Валерий Иващенко - Горький пепел победы

- Один, - машинально ответила эльфка, вспыхнув от негодования и лишь неимоверным усилием воли взяв себя в руки.

- А вообще, это идея, - покладисто заметил Вал, собирая сияющий "эльвер" и любуясь прекрасным оружием. Ухмыльнулся затем своим мыслям и мечтательно добавил. - Растянуть процесс на долгие годы, превратить каждый её день в пытку, изощряясь и находя новые способы… Это хорошая идея. Ну что ж, где там ваши эльфийские гестаповцы, инквизиторы или как нынче оно у вас называется? Веди уж, показывай дорогу.

Некоторое время на её в любую пору прекрасном лице отчётливо виднелась борьба. И всё же она сдержалась и промолчала. А Вал, мечтательно подставив лицо майскому солнышку, с чувством мурлыкнул:

- Лет пятьдесят я протяну - лишь бы та тварь не сошла раньше времени с ума… Да, кстати, у нас есть чудесный обычай - сначала всё-таки тёщу. Поначалу насладиться стонами пыток в подвале - а потом любовными наверху.

Эльфка открыто содрогнулась от первого и непроизвольно мазнула женским взглядом по парню от второго.

- Лучше пристрели меня здесь и сейчас, homo.

Некоторое время Вал серьёзно смотрел на эльфийку, а потом всё-таки невесело усмехнулся.

- Ты ведь знаешь, что она сделала. Так назови мне хоть одну серьёзную причину поступить иначе.

Призадумавшийся ветерок шевельнул вывешенные во всех окнах Эльвенхейма белые простыни и наволочки в знак капитуляции. Принёс из-за угла мерзкий запах гниющей плоти, разметал по широкой улице незримым memento mori.

- Ваши колокольчики звенели… - наконец решилась эльфка.

Вал завернул пистолет в тряпицу, сунул в вещмешок.

- Колокольчики… ты имеешь в виду поисковые амулеты? Серьёзный довод, - нехотя признал он.

Спрыгнул с убитого бронированного зверя, шагнул ближе к эльфийке. Поднял стволом судорожно стиснутого "штурмгана" её подбородок, посмотрел вплотную в эти слегка сводящие с ума глаза. И медленно, с расстановкой произнёс:

- Моего отца, попавшего в плен, замордовали в Освенциме. Тётку и кузину убило во время налёта драконов - вместе с половиной эвакуационного эшелона. Говорят, они страшно кричали, когда горели в вагонах заживо. Оба двоюродных брата полегли под гусеницами гномьих танков. А дядю и одновременно моего сюзерена, на моих глазах зарезала эльфийская диверсантка. Но неужели ты думаешь, что я такой же, как вы?

Он помолчал некоторое время, а его ладонь крепко держала за подбородок точёное лицо эльфийки, не давая ускользнуть в сторону её заметавшемуся в смятении взгляду.

- В глаза смотреть… - прошипел он.

Эльфийский мальчишка в обносках, суетливо перебегающий через заваленную мусором и обломками дорогу, зябко передёрнулся от такого зрелища да пошустрее метнулся в тёмный проём под аркой выбитых взрывом ворот. Но лениво вылизывающий там лапу кот даже не повёл в его сторону и ухом - уж эльфов животные не боятся.

А Вал дёрнул щекой, отгоняя обнаглевшую от тепла и обилия еды жирную муху - но потемневшему взору эльфки почудилось, будто в нём мрачным огнём горит ненависть. Оттого она пошатнулась, когда парень убрал на плечо своё верное оружие, взял её за похолодевшую кисть и положил почти галантно себе на сгиб руки.

- Ладно уж, пошли.

Сэр Валлентайн, рыцарь Его Темнейшества, вздохнул и посерьёзнел. Чуть склонил голову в полузабытом светском знаке почтения.

- Ведите, уважаемая и досточтимая ma'daeni. Не буду я никого мучить - война действительно окончена. Надо же, обхохочешься - у меня и эльфийская тёща…

Часть девятая

Мерно позвякивало горлышко кувшина о тонкую воронку. Семь тонкостенных стеклянных сосудов, весьма похожих на большие бутылки, покорно и безучастно приняли в себя пряное и вонючее, чуть желтоватое содержимое. Впрочем, заполнены они оказались всего лишь на две трети - ровно столько перегнанной земляной нефти и требовалось.

Сверху сосредоточенный и оттого кажущийся хмурым человек залил посудины почти доверху чистейшим маслом (полновесная серебряная монета за пинту, между прочим)

- Вот так, бабуля. В их мире это горит и полыхает так, что просто страшно смотреть, - он чуть поколебался, и сдвоенные отблески двух волшебных шаров покорно изобразили каждую задумчивую морщинку. - Но, в нашем совсем так не выйдет - надо добавить немного магии… и кое-чего ещё.

Щепотка ярко-жёлтого порошка из коробочки невесомой струйкой насыпалась в подставленную ладонь - а затем в другую покорно вплыла стремительно уменьшающаяся в размерах огненная воительница. Миг-другой волшебник недоверчиво разглядывал ярко светящуюся точку в своей руке, а потом обвалял её в жёлтом.

Бульк! - обезвреженный до поры крохотный огненный демон озадаченно огляделся, оказавшись внутри здоровенной посудины с диковинной смесью. А ведьма ловко заткнула горлышко скрученной почти до толщины каната тряпицей и помогла внуку всё это дело взболтать.

- Вот так, - облегчённо вздохнул волшебник в чёрном, когда все семь емкостей оказались приготовлены. - Поскучайте там чуть, потом уж разгуляетесь вволю…

Вихрь ревел и завывал, словно исполинский раненый зверь. То, что он вертелся строго посреди тронной залы, упрямо произрастая основанием из раскалённого Круга Силы, мало что могло изменить - вырвавшись, эта злая воля разметала бы всё вокруг на десятки лиг. Замок всемерно был укреплён снаружи - но вот против такой подлости изнутри оказывался бессилен.

Впрочем, пока что ничто никому и ничему не угрожало - уж мрачная и отчего-то волнующаяся ведьма и эльфийский целитель уравновесили всё на совесть. Каждой компоненте светлой Силы соответствовала своя тёмная, ни один завиточек прихотливой волшбы не выбился из кропотливо подобранного и свитого чародейства - всё же стоило признать, тщедушные магики смертных иногда добивались весьма неплохих результатов своими примитивными чарами.

Почти не было видно, что в самом центре Круга Силы сейчас лежала раскрытая настежь старая книга в потрёпанном переплёте. И все природные и не очень феномены напрямую проистекали из её раскалённого добела нутра - волшебник и ведьма лишь довольно умело распорядились всем этим добром.

- Держись крепче, - шепнул эльф, но ведьма строптиво поджала губы - чай, не дура, сама вижу…

Вихрь на миг надулся изнутри темнотой, обрёл объём, переходя из плана магических энергий в мир грубый и материальный. Но поздно, поздно - оба заклинателя сразу перехватили, остановили его бешеное вращение и сбросили вниз. В то самое, зловещее подземелье, где неведомая тварь нестерпимо заверещала от этой вылившейся сверху обжигающей дряни.