Мария Чернокрылая - Эта безумная, безумная семья

А там собрались мама, дядя Алекс, Даша и Каирус (которого я лично увидеть не ожидала). Подняв руки, они одновременно, словно много раз репетировали, зажгли небольшие огоньки на ладонях, которые спустя пару мгновений слились в один. Кивнув друг другу, четверка начала медленно отходить в разные стороны, не опуская рук и не поворачиваясь. Шаг, еще, третий… Огонь рос вместе с тем, как росло расстояние между колдующими. Наконец, решив, что хватит, мама кивнула остальным. Руки начала медленно опускаться. Еще пара мгновений — и огонь соприкоснулся со снегом. И именно в этот момент произошло то самое чудо, которое я хотела показать Леше. Пламя взвилось в небо на несколько метров, а затем опустилось, и от костра, словно ударная волна, повеяло жаром. Вмиг почти весь снег на поляне растаял, не оставив и лужицы, и выглянула зеленая, будто на дворе лето, трава.

Был зажжен главный костер.

Со всех сторон послышались радостные крики, кто-то даже зааплодировал Даше, маме, дяде Алексу и Каирусу. Температура воздуха теперь была вполне сносная, даже очень приятная, так что большинство поспешило избавиться от теплой одежды, которая весьма сильно мешала радоваться жизни в полной мере.

Праздник начался!

Ближе к вечеру, когда солнце уже зашло, началось время песен.

Совершенно развеселившийся, но уже чуть поостывший (в переносном смысле слова) после веселья и хороводов народ собрался около главного костра, создав большой круг. Несколько минут громких перешептываний и выкрикиваний, и, в конце концов, выбрали первого запевалу. Вернее, даже не так. Выбрали первую песню. А поет ее традиционно Митя. С компанией, разумеется.

Для начала организовали музыку. Названий всех инструментов я сказать не смогу, да и музыкантов набралось много — Галендэлай, тетя Антай, Панкорь, Вольфрамия, Рикка… Всех точно назвать не удастся, ибо музыка раздавалась со всех концов поля, и было непонятно — магия это, или еще кто-нибудь действительно подыгрывает.

И вот, когда отзвучал проигрыш, в круг лихо выпрыгнул Митя в своем истинном обличии.

Как-то раз в одном лесище

Собралась толпа чертей.

Разожгли они кострища,

Чтобы было пострашней.

Там вино течет рекою,

И чертовки хороши!

Пляшет нечисть и хохочет,

Веселиться от души!

На словах "чертовки хороши" к Мите присоединились некоторые девушки, молодые ведьмочки, в ряды которых вошла и Сафира. Ведьмы — они тоже нечисть. А уж как они чертовски хороши!

На последней строчке, когда ритм музыки поменялся, в круг выскочили и другие черти, которые явились к нам на праздник. А вы, что, думали, Митя один приехал? Где один черт — там вскоре будет как минимум десять!

Пляшет нечисть и хохочет,

Веселиться от души!

Дикий, яркий танец. От всей души, со всем весельем. И в нем все подчиняется лишь одному — музыке.

Остальные, не вошедшие в круг лишь потому, что это не их танец, хлопают в такт, наблюдая за танцем. В глазах такой же восторг, как у танцующих. Душа поет, что называется.

На кострах стоят котлища,

И вода в котлах кипит.

Черти варят бормотуху,

Очумелый сброд вопит.

Ходит черт с огромной ложкой

И мешает дрянь в котлах —

Зелье варит по рецепту,

Что известен в их кругах.

Вот попробовал он зелье

И поморщился слегка —

Знать, чего-то не хватает,

Почесал свои рога…

Тут к танцу присоединились еще и вампиры, которых хоть было и мало на празднике, но все же были. Среди прочих вышла и Агата, которая сегодня была не похожа на саму себя — веселая, улыбающаяся, оживленная. Лион, то ли как самый главный, то ли просто как самый знакомый, на последней строчке подскочил к Мите и заговорщицки вручил ему темную бутыль из непрозрачного стекла. Нарочито обрадовавшись, братец принял бутылку и веселей продолжил:

..Взял огромную бутылку,

А в бутылке этой кровь.

Вылил ровно полбутылки,

Забурлило зелье вновь!

Из-за черных клубов дыма

Не видать уже луны.

Наварили черти зелье

И разлили в стаканы.

Залпом выпив по стакану

И проклятья прорыча,

Полетели черти в пляску,

Будут прыгать до утра!

Рассмеявшись, остальные черти, не обрывая своего танца, согласно возопили, только каким-то чудом попадая в ритм песни:

Залпом выпив по стакану

И проклятья прорыча,

Полетели черти в пляску,

Будут прыгать до утра! [6]

…Вы еще спрашиваете, почему считается, что нечисть именно зимой празднует "свадьбу", и откуда появились легенды о том, что кто-то видел их гулянья?..

Когда музыка закончилась, черти, дико рассмеявшись, разбежались в стороны, освобождая место следующему танцу. На этот раз не было ни перешептываний, ни перекрикивания. Слушателям даже не дали отдышаться.

Весело махнув добровольным музыкантам, в круг вышли Дашка, Красимира и тетя Зарейна.

Музыка, зазвучавшая над поляной, резко отличалась от той, которая буквально горела огнем. Три ведьмы обошли костер с разных сторон и замерли. Красимира и тетя Зарейна — в эффектных позах, словно в ожидании чего-то. Даша — скромно потупившись. Она-то и начала петь следующую песню:

Стану радостью великой

Ворожбу свою плести

Камышом и земляникой

Заговаривать пути

Как на пальце безымянном

Обручальное кольцо

Хоть бы в зеркале туманном

Разглядеть твое лицо…

Тут Дашка резко подняла голову, посмотрев на всех с вызовом. Протянув руки к огню, она продолжила петь. Тетя и сестра ожили, начался новый, пока еще нарочито неуверенный, танец.

Как в руках моих нежданно нити жемчуга рвались

На коне своем булатном, умоляю, появись!

Ой, да отпущу в широко поле скакуна залетного

Ой, да поднесу тебе в ладонях зелья приворотного…

Пей допьяна и мысли долой!

Все имена рассыплю золой!

Только одно — все ярче горит,

Пей допьяна до самой зари!

Движения троицы в круге становятся живей. К Дашиному голосу присоединяются голоса тети Зарейны и Красимиры. Дальше они поют то вместе, то инициатива переходит к кому-то одному. Так плетется песня…

А на заре все еще пьян,

Вволю испив стылой воды

А на заре белый туман,

Солнце умыв, смоет следы…

Словно услышав призыв присоединиться, в круг выходят новые танцующие. Такие же ведьмы, как главная (на этот танец) троица. Все наизусть знают эту песню, но звучат лишь три голоса — никто не споет лучше, чем Даша, Красимира и Зарейна.