Питер Дэвид - Путь к рассвету

— Ах, да! Спасибо, мой добрый друг Г’Кар, — похоже, эта фраза показалась Лондо забавной. — Мой добрый друг Г’Кар. Кто бы мог подумать, что такие несоединимые слова все же соединятся, а? Почти столь же несоединимые, как и Император Моллари. Нет… Не мой добрый друг. Мой… величайший друг, — и он хлопнул Г’Кара по плечу. — И мой величайший страх.

— Обе эти оценки весьма лестны, — сказал Г’Кар. — Но что ты…

— Но теперь-то ты уже должен видеть, — внезапно сказал Лондо, и голос его звучал несколько раздраженно. — И я не понимаю, почему… ох. Ох, ну конечно. Я все еще ношу свою мантию. Естественно… Естественно, ты его не видишь, потому что я сам его прикрываю. Ну теперь… держись, — и он сбросил церемониальную белую накидку. Озадаченный Г’Кар склонился вперед. Ему показалось, что на плече у Лондо он заметил некий нарост, своего рода опухоль…

А затем он охнул и попытался вскочить на ноги так быстро, что стул, на котором он сидел, со стуком опрокинулся. Он едва и сам не свалился, но удержался в последний момент.

Существо на плече Лондо буквально дымилось злом и порочностью. У него, очевидно, был некий глаз, но сейчас этот глаз явно собирался закрыться. Г’Кар также смог различить какие-то усики, которые уходили вниз под императорские белые одежды.

Лондо остался совершенно невозмутим.

— Так значит, увидел, да?

Г’Кар ухитрился кивнуть, сам не зная, как ему это удалось.

— Очень стильно, не правда ли? Думаю, это могло бы войти в моду, и вскоре каждый захотел бы иметь такого у себя.

— Что… это?

— Моя совесть, — ответил Лондо. Его густые брови нахмурились, он изо всех сил пытался не упустить нить разговора. — Оххх… да. Да, вспомнил. Все ради меня. Именно так все и было.

— Лондо… — ошеломленный Г’Кар указывал пальцем на существо, угнездившееся на плече у императора.

Но Лондо не обратил на это особого внимания. В его представлении разговор продолжался в прежнем русле.

— Все это… было лишь одним великим эпосом, посвященным тому, как человек теряет свою душу… и как он после этого добивается восстановления и возрождения, но только заплатив за это ужасную цену. И у этого эпоса есть большой потенциал… как ты думаешь?

Г’Кар сумел молча кивнуть.

— Вся штука в том, Г’Кар… что в данный момент, Дракхи — верь мне или нет — нуждаются во мне. Хотя некоторые из них покинули этот мир, но другие пожелали остаться. И они по прежнему видят во мне инструмент отмщения… считают меня своей марионеткой, которая еще некоторое время будет дергаться на сцене по мановению их пальчиков. Без меня… у них ничего не останется. А без Шеридана и Деленн… они не добьются отмщения. Они ненавидят Шеридана и Деленн, ты понимаешь. Потому что они велели Теням уйти… и те ушли. Дракхи, в некотором роде… — Лондо подыскал сравнение и улыбнулся. — Они как дети. Дети, которых бросили родители и которые решили сорвать свой гнев на окружающем мире. Копаясь в своей душе, я уже даже почти что не нахожу там ненависти к ним. Но только почти.

— Ты сказал: «Без Шеридана и Деленн». То есть ты намерен дать им уйти?

С видимым усилием, Лондо все-таки сумел утвердительно кивнуть.

— Таковы мои намерения. Это будет… весьма сложно. Дракхи не желают допустить их бегства. Дракхи хотят видеть их казненными. А в последние дни, суметь сделать нечто… не согласующееся с желаниями Дракхов… это стало для меня чрезвычайно важно.

И внезапно почти все из случившегося здесь стало ясным и понятным. Как давно Лондо не отвечает за свои поступки? Как давно на его плече сидит это существо, которое следит за ним и манипулирует его действиями? С самого начала Войны? Это ли существо велело ему начать бомбардировку Нарна? Предать Г’Кара? И можно ли считать Лондо, учитывая все это, невинным человеком?

— Если Шеридан и Деленн могут бежать отсюда… то можешь и ты, Лондо, — сказал Г’Кар с внезапной решимостью. — Все мы можем. Все мы спасемся…

Лондо покачал головой.

— Нет… нет. Рано или поздно, мой маленький… напарник… проснется. И в тот момент, когда это случится, звездолеты Дракхов придут за нами и разнесут все к чертовой матери.

— Тогда позволь мне убить эту тварь…

— Если она умрет, то умру и я. И кроме того, Г’Кар, некоторые вещи предопределены. Поверь мне. Это единственный путь.

— Но если эта… тварь… всегда контролировала твои действия…

— Аххх… Я вижу, о чем ты подумал. Нет, Г’Кар, нет. В огромной схеме мироздания, это, — он указал на тварь, — лишь недавнее мое приобретение. — Лондо вновь склонился вперед, кашлянул несколько раз, а затем заговорил отрывисто: — Хочешь ли ты знать… что я за человек? После того, как я организовал бомбардировку Нарнской колонии в Квадранте… тогдашний император, Император Турхан, с последним своим вздохом проклял меня и всех моих союзников. А я вместо этого объявил всем, что он похвалил и благословил наши действия[30]. И знаешь что еще, Г’Кар, старый друг? — и Лондо полуулыбнулся. — Если бы мне вновь представилась такая же возможность… я бы поступил точно так же. Я бы просто нашел потом какой-нибудь способ избавить мой народ от этого… этого фиаско, — и он жестом указал на дымящиеся руины Примы Центавра. — Но то, что я навлек на твой народ… — и он щелкнул пальцами — вот так вот, вновь, и вновь, и вновь, будь мне даже дана еще, и еще, и еще одна возможность.

Г’Кар ощетинился, кровь стучала у него в висках, и все его силы ушли лишь на то, чтобы не напрыгнуть на ухмыляющееся лицо, которое он видел перед собой…

А затем он все понял. Он понял, что Лондо просто пытался сейчас задеть его… взбесить его… добиться, чтобы он…

Напал на Лондо? Убил его?

Ну, конечно. Убить его. Именно этого он и добивается.

И тут, прежде чем Г’Кар успел что-либо еще сказать или сделать, снаружи раздались приближающиеся голоса. Гвардейцы сурово повторяли:

— Вперед! Идите!

Лондо сумел встать на своих подкашивающихся ногах и, опираясь больше на свою силу воли, чем на физическую силу, дотащился до трона. Последним усилием он привел себя в сидячее положение, откинувшись так, что тени скрыли его.

— Спрячься, — велел он Г’Кару. — Немедленно. Поторопись. Здесь есть небольшая кабина для переодевания, — он указал Г’Кару, где именно. Похоже, каждое движение причиняло ему физическую боль. — Иди туда.

— Зачем?

— Время уже на исходе. Несколько минут уйдет у меня на то, чтобы объясниться с Шериданом и Деленн, и пока они поймут, что должно быть сделано, может оказаться, что как раз этих минут и не хватит, чтобы это и в самом деле сделать. Так что хоть ты сделай то, что сказано.