Константин Назимов - Артефакты истинных магов

— А что странного в его действиях? — поинтересовался я.

— Э-э-э… нам уже пора, так можно и на охоту опоздать, — смутился артефактчик и быстро вышел из-за стола.

— Странные дела тут творятся, — произнес я вслед скрывшемуся за дверью Кринту.

Бурк согласно кивнул и, встав из-за стола, вопросительно на меня посмотрел.

— Пошли, дразнить его величество не стоит. Лучше немного его подождать, нежели он нас будет дожидаться. Вдруг осерчает? — хмыкнул я, вставая.

Сборы не заняли много времени. Да и что собирать-то, собственно? Меч? Так он при мне! Оделся в предназначенный для охоты наряд — и готово! Охрана повела меня с Бурком по коридорам и галереям замка. Впереди нас шел охранник с заряженным арбалетом, замыкал шествие еще один стражник, который также вел себя довольно странно. Со стороны наверняка казалось, что сопровождают очень важную персону, которая со многими не в ладах, и ее усиленно охраняют. Продвижение по замку было медленным, темп задавал идущий впереди нас охранник, который беспрерывно крутил головой в поисках неизвестного противника. Я даже заметил капли пота на его лице: было очевидно, что он ужасно нервничает, как будто в любой момент ждет нападения. Его нервозность передалась и мне: я также стал озираться по сторонам и с подозрением разглядывать разные ниши и темные коридоры. Тем не менее до конюшни мы дошли без проблем. Никто на мою жизнь покушаться не захотел, а может, просто охраны испугался. Н-да, не для меня такая придворная жизнь. Вырваться отсюда — да к себе, к Креуну. Хотя сперва надо в Лиин наведаться и убедить сестру присоединиться ко мне. Хм, а стоит ли Анлусу в поместье тащить? Оно пока пребывает не в лучшем своем виде, да и не будет там пока никого, кроме меня. А ведь нужно еще людей к себе сманить. Вот тоже проблема. Где их взять? Наемников мне не потянуть, да и не выйдет с ними ничего. А рабочая сила нужна, да и землю обустраивать надо, а без умелых работников ничего не выйдет. Мои размышления прервал Ворон, который гордо стоял посередине конюшни и радостно каркал.

— Заберите вы своего коня! — чуть ли не со слезами на глазах попросил конюх. — Он нам работать не дает! Никого не пускает!

В такт с его словами закивали еще трое конюхов.

— Да? — удивился я. — За ним такого не водилось. Может, вы его чем-то обидели? И почему вас так много на такую в общем-то небольшую конюшню?

— Так это… — Конюх замешкался с ответом, и ему на помощь пришел стоящий рядом собрат по профессии:

— Он вчерась, почти сразу, как вы его сюда определили, стал рваться из стойла. Мы его немного успокоить хотели. Так он стойло свое разнес!

— Вот как? — Я внимательно оглядел конюхов. У их ног лежали кнуты, вернее, то, что от них осталось: два были сломаны, а один перекушен. — Уж не этими ли приспособлениями успокаивали?

— Так а чем же еще? — удивился конюх. — Правда, успокоить-то и не смогли, слишком конь прыткий попался. — Он сокрушенно покачал головой, как бы сожалея о том, что не изувечил несговорчивого коня.

Сдерживая гнев, я шагнул к Ворону и обнял того за шею. Он ведь ко мне рвался, когда я попал под воздействие артефакта желания. А эти… я зарылся лицом в гриву коня.

— Спасибо, — шепнул я ему в ухо, за что был привычно облизан.

Я уже смирился с этой его привычкой и не старался увернуться, да и благодарен я ему. Из конюшни я вышел под вздох облегчения со стороны конюхов и презрительное ржание Ворона. В другом месте или другое время я бы обязательно провел воспитательную беседу с людьми, обслуживающими конюшню: конюхами их назвать у меня язык не поворачивается. Бурк меня уже дожидался в седле, а в руках у него я заметил один из арбалетов стражников.

— Откуда? — спросил я его, кивнув на заряженное оружие.

— Одолжил за мелочь, слишком как-то… — ответил он мне, покрутив в воздухе рукой.

Да, я с ним полностью согласен, как-то все не так. Вот кстати, я уже на коне, а еще никого нет. И что, спрашивается, делать? Одному на охоту отправляться? Ага, наконец-то еще хоть один верховой показался. Обрадовался, завидев двигавшегося к нам всадника, который при приближении оказался капитаном.

— Ты готов? — спросил он меня, подъехав и внимательно оглядывая мою экипировку.

— Готов, — пожал я плечами, — вот только что-то никого нет.

— Подожди, сейчас не протолкнуться будет, — усмехнулся капитан, — да и не здесь вы ждете: все уже за воротами, поехали.

За ворота нас Зарг сопроводил; к моему удивлению, нас взяли в кольцо стражники короля и оградили от высокопоставленных особ. А их было немало, человек тридцать в общей сложности; конечно, половина из них — слуги, но и такое число мне показалось большим. Ведь на охоту явились только приглашенные. Хотя, может, я и ошибаюсь, так как не знаю обычаев при дворе. В нашу сторону с интересом поглядывали, а один важный и напыщенный господин даже попытался пробиться. Он издали громовым голосом прокричал приветствие капитану и направил к нам своего мощного жеребца. Ворон презрительно каркнул, а один из стражников перегородил господину дорогу и принялся что-то говорить. Вельможа аж покраснел от гнева, даже за рукоять меча схватился, но под прицелом арбалета подъехавшего второго стражника ретировался.

— Зарг, а что происходит? — задал я вопрос капитану.

— Ничего, все как всегда, — отмахнулся тот.

— Что как всегда? — решил уточнить я.

— Мы находимся в кольце стражников короля — значит, и он скоро будет здесь; а тот, кто в кольце, является приближенным к его величеству, или, попросту говоря, фаворитом, — пояснил Зарг, а потом добавил: — Ты темная лошадка, о тебе ничего не известно, а тут такая милость; вот народ и нервничать изволит.

Вельможи действительно нервничали, сбивались в кучки и обсуждали мою персону, то и дело показывая в мою сторону пальцами. А вот Вукос заставлял себя ждать, отчего уже занервничал и я. С такой-то «милостью» от короля я обрету кучу врагов; ну, может, и не врагов, но недругов точно наживу! Слава богам! Вукос наконец-то со своей охраной и Кринтом пожаловали. Король восседал на гордой рыжей кобылице, которая была под стать его величеству, такая же важная и надменная. Да, король вчера был совсем другим: сейчас от него веяло мощью, властностью и строгостью. Придворный люд как-то на глазах потерял свою спесь, в основном превращаясь в заискивающих людишек. Нет, не все, конечно: например, тот вельможа, который хотел к нам пробиться, не засуетился и не задергался на лошади, спокойно и приветливо смотрел на Вукоса, да еще пяток особ не стушевались.

— А кто тот господин, который хотел к нам пробиться? — спросил я Зарга.