Николай Чугунов - Слово на удачу

Пристенные переулки отличались редкостной загаженностью. Сейчас это было на руку — вряд ли тут ошивается много народа.

— Ар-тем?

Хельга подскочила, как ужаленная. У полуразвалившегося штабеля кирпичей стоят Дерлет. В своей безупречно аккуратной сизой шинели он напоминал статую — только легкий парок над поднятым воротником выдавал человека.

— Да, я следил за тобой, — лейтенант, выудив из кобуры револьвер, проверил барабан. — Я все видел.

— Так… — Хельга украдкой бросила взгляд на крыши — они тут были, как назло, жестяные. Вампирша знала, откуда такая роскошь в трущобах — чтобы во время осады, когда из-за стены будут пускать зажигательные стрелы, те скатывались бы на землю, не вызывая пожара. — И что теперь будешь делать?

Дерлет на секунду замер, и сердце Хельги упало. Неужели ее чары окончательно потеряли власть над человеком? Значит, действительно все пропало.

— Разве у меня есть выбор? Беги. Я прикрою.

Лейтенант, снова сунув револьвер в кобуру, обрушил поперек переулка груду досок, а потом сверху навалил кирпичей из штабеля за спиной.

— Я думаю, они скоро будут здесь, — Дерлет едва заметно улыбнулся. — Я бы советовал тебе удалиться — так будет проще.

За спиной коротко захлопали выстрелы. Хельга не знала, сколько именно патронов было в барабане, но на всякий случай припустила во весь дух.

Лейтенант появился под утро — веселый, усталый, но очень довольный.

— Медаль дадут, — сообщил он в пространство.

— За какие это заслуги? — язвительно поинтересовалась Рей.

— Да уж есть за что, шпионка, — холодно отозвался Дерлет. — У нас хороших работников ценят, в отличие от твоих заморских хозяев. Слово хозяина превыше всего — потому живи, но помни, кому ты всем этим обязана.

— Хватит, — Хельгу изрядно встревожила эта пикировка. Похоже, до взрыва осталось совсем немного. — Так за что медаль?

— За раскрытие заговора против нашей обожаемой императрицы. Выявлены агенты, причастные к уничтожению Института, а также за возбуждение ложных слухов. Прямо сейчас наши люди прочесывают город, а на будущей неделе мы решили провести осмотр ближайших окрестностей — я уверен, где-то расположена основная база.

— Солидная работа.

— У нас работают лучшие, — с гордостью отозвался лейтенант, любовно погладив паучий шеврон на рукаве.

— Выгони его. Сотри память и выгони, — шепот Рей был едва слышен, не становясь от этого, впрочем, менее пронзительным.

— Он полезен.

— Он сдаст нас при первой возможности.

— Между прочим, когда за мной вчера гнались, он вызвался меня прикрывать.

— Ты в этом уверена?

Хельга задумалась.

— Ну, я слышала выстрелы.

— Сколько?

— Не считала.

— Он эспер, притом крайне талантливый. Он знает, кто я — а ты знаешь, я очень осторожна. Он догадывается, кто ты. Как думаешь, долго ждать разоблачения? Он влюблен в тебя по уши — не знаю, как это вышло, и знать не хочу. Но, боюсь, развязка будет фееричной — если ты не примешь меры.

— Ты, конечно, права… — Хельга потерла подбородок и подумала, что завтра пора бы побриться. — Только, к сожалению, у нас нет выхода — в провинции с сегодняшнего утра военное положение.

— Зараза, — акробатка надолго замолчала. — Так пусть он достанет нам пропуска!

— Какая ты шустрая.

— Ага, не мне же его уговаривать, — Рей попыталась сдержать смешок, но Хельга все равно увидела довольную улыбку.

— Вот именно…

Глава 27. Так или… так же

Артем парил над белоснежными кручеными шпилями, унизанными сверкающими кристаллами, и в кои-то веки наслаждался покоем. Крылатая рептилия легко увлекала за собой облачко, которым стал парень. Его последнее убежище — крохотный кувшинчик из манганина — парило следом.

— Это мой дом, — в сознание Артема просочилась мысль дракона — будь она тканью, она стала бы бархатом. — Конечно, не ахти какая роскошь, но я, скорее, аскет.

— Ничего себе аскет! — парень пристально вгляделся в проплывающий под ним пейзаж. Размерами город казался больше родного Ковделя. — Мой родной город меньше.

— Возможно, вам жизненно важно постоянно видеть соплеменников рядом. Впрочем, с размерами ваших жилищ, я думаю, это не представляет большой проблемы.

Имей Артем тело, он точно бы залился краской.

— Мы… То есть я… Потерял тело. Точнее, его у меня отняли.

— Отняли? — прожурчала очередная мысль, на этот раз полная удивления. — Разве это возможно?

— Оказалось, да, — парень испустил алые искры запоздалого раскаяния. — Мы отыскали в руинах какой-то артефакт, вот он и…

— Все интереснее и интереснее, — подумав, отозвался дракон. — Пожалуй, нам стоит посетить мою лабораторию.

Драконья лаборатория напоминала музей абстрактной скульптуры в разгар фейерверка — повсюду стояли странные фигуры, между которыми плясали разноцветные огни.

— Не приближайся к приборам, — предупредил хозяин, ставя кувшинчик на резной каменный поднос у входа. — Твоя сущность слишком слаба, и может не вынести высоких энергий.

— Насколько высоких? — парень вспомнил обзорный курс физики, но здесь не было ничего похожего на привычную аппаратуру. Строго говоря, тут вообще не было ничего привычного.

— Сопоставимых с силой нашего светила.

— А, термояд… Водород в гелий, и все такое прочее.

— Да? — в мыслях дракона вновь пробилось удивление. — Откуда?

— В институте рассказывали.

На Артема вдруг навалилась чудовищная тяжесть — он снова почувствовал, как его сознание раздирают на кусочки, пристально изучают, а потом аккуратно склеивают обратно.

— Как интересно, — сейчас мысли рептилии были едва слышны. — Отдыхай пока, "человек". Мне нужно подумать.

Комната вдруг завертелась вокруг парня бешеным хороводом. Мелькание разноцветных огней нагоняло сон, и идея отдохнуть внутри кувшинчика показалась парню безумно соблазнительной.

— Вот так. Спи, — послышался удовлетворенный голос, но Артем не обратил на него никакого внимания — покой убежища выглядел слишком притягательно, чтобы обращать внимание на бесцеремонное поведение рептилии. — А я пока подумаю, что с тобой делать.

Артем проснулся от отвратительного чувства, как будто его поливали ледяной водой. Встряхнувшись всем "телом" и выстрелив во все стороны потоком оранжевых искр, он взмыл к потолку, и только потом огляделся.

— А, проснулся, — в голосе дракона чувствовалось несказанное удовлетворение. — Ну и здоров же ты спать!