Danielle Collinerouge - Гарри Поттер и Враг Сокола

— И нравится ему мучить тебя, — буркнул Рон, протягивая руку к пергаменту с Гарриным рефератом.

— Это для пользы Гарри, — строго ответила Гермиона и забрала реферат. — Сам пиши!

— Я же твою книжку прочитал! — возмутился Рон.

— Ну и что? Мне теперь тебе давать списывать до конца учебного года?! — обиделась Гермиона.

— Я поговорю с близнецами, чтобы они проспонсировали издание твоих «Рабов», — Рон аккуратно потянул свиток на себя.

— Спасибо, Рон, я проверю то, что напишешь, — девушка отобрала пергамент и накрыла его своими учебниками.

— Ну, конечно, — хитро прищурился Рон, — тебя уже проспонсировали!

— Очевидно, что средств профессора Снейпа не хватит, но он был впечатлен!

Снейп дал денег! Когда ошеломленная Гермиона сообщила эту новость вчера вечером Гарри, парень не знал, что и думать. Поиздеваться решил, или покрасоваться перед Гермионой? Кто его знает, этого язвительного зельеведа? «Особенно понравилась глава про Люциуса Малфоя!». Нужно прочитать эту брошюрку, а то перед Гермионой не удобно. При мысли о чтении снова разболелась голова. Может, зря он так остервенело учил все уроки в один да ещё субботний вечер? Но зато все время учебы не чувствовал, как за ним и его женой наблюдает весь Гриффиндор. Теперь вот урок анимагии. Шут его знает, как преобразовываться? Да и Снейп такой злой, что из-за двери слышно. Гарри подчеркнуто вежливо постучал в кабинет зельеведа. В ответ дверь резко распахнулась. Гарри вошел. Снейп угрюмо на него смотрел, сложив руки на груди. Как говорит Малфой в таких случаях, типа, добрый вечер.

— Раздевайся, — процедил Снейп, скривив губы.

— Что? — Гарри показалось, что он ослышался.

— Раздевайся, — мрачно повторил Снейп. — Анимагией заниматься будем.

— Н-но зачем раздеваться? — ошеломленно спросил Гарри.

— Видишь ли, Поттер, — Снейп был явно доволен произведенным эффектом. — Первое преобразование обычно происходит без одежды. Преобразовываться в одежде с волшебной палочкой в придачу — это обязательное умение каждого уважающего себя анимага. Но не новичка. Поэтому, чтобы не поломать маховые перья, предлагаю раздеться.

Гарри растерянно посмотрел на себя, затем на Снейпа.

— Волшебный мир ждет, Поттер, — ехидно усмехнулся профессор.

Гарри неуверенно принялся развязывать галстук. Раздеться, да ещё при Снейпе! Какой кошмар! Может, достаточно снять свитер и рубашку?

— Лапы запутаются в брюках, носках и ботинках, — произнес Снейп, видя, что дальше Гарри не думает раздеваться.

— В чем дело?

Стесняюсь, — выразительно подумал Гарри.

— Все претензии к профессору Дамблдору, я не настаивал на продолжении уроков, — заметил Снейп.

Гарри неохотно снял брюки. Оставшись в одних боксерах, он чувствовал себя отвратительно. Не утешало даже то, что в стеклянной двери одного из шкафов отражалось стройное, хорошо сложенное юношеское тело. Когда-то Гермиона сказала, что у него красивые ноги. Если за год они не искривились, пусть хоть это успокаивает. Снейп внимательно-издевательским взглядом наблюдал за Гарри.

— Как я понял, больше ты с себя ничего не снимешь, даже если это будет грозить приходом к власти Темного Лорда.

Гарри обхватил себя руками за плечи — без одежды было холодно.

— Преобразовывайся, — Снейп сделал разрешающий жест.

— Но я не знаю, как, — возразил Гарри.

— Не знаю как, — передразнил его зельевед и хмыкнул. — Весь волшебный мир, замерев, ждет, пока Его Надежда соизволит стать серьёзным магом. Все волшебное сообщество сдувает пылинки с нашего Рыцаря в ожидании чуда! Ты бездарность, Поттер, ленивый, самовлюбленный мальчишка, ни на что не годный без пинка со стороны твоей бедной жены, — проговорил Снейп, не повышая голоса.

— Я действительно не знаю, как преобразоваться! — крикнул ему Гарри.

— Ордену это расскажи, и объясни своему дедушке, почему ты не хочешь оправдывать оказанное тебе доверие, — Снейп поднялся со стула. — Ты так крут, когда нарушаешь правила, и вот когда тебе действительно нужно сделать что-то полезное, я слышу «не знаю, не умею». Может, тебе запретить преобразовываться? Или принести мантию-невидимку?

Гарри чувствовал, что его щеки пытают от гнева. Да если бы он знал, как преобразоваться!

— Ты никто, Поттер, в последней статье запрещенного «Голоса» написано очень много умных мыслей на твой счет. Я просто не понимаю, как могло так получиться, что от такого бездарного волшебника-мальчишки, как ты, зависит наше будущее!

Раздался хлопок, и Снейп увидел, что на пол, расправив большие крылья, опустился красавец-сапсан.

— Браво, Поттер, наконец-то из тебя удалось что-то выбить, — Снейп растянул губы в едкой усмешке и, направив волшебную палочку на упавшие на пол боксеры, поднял их и бросил в кучу Гарриной одежды.

Сокол пискнул и испуганно осмотрел себя.

— Не беспокойся, за перьями не видно. Пролети по кабинету, — Снейп с трудом скрывал торжество в голосе.

Сапсан легко взлетел, аккуратно пропарил над партами и сел возле одежды.

— Распреобразовывайся, — приказал Снейп.

Сокол вскрикнул и помотал головой.

— Не можешь? — въедливо переспросил профессор. — Тебе помочь?

Снейп направил на птицу волшебную палочку. Сапсан снова вскрикнул и взлетел, уворачиваясь от выстрелов распреобразовывающими заклинаниями. Снейп спрятал свою палочку и вышел из кабинета. Сокол подлетел к лежащей школьной форме и превратился в Гарри. Он боялся, что Снейп зайдет в любую минуту. От волнения одевающее заклинание забылось напрочь. А возможно, потому, что очень давно его не использовал.

— Входите, профессор Макгонагал, директор, — Снейп вошел в кабинет в сопровождении Макгонагал и Дамблдора.

Гарри, стоя в полурасстегнутой рубашке и брюках, обернулся к вошедшим.

— Чудо свершилось. Поттер стал анимагом. Я хотел бы, чтобы он продемонстрировал вам свое умение, сдал, так сказать, экзамен. Профессор Магонагал, вы, как врожденный анимаг, возможно, захотите дать пару советов новому коллеге. Директор, я искренне надеюсь, что на этом мои приватные уроки закончились.

— Гарри, — лицо Дамблдора светилось от счастья, — давай, мальчик, покажи, как ты превращаешься.

Гарри снял рубашку. Сосредоточился. Сапсан, взлетев с упавших штанов, сделал круг по кабинету.

— Превосходно, — Дамблдор радостно блеснул очками-полумесяцами. Минерва восторженно ахнула.

— Лети сюда, — директор наколдовал себе перчатку и вытянул руку.

Сокол обхватил цепкими лапами затянутые в кожу пальцы.