заговаривать со мной. Даже надоедливый Беладу, и тот прикусил язык, то ли еще в замке наговорился, то ли — решил не идти на конфликт лишний раз. Я тоже молчал, наслаждаясь непривычными спокойствием и отсутствием чувства тревоги, без которого обычно не обходилась ни одна из вылазок в Пустошь. Нежить действительно сгорела: мы не заметили никаких подозрительных следов. Правда, кое-что меня все-таки тревожило…

Мэй! Моя маленькая фея, гостеприимная хозяйка горного озера, хранительница путников… Как она пережила солнечный ветер? Выжила ли? Именно поэтому я настоял на том, чтобы сделать крюк и завернуть к озеру. Все одно, напрямую добраться из Азалы до селения дикарей не получалось — перевалы, которые выводили короткой дорогой, грозили лавинами.

Беспокойство оказалось напрасным — маленькое царство не пострадало. Это стало понятно с первого взгляда: озерцо выделялось черной гладью воды и зелеными, поросшими густой травой, берегами. Клены не сбросили листвы и даже успели заалеть молодыми побегами.

Вот что бы там ни говорили люди о хранительницах, а они не нежить. Скорее боги мелкого ранга. Или — потомки богов.

Я сжал бока конька, вынуждая прибавить шагу, но тот уже сам увидел свежую зелень и радостно заржал: животное предвкушало сытный ужин. Моя радость была ничуть не меньше: все-таки Мэй как собеседник намного предпочтительней нежити, которая сама не прочь тобой перекусить.

Как там сказал этот священник о моей крови… "Послевкусие приятное"? Чтоб эту троицу хотя бы с луну изжога помучила!

На этот раз я, справедливо рассудив, что фея как-нибудь простит торопливость замерзшего путника, не стал останавливаться у замерзшего ручья, а сразу проехал через невидимую границу. В лицо пахнуло по-весеннему пряной землей, запахом молодой травы и первоцветов, густо усыпавших пологие склоны. Этернус за мной не поехали.

— Нам нет дороги к этому озеру, — объяснил свою нерешительность Беладу и махнул рукой в сторону заснеженного холма: — Убежище там. Стукните, если с хозяйкой не договоритесь.

Я лишь усмехнулся: чтобы красавица араи мне отказала? Быть такого не может!

Конечно же, я не прогадал: Мэй уже поджидала меня у самого берега, покусывая в нетерпении розовые губки. Правда, ее очаровательное личико тут же разочарованно вытянулось:

— А где Морра? Почему ты один?

Пришлось покаяться:

— Прости, дорогая, малышка в гостях у Андру. Не получилось взять ее с собой. Мне предстоит визит к одному очень плохому человеку.

Я спешился и привязал конька к ближайшему дереву: пока слуги Мэй готовят нам обоим достойный ужин, можно перекинуться парой словечек с хозяйкой.

Фея меж тем удобно устроилась в "кресле" из волн и задумчиво смотрела на заходящее солнце сквозь прозрачные камни ожерелья. Я же в свою очередь не отказался от удовольствия полюбоваться на араи. Нежная фарфоровая кожа, большие зеленые глаза… Ну до чего же все-таки красивы эти существа! Хорошо, что речные людоеды на них не похожи, иначе люди сами прыгали бы к ним в пасти.

Неожиданно фея, все так же, сквозь плоский граненый камень, глянула на меня и заявила:

— Я знаю, куда ты идешь!

Помолчала немного, нырнула, подплыла к самым ногам и вздохнула:

— Один не справишься.

— Я не один, — кивнул в сторону заснеженного склона.

Мэй лишь покачала головой в ответ:

— Слишком мало. Он сильный колдун! Плохой колдун, но сильный. И мне было бы тяжело, а ты пока не справишься. Позови мертвых.

— Так я вроде уже…

Договорить мне не дали.

— Не этих! Совсем-совсем мертвых!

Наконец я понял, о чем речь, и спросил:

— А они послушаются?

Араи в ответ звонко рассмеялась и шлепнула по воде хвостом, окатив меня брызгами:

— Ты иногда такой забавный! Да как же они не послушаются, если столько времени ждут твоего прихода?

Даже так? Занятно…

— Мэй, ты не ошиблась? — я улегся на холодный камень так, чтобы мое лицо оказалось на одном уровне с личиком озерной феи.

Она озорно улыбнулась, погрозила мне пальчиком и ушла под воду.

Ну что ты будешь делать! Вот в этом — все феи! Просто обожают водить людей за нос! И не-людей, как выяснилось, тоже.

Я предпринял несколько бесплодных попыток выманить араи, но в ответ получил только россыпь серебристого смеха. Было совершенно ясно, что фея больше ничего не расскажет, даже если просидеть на берегу до рассвета. Все хранительницы любят играть в кошки-мышки… И чем больше выказывать заинтересованность, тем меньше шанса получить ответ, поэтому я занялся делами: разнуздал коня, стреножил его и оставил рядом с яслями, полными овса. Сам же отправился в знакомый белый шатер, где меня, как и в прошлый визит, уже ждал накрытый стол. Не хватало только прежней компании.